Зима. Согрей мое сердце - Алекс Хилл

– Что? – пытаюсь отойти назад, но Зимин удерживает меня за руку и тихо смеется.

– Шучу я, Ксю. Мой это. Не волнуйся. Давай лучше запрыгивай и держись крепче, – хлопает защитным стеклом на шлеме, заставляя меня зажмуриться.

Вот же… Шутник, блин. Ладно. Выбора-то особо нет. Кроме Зимина у меня нет хороших знакомых в городе. Он самый надежный вариант.

Занимаю место позади Димы, поправляю сумку и теряюсь. Конечно я знаю, что положено обнять его и прижаться к спине. Растечься лужицей и наслаждаться запахом кожаной куртки, но… Простите, с этим не ко мне.

– Ты точно умеешь водить? – ерзаю на сиденье, чувствуя себя на быке Родео.

– Не доверяешь мне? – бросает, повернув голову.

– Свою жизнь? – обнимаю Диму, смыкая руки на его животе. – Не очень…

Ответом служит мягкий еле слышный смешок, а затем мы срываемся с места. Адреналин поджигает нервные окончания, заставляя напрячься всем телом. Сильнее сжимаю Зимина, особо не заботясь, что могу сломать ему ребра. Клянусь, я чувствую как он смеется. Ненормальный!

Скорость становится больше, шум в ушах заглушает мысли. Темная дорога, редкие ночные автомобилисты и цветные полосы огней проносятся мимо. Ветер касается открытой кожи и вместе с холодом наполняет тревогой и страхом, но в один момент все становится по-другому.

Боязнь медленно отступает и приходит восторг. От скорости. От ощущения полета и вкуса свободы. Забываю обо всем, что произошло час назад, и о предстоящих трудностях с жильем тоже. Есть только сейчас.

Счастье от такого простого действия, как поездка на мотоцикле. Не знаю, играет ли роль персона водителя, в любом случае, доверие к этому парню точно играет. Если бы это был кто-то другой, я бы даже не села. А так еле сдерживаюсь, чтобы не заорать во все горло о том, как мне круто сейчас.

Притормаживаем на светофоре, и Зимин поворачивает голову в сторону.

– Можешь покричать, – громко произносит он с улыбкой в голосе.

– Я не…

– Знаю, что хочется. Давай, Ксю! Это же весело! – резко стартует и мгновенно набирает скорость.

Закрываю глаза, собираясь с мыслями. Проораться мне не помешает. Плюс еще и разрешили… Если Зимин оглохнет, я не виновата.

Поднимаю защитное стекло на шлеме, встречая кожей злой хлесткий ветер, но это ничего. Набираю в грудь побольше воздуха и ору что есть сил, словно на концерте Скриптонита (прим.автора: казахстанский рэп-исполнитель и битмейкер, участник творческого объединения Gazgolder). Запрокидываю голову и вижу верхушки проносящихся мимо деревьев и фонарных столбов. Как же круто! Невероятно.

Мои радостные возгласы перемешиваются с шумом движения, гудками недовольных автомобилей, которые с легкостью обходит Зимин. Сливаюсь с городом и моментом. Счастлива в эту секунду. Только сейчас абсолютна свободна.

Слезаю с байка, еле-еле ощущая собственные ноги. Зимин тоже спускается на землю, но при этом держится довольно уверенно. Ну еще бы. Ему-то не впервой. Дима стягивает с меня шлем, забирает сумку и довольно лыбится.

– Что? – хрипло спрашиваю, убирая белые пряди спутанных волос с лица.

– Ничего, – Дима насмешливо дергает темными густыми бровями идеальной формы.

Черт! Девки бы убили за такие. Честно. Это какой-то подарок природы. Он и весь ничего, но брови…

– Как ощущения от первой поездки на мотоцикле? Горлышко не болит? – снова этот снисходительный тон, словно к ребенку обращается.

Я уже давно выросла. Неужели в прошлый раз он так это и не понял?

– Думаешь, ты у меня первый? – ухмыляюсь, вскидывая подбородок. – И мое горлышко в порядке.

Зимин качает головой, кривовато улыбаясь и отводя взгляд. Звучит короткий звук сигнализации, и моя рука тонет в большой горячей ладони.

– Идем, – говорит Дима и влечет к одному из подъездов старой девятиэтажки.

Шагаю следом, стараясь игнорировать дрожь в коленях и сухость во рту. Нет. Это не из-за того, что я иду в квартиру к парню, о котором мечтала лет десять, посреди ночи и не могу унять волнение, просто тело еще не отошло от скоростной поездки.

«Не больше, чем младшая сестренка», – слова Зимина всплывают в воспоминаниях так четко, словно он только что снова произнес их. Только вот во мне больше ничего не разбивается и не болит. Сердце надежно скованно льдом.

Может когда-то я и была влюблена в лучшего друга своего брата всем своим детским существом, но теперь… Я в принципе не способна на подобные чувства.

Зимин открывает железную дверь и крепко матерится с порога. Становится не по себе. Он заводит меня за руку в темную небольшую прихожую и усаживает на пуф.

– Посиди здесь чуть-чуть, – говорит полушепотом и опускает вещи на пол возле моих ног.

Дима входит в соседнюю комнату, оставив дверь приоткрытой. Узкая полоска света, позволят разглядеть передо мной большой шкаф, слева две межкомнатные двери и справа еще одну.

– Зайка, я что не по-русски выразился? Ты уже давно должна была уйти, – голос Зимина, но тон… Высокомерный и дерзкий. Вроде назвал ту, к кому обращается, ласково, но это совсем не похоже на милый жест.

– Но я… Мы ведь не закончили, – отзывается девушка.

– Ну, ты-то закончила.

– Но…

– Одевайся!

Неловкость давит на плечи. Черт! Я ведь не знала, что он здесь с девушкой. Стремно вышло. Так и сижу тихонько в полумраке, кусая губы, пока кто-то не включает свет.

Пара блестящих темных глаз тут же впивается в меня, а затем стреляет в Зимина. Только вот если я практически чувствую пулю у себя во лбу и невольно напрягаюсь, Дима никак не реагирует на ментальный выпад его девушки.

– Это что она? – в голосе «снайперши» столько удивления. – Эта лахудра?

Поворачиваю голову и в стекле двери вижу свое отражение. «Я упала с сеновала, тормозила головой». Теперь понятно, почему Зимин так загадочно улыбался во дворе. Вот гад!

– Это младшая сестра моего друга, – спокойно отвечает Дима. – Тебе пора, зайка. Я позвоню.

– Друга? – насмешливо переспрашивает «зайка», которой я уже очень хочу оторвать ушки, но решаю не вмешиваться. Это их дела. Пусть сами и разбираются.

Зимин тяжело вздыхает и открывает входную дверь, недвусмысленно намекая, что ей уже реально пора свалить.

– Доброй ночи, – не терпящим возражений тоном произносит Дима.

Девушка влезает в туфли на высоченных каблуках и нервно поправляет короткую джинсовую юбку. Она бросает на меня последний взгляд, тряхнув шикарной медной гривой, и шагает на лестничную площадку, успев по пути смачно обслюнявить Зимина. Заявляет на него права? Да пожалуйста, дорогая. Я и не претендую.