Я всё ещё... - Амели Хоуп

Погружённая в свои мысли, сменяющиеся одна за другой, ухожу с чувством успешно проделанной работы. А по-другому это и не назовёшь. Если бы не настоятельное начальство, то моё лицо вряд ли бы засветилось на общей фотографии всех собравшихся за столом. Буду верить, что никому не придёт в голову подарить мне её в рамке. Я не ставлю пред собой подозрительных личностей.

— Ами, Амиии — сзади доносится пониженный тембр. Всё вмиг расплывается, иду в чёртову бездну. Прошу себя только не останавливаться. Не готова.

Знакомое ощущение обрушивается на меня мгновенно как низвергающаяся снежная масса. Разворот и я напротив него, прижатая к стене — забыла, как снова дышать, пытаюсь уйти.

— Ами, да постой же, чёрт возьми!

— Отпусти, Дэвид — пытаюсь вырваться, но не могу пошевелиться: ноги и руки ватные.

— Да посмотри же на меня! — Он удерживает мой подбородок своими тёплыми пальцами. Ненавижу, ненавижу его.

На моей стороне играет вовсе не злость — это показное безразличие. Не имеет значения кто он и что он из себя представляет. Было когда-то любопытно, но я давно перестала интересоваться не нужным мне барахлом. Вот, что должны просматривать во мне другие.

— Чего тебе? — смотрю ему прямо в глаза, как известно, темная адаптация занимает несколько часов, у меня же заняло всего минуту, чтобы привыкнуть к тёмной субстанции, стоящей передо мной. Чернотой так и прёт. Начинаю приходить в себя.

— Хватит убегать, семь проклятых лет, семь, ни слова о тебе, — начинает крепко сжимать мои плечи, вдавливая большие пальцы в ключицы,

— Убегать? По-твоему, я в догонялки играю? Тогда сообщаю вам, мистер Водящий, наигралась, спасибо. Я долбанный чемпион по этой игре, доволен? — с едкой насмешливостью отвечаю, переходя на высокую частоту звука своего голоса.

— А по-твоему, что это? Поведай мне, раз имеешь отличное от моего мнение. Ты словно сквозь землю провалилась.

— Лучше бы я провалилась, — с отстранённым голосом произнесла я.

Воспользовавшись полным ступором своего нежеланного собеседника, вырываюсь и мчусь к выходу. Теперь вожу я, но сегодня я решаю сдаться. Никогда не знаешь, что в процессе игры можешь обнаружить, как это было тогда.

Становится трудно дышать, прошу водителя остановится в парке Вашигтон-Сквер, в надежде, что станет чуточку легче. Если бы можно было взять и стереть собственные воспоминания. Господи, о чем это я? Мне даже номер телефона не удалось забыть.

Всё выглядит иначе, или я смотрю по-своему: деревья не ввысь растут, а к низу тянутся своими грустными ветвями, чтобы тебя приобнять; Солнце не в сон клонит, а это скорее проявление им нежелания быть свидетелем чего-то пасмурного, на которое оно не в силах повлиять; птицы не о любви громко поют, они заглушают твою боль. Природа солидарна со мной, решив слиться с моими слезами. И я ей за это благодарна.

Со спокойствием приходит чувство непонимания. Его глаза? Глаза говорят не врут, но в его столько вопросов, словно я без повода испарилась. Но он же был? Возможно, я всегда ошибалась на его счёт, и та сказка, которую мы строили — лишь моя иллюзия. Утонула я в его водах с головой, не сумев вовремя выбраться. Кто бы подсказал, что всегда нужно таскать с собой надувной круг. Потому что, не дождёшься, когда тебе будет брошен на помощь спасательный буй.

Зайдя домой, бегу в горячий душ. Должность не допускает хворать, да и нет желания с бубликом на голове разгуливать по квартире, хрюкая в унисон с сопливыми сериалами. Одиночество убьёт меня быстрее, чем любая чума.

Тёплая кровать — всё же лучшее место после тяжелого дня. Вот только не сомкнуть глаз мне сегодня. Детство дура вспомнила и решила сказку на ночь прочитать. Надо было следовать примеру Кафки и сжечь свои писанины — только рука не поднялась.

«18 августа 2014:

Как быстро пришло безграничное счастье, также и с такой же скоростью меня и покинуло. Это подлинные истории моей жизни, и вряд ли кто-нибудь прочтёт, возможно я сожгу их дотла. Но смогу ли я вычеркнуть тебя из своего разбитого сердца? (маршрут Сан-Франциско, штат Калифорния — Кембридж, штат Массачусетс)» — последняя запись в моём дневнике.