Если счастье близко… - Мари Стю

Всерьез разволновавшись, он перелистнул. Нахмурился, поморгал. Еще раз перелистнул. Дальше текста нет, пустые страницы.

– Что за ерунда! – рыкнул Ростик. – Где продолжение?

На следующий день в половине девятого вечера Ростик пришел в бар, присел за дальний столик. Если мужик и вправду придет в девять, как обещал, он разузнает обо всем, без сомнения.

Ростику, скептику, рационалисту и материалисту до мозга костей, случившееся казалось не случившимся, а играми разума. Получасовой сон, который одолел его на рассвете, не помог прийти в чувства.

Когда он утром открыл глаза, первая мысль в голове: случившееся – сон, кошмар. Но уже через секунду его надежды рухнули – та самая книга, которую он вчера читал и перечитывал бесчисленное количество раз, лежала на прикроватной тумбе.

– И снова здравствуй! – сказал он и нервно усмехнулся.

Весь день Ростик, как на иголках. Он не мог ни есть, ни спать, ни сидеть, ни лежать, ни думать о чем-то другом. Только об этом странном мужчине в баре, только об этой не менее странной книге, в которой так и не появилось продолжение.

Ровно в девять мужичок присел за столик к Ростику, тот испуганно посмотрел на него.

– У тебя, наверно, много вопросов, – ухмыльнулся мужичок.

– Да, – тихо проговорил Ростик, тихо поздоровавшись.

– Выпьешь чего-нибудь? – спросил мужик.

– Воды.

– Ах-ха-ха! – рассмеялся тот, громко, широко открыв рот.

Ростик не мог не заглянуть в пасть волка – ровные, красивые, белые зубы. «В самом деле, черт!» – подумал Ростик и испугался собственных мыслей.

– Бросил пить? Это хорошо! Подействовала-таки пилюля. Я точно говорю – надо выдавать каждому такие книги в семь лет. Вот житуха-то была бы! Ха-ха-ха!

Ростик внимательно всматривался в незнакомца. В глубине души он все еще надеялся на то, что сейчас ему объявят: «Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера», все окажется розыгрышем. И перед ним не черт собственной персоны, а актер, которого наняли его заботливые родители или друзья, или кто-то там еще. Шоковую терапию никто не отменял. Но занавес не опускался, и никто никого не благодарил за внимание.

Мужик тем временем сходил за выпивкой, поставил на столик бутылку водки, две рюмки и нарезанный на блюдце лимон.

– Сейчас шашлычок принесут, – сказал мужик и налил водки.

– Я же сказал, что пить не буду, – Ростик рассердился.

– Ни ссы! Со мной можно.

Ростик отпил из рюмки, поставил стопку на стол и закусил лимоном.

– Хватит томить, – вдруг сказал он, пока мужик жевал лимон, не скривившись. – Если ты, и впрямь, такой всезнающий, должен догадаться, что я с нетерпением жду развязки вчерашней истории. А все это – выпить-закусить, и разговоры ни о чем только злят.

– Ха! Подумаешь? – съязвил тот. – Если бы ты знал, как меня бесит, что я должен был все бросить, чтобы еще раз прийти к тебе, бестолковому! Вчера ты не соизволил меня послушать, а сегодня я не особо хочу говорить. Так что, жди!

Ростик опустил глаза. В самом деле, ведь так и было. Что же, надо молчать, терпеть и ждать.

– Зови меня Колян! – сказал мужик.

Ростик кивнул.

Мужик налил себе водки и выпил.

– Дерьмо эта ваша водка! – выругался он. – Вот я вчера выпил, и сегодня, и не пойму, что ж вы в ней нашли! Вот что она дает? Почему ты полгода пил ее вместо воды?

Ростик совсем не ждал этих вопросов и немного растерялся. Он и вправду выпивал каждый день с тех пор, как расстался с Юлькой.

– Ты же знаешь, почему, – ответил Ростик.

– А я хочу тебя послушать, – Колян шмыгнул носом. – Коль ты оторвал меня от дел, давай развлекай. И, кстати, советую тебе сдуться! А то напыжился! Сидишь, как туз кукурузный. Расслабься! Когда бы мы еще поговорили по душам?

Ростик вздохнул. Неужели обезумел? Если так, то и вправду, чего сидеть, как шпала. Он взял бутылку, испросил взглядом согласие соседа и разлил по рюмкам.

– За встречу! – предложил он тост.

– Давай! – был ответ.

Они чокнулись рюмками и выпили. К тому времени принесли закуску.

– Кстати, Колян, зови меня Ростик, – добавил Ростислав и откусил кусок шашлыка из баранины.

– Хорошо, Ростик. Буду так тебя звать, – сказал тот и тоже откусил шашлык.

Мужик с аппетитом жевал мясо.

– Вот как ты дальше собираешься жить, Ростик? – серьезно спросил Колян, проглотив шашлык. – Ты же понимаешь, что катишься вниз?

– Понимаю, – покивал Ростик. – Но меня не заботит завтрашний день. После того, как меня бросила девушка, которую, сказать к слову, я любил больше жизни, для меня что жить, что не жить, … а точнее, как жить, не имеет значение. В глубине души понимаю – что-то идет не так, но я не хочу об этом думать, надеюсь, само собой образуется. – Ростик замолчал, подумал с полминуты и продолжил: – Когда пьяный до поросячьего визга, клянусь, что начну новую жизнь. Но уже утром желание что-то менять пропадает…

– Неужели так сильно любил? – спросил Колян.

Ростик посмотрел на мужика:

– Я же говорю – больше жизни… Она была смыслом всего, что я делал последние семь лет. Понимаешь? И тут, нежданно-негаданно, будто свет погас. Я вообще потерялся. Как ребенок, который заблудился в лесу. Смешно, правда?

– Честно? Да, смешно, – сказал Колян, но даже не улыбнулся. – Из-за бабы убиваться – глупо…

Ростик пожал плечами:

– Она не была бабой, она была другой… – он запнулся и с усмешкой продолжил: – Хотя, какая она другая… Бросила меня, как тряпку. Могла хотя бы объяснить, чем я ей не угодил…

– Можно подумать, ты бы страдал меньше.

– Во всяком случае, было бы не так обидно.

Колян ничего в ответ не сказал.

– Шлюха она, как все … – с горечью прибавил Ростик, помолчав. -Уехала с каким-то ублюдком …

– Ладно, хватит! – перебил Колян.

Мужик налил водки и предложил выпить.

– Я не волен говорить правду. Начальство запретило. Но поверь, та девушка не заслужила оскорблений. У нее была причина…

– Что за чушь ты несешь? – опешил Ростик, не дослушав до конца. – Какое, на хрен, начальство?

– Ты остынь, а то могу и обидеться. Довольствуйся тем, что услышал.

Ростик теперь не сомневался – он совершенно лишился ума. Эти два дня перевернули все с ног на голову. Будто в тридцати шести часах вся его жизнь. Он тяжко вздохнул от бессилия, и сник. Встать бы и уйти. И пусть все идет, как шло раньше. И к черту эту встречу… и ту книжку… да и, собственно, жизнь.

– Слышишь, Колян, я сдаюсь, – после долгого молчания сказал Ростик. – Бороться и понять, что происходит, нет сил. Говори, что должен сказать, и я пойду.