Не стирайте поцелуи. Книга 1 - Виктория Мальцева

Promise Not To Fall · Human Touch

Два года назад. Май

У кого-то большая грудь, у кого-то ум, у кого-то квартира. А у меня воображение. Ну очень богатое! В нём вырастают целые миры, и люди говорят вещи, которые мне никогда не услышать в настоящей жизни. Например, «ты моё последнее пристанище» или «ты, наконец, нашлась!». Ещё они раскидывают руки в стороны, чтобы показать мне, как сильно жаждут меня обнять. И поцелуи. В моих мечтах их всегда… много.

Да, я мечтаю. В последнее время слишком часто и слишком реалистично. Но никогда ещё до этого момента мои мечты не разбивались так трагически о реальность.

Его губы не мягкие и не горячие. Они не рады мне. Я понимаю это мгновенно… почти, однако – что очень свойственно моему характеру – сдаюсь не сразу и успеваю поцеловать его ещё раз. И если до этого он был хоть немного приоткрыт (от неожиданности?), то теперь захлопнулся полностью. Даже его колени под моей задницей стали ощутимо твёрже, напряжённее.

Мы познакомились в сети. Это был случай, стечение обстоятельств, две линии пересеклись в точке, где событиями управляют порывистость, непредсказуемость и… интуиция. Несколько случайных слов в триллиардах всех прочих сообщений, и ты неожиданно принимаешь решение написать в ответ, даже не подозревая, что это не послание – это зов, и предназначен он был только тебе. Ты услышала. И ты ответила.

Этот парень не просто повстречался на моём пути, он открыл для меня дверь в том месте, где не должно было быть продолжения. Он материализовал моё будущее. Но в момент нашей первой встречи ни один из нас, конечно, не мог и представить, что нас ждёт впереди.

Я отрываюсь от его лица, собираюсь с мыслями. Смотреть в глаза стыдно и нет сил, поэтому приходится изучать капли на толстом стекле аэропорта. Сейчас, чтобы встать, нужно на что-нибудь опереться хотя бы одной рукой, и мой мозг буквально рассыпается, пытаясь решить – где находится это безопасное для меня и для него место? В моей жизни ещё ни разу не было человека в коляске… да и причин, почему он вынужден в ней быть – множество.

– Извини, – бормочу, неуклюже вцепившись в спинку его коляски, и поспешно сползаю с его колен.

Он совершает едва заметное движение головой – то ли кивок, то ли нет – и я понимаю – он сам растерян.

Неловкость… Мы не просто утонули в ней, мы увязли. С этого всё началось, из-за этого всё у нас и пошло… не так. Но в тот момент, я вначале начинаю проклинать свою напористость, отсутствие такта… да и что уж там говорить – тормозов тоже. Затем, глядя на растянутый ворот его футболки, основание шеи – в том месте, где можно увидеть, как бьётся пульс – буквально физически ощущаю боль. Он словно ударил меня, наотмашь хлестнул по морде обнаглевшую псину, вздумавшую положить лапы на стол.

Этот день изменит меня до неузнаваемости. Я впервые пойму, что выработанный жизнью навык пробивать себе дорогу лбом придётся отложить, если хочу получить от жизни главное.

На нём бейсболка, надетая задом наперёд; волосы убраны назад и прижаты ею – их концы все собраны на затылке. Он дышит чаще, чем дышал бы взрослый парень его возраста… сколько он сказал? Двадцать три ему. И он, очевидно, отчаянно старается найти какие-нибудь слова для меня – девушки, с разбега влетевшей на его колени и поцеловавшей в момент самой первой встречи в физическом мире после совсем короткого знакомства в виртуальном.

Наше знакомство по переписке длилось двадцать часов. Почти сутки откровений, в течение которых мы успели поссориться и помириться. Я была уверена, он шутит, заявив, что найдёт меня без адреса, но именно это он и сделал.

Лео поднимает, наконец, на меня глаза.

– Я вызвал такси… ну, чтобы не ждать долго. Мне кажется, оно должно было уже… прибыть.

– Хорошо, – выдавливаю и возвращаюсь за своим чемоданом, брошенным в двадцати шагах, подбираю босоножки.

Лео ждёт меня у входа, его бейсболка уже надета как положено – козырьком вперёд и так низко, что издалека мне совсем не видно его глаз. И только теперь я замечаю свисающий со спинки его коляски огромный чёрный рюкзак.

Я выхожу сквозь автоматические стеклянные двери на улицу первой, Лео за мной. У обочины, действительно уже мокнет под Ванкуверским дождём белое такси. Это большая машина – из разряда тех, в которых предусмотрено место для пассажира в инвалидной коляске. Водитель в тюрбане приветствует нас и предлагает мне спрятаться от дождя в салоне. Я мешкаю, потому что не знаю, нужна ли Лео помощь и должна ли я ему помогать. Видя всё это на моём лице, мудрый индус в почтенном возрасте спешит меня заверить:

– Ашиин обо всём позаботится! Ашиин всё сделает в лучшем виде!

И Ашиин действительно всё делает, хотя я не уверена насчёт «лучшего вида». Вместо багажника в этой машине оборудован выдвижной пандус и специальные ремни для фиксации человека в коляске. Теперь мне не только обидно и стыдно из-за несостоявшегося поцелуя, но и некомфортно из-за размещения пассажиров в этом автомобиле. Я думала, мне бы хотелось, чтобы Лео помогли выбраться и сесть на нормальное сидение.