Шаманка. Сезон охоты - Янка Рам

– Вань, – касается моего плеча Гала, – отпусти его.

«Не так, – качает она головой, говоря мне одними губами. – Рано».

Артур поднимается.

– Чтобы щенка твоего в моём доме больше не было.

Я живу у них в гостевом домике. Они вместе лет семь уже. Но расписались всего с год назад. Когда старшие не одобрили их желание разойтись и потребовали от них наследника. И повенчали их, да… Я не знаю, с какой целью был организован этот карнавал. Не припомню, чтобы в этом союзе когда-то была любовь, а про соблюдение заповедей вообще молчу. Возможно, это была демонстрация величия наших слившихся кланов более слабым семьям!

Гала действует расчётливо, пытаясь без войны отдать власть нашей семье. Я её понимаю. И поддерживаю. Игорь Васильевич редкостный ублюдок. Не то чтобы мой отец лучше, нет. Но Игорь более жесток и, надо признать, более влиятелен. Но даже с его ублюдскими замашками он и рядом не стоит со своим сыном. Игорь хотя бы держит порядок, надо отдать ему должное, а этот – бестолковый маньяк. Ему плевать на организацию. Он удовлетворяет только свои прихоти. А наш с Галой отец готов отдать руль дочери и мне. И мы оба хотим этого. Но…

– Ты услышал меня, Малой?

Смотрю на него сверху вниз с ухмылкой. Его ствол на полу. А без него он ничтожество.

– Только если твой отец даст мне такое распоряжение. Потому что ты тоже ещё «малой», Артур.

– Когда-нибудь это изменится. И я переставлю в нашей организации все «головы» так, как сочту нужным. Твоя татуированная полетит, как футбольный мяч.

– Тебе никогда не встать у руля.

– Почему это? – пренебрежительно.

– Все фанатично ждут внука. Особенно твой отец, помешанный на династии. Как ты думаешь, почему? Чтобы воспитать из него настоящего лидера, который никогда не получится из тебя. И через твою голову передать ему власть. Даже мне, «малому», это понятно!

Я замолкаю, но про себя продолжаю говорить всё то, что хочу очень давно ему высказать: что его не уважают офицеры, что он слабый, капризный, извращённый и… тупой обдолбыш!

– Наследника? Тогда я сам порешу его, как только подрастёт, – прищуривается он на Галу. – Но других наследников, кроме меня, не будет.

Артур кистью изображает пистолет, прицеливаясь в голову Галы указательным пальцем.

– А может, и раньше решу этот вопрос, – изображает выстрел. – Бах…

Гала вздрагивает.

– Я стрелял в мишень на двери… А ты случайно оказалась за ней… Мне очень жаль!

Гала молчит, с ненавистью взирая на него.

– Моя семья, Артур, – напоминаю я, – в этом случае потребует твою голову. Начнётся бойня. И ваших, и наших покрошат в мясной салат. А пировать на трон сядет какая-то из более слабых семей. Ты же не можешь этого не понимать? А беременная Гала – гарант твоей безопасности.

– А мне всё равно. Я люблю мясной салат. Мясной салат мне!! – капризно кричит он в сторону кухни. Разворачивается и уходит в свои комнаты.

Что это сейчас было? Угроза? Он вполне способен осуществить её. Особенно, если будет под кайфом.

– Иван-дурак, – вздыхает Гала.

– Почему?

– Кто же такую правду врагам в лицо говорит?

Числится за мной такой косяк – говорить врагам всё в лицо.

– Тебе нужно уезжать, Гала.

– Мара сказала – рано. Нужно ждать, пока… я забеременею.

– Не думаю, что он способен зачать.

– А он тут ни при чём…

– А? – взлетают мои брови.

– Собирайся, брат. Игорь ждёт.

* * *

Обвожу глазами собравшихся. Офицеров из нашей семьи нет, только приближённые Игоря Васильевича. Дискриминация… Вопрос-то общий!

Игорь внимательно смотрит на… Кажется, Вадим. Правая рука того самого Сергея, что привёл Мару. Включаю айпад, делаю несколько фоток с разных ракурсов, загружаю его лицо в базу. Новая программа по распознаванию лиц виснет. Слишком большая база, чтобы айпад вывозил. Даже мой прокачанный комп с тройной оперативкой тратит минут по двадцать, а то и по часу, чтобы обнаружить совпадения в мировой сети видеокамер.

Фотаю следующего офицера, сидящего за столом, ловя с нескольких ракурсов. Морщится. Им всем инстинктивно это не нравится. У них в подкорке, что фотография, запись – это плохо. Это палево! И я им не нравлюсь тоже. Я не такой, как они. И никто меня своим не воспринимает. Больше, чем я, не нравится всем только Артур.

– Значит, она жива… – задумчиво покручивается в кресле Игорь Васильевич.

Застываю, переводя взгляд на Игоря. Откуда такая информация? Нет, я-то в курсе. У них откуда?

– …Марена Богдановна Ярцева. У неё база на Телецком. Мы сначала думали, что опечатка, и имя – Марина, но…

Слушаю краем уха. Это всё я знаю. Фотаю Артура.

– Меня зачем? – раздражается он, перебивая Вадима.

– У меня стоит задача от Игоря Васильевича – контролировать геолокации всех членов организации. Чипироваться ты не хочешь… А вдруг потеряешься?

– С хе*а ли?

– Передолбишь и заблудишься… Метам творит с мозгами разное.

– Иван… – недовольно одёргивает меня босс, он и сам любитель наркоты, но он хотя бы не мешает её с работой. – Мы, вообще-то, слушаем доклад. И ты тоже внимательно слушаешь, – терпеливо и показательно вздыхает.

– Молчу.

– Когда ждал там Серого, поставил в лесу на подходе микровебку. И вчера она мелькнула на ней, перед тем, как села батарейка. На руке был браслет. Сама она на этой базе не живёт, там только немой сторож, – продолжает Вадим. – У неё где-то на другом берегу есть… ммм… дом. Где-то там в тайге… В пределах нескольких километров от берега, судя по всему. Я сам там не был. Серый пошёл за ней именно туда и не вернулся.

– Вы искали?

– Он приказал не искать, если не вернётся.

– Иван, ты искал информацию про эти браслеты. Как она могла обойти их? Как она могла обойти наши камеры, охрану?

– Ведьма! – с улыбкой пожимаю плечами. – Может, через трубу улетела?

– Посерьёзней…

– Как вариант – брак браслета.

– Глупости! Никто бы не стал рисковать, надеясь на брак. А она просто ушла, всех вырубив. Даже камеры!

Ошибочка. Камеры вырубил я.

– Да всё уже я изучил и вам отчитывался. Антидота нет. Никакой устойчивости к препарату не существует. Если браслет на руке, то варианта только два: либо она разгуливает мёртвая, либо – ведьма.

– Это я и без тебя знаю, что ведьма. Такие фокусы нам показывала… В общем, я объявляю охоту на ведьму. Она мне нужна. Живая, но обездвиженная.

– Ты обещал её мне, – прищуривается Артур.