Лучшее доказательство любви - Софи Пемброк

Более того, она не была уверена, что Себастьян вообще заметил бы ее присутствие.

– Мария, – серьезно сказал он, и глаза его заметно потемнели, – это место – твой дом, твой и Фрэнки. И он останется вашим домом навсегда, что бы ни случилось.

Но этого недостаточно, и никогда не было… Если Себастьян не понял этого, когда она ушла от него вместе с ребенком, значит, не поймет и сейчас, учитывая, сколько событий происходит в его жизни. Поэтому она просто сказала спасибо.

Себастьян перевел взгляд на Фрэнки и протянул руку к мальчику, но тот, вдруг испугавшись, уткнулся лицом в материнское плечо и всхлипнул. И Мария понимала почему. Фрэнки виделся с отцом в основном в Милане, недалеко от главного офиса «Бриллиантов Каттанео», либо на вилле Каттанео, расположенной неподалеку от поместья родителей Марии. Так что это место, с которым у Марии было связано так много воспоминаний, было для Фрэнки новым и чужим. Рука Себастьяна едва заметно дрогнула, и Мария увидела неподдельную боль в его глазах.

– У нас был долгий день, мы оба очень устали, – сказала Мария, пытаясь сгладить ситуацию, как обычно это делала.

Грустная улыбка Себа сказала о том, что он ценит ее старания. Они оба знали, что поведение Фрэнки связано с тем, что он весь год почти не видел отца, в основном на экране ноутбука по видеочату. Мария отодвинула подступившее чувство вины. Она не виновата, что Себастьян никогда не выполнял своих обещаний не только как отец, но и как муж. И она отказывалась испытывать вину за то, что ушла от него, чтобы найти свое счастье. Она не могла остаться, зная, что любовь всей ее жизни никогда не будет любить ее в ответ.

Знать, что Себастьян женился на ней только потому, что так велел ему отец, – это одно. Но услышать то, что он бросил ей в лицо в ту ночь, после которой она решила от него уйти, – совсем другое.

– Да ладно, Мария! Ты прекрасно знала, на что подписываешься, когда соглашалась с планами наших отцов. Ты вышла за меня, чтобы спасти семейный бизнес, точно так же, как я женился на тебе, чтобы получить слияние наших компаний. А теперь ты жалуешься, что я слишком много времени уделяю этому самому бизнесу?

Вот только дело обстояло не совсем так. Да, она, скорее всего, никогда не согласилась бы с требованиями отца, если бы семья не находилась в столь плачевном состоянии. Но ведь у нее были другие планы, другие способы спасти положение, если бы только родители позволили это сделать. Но вместо этого ей пришлось бросить свое экономическое образование, вернуться домой и выйти замуж за Себастьяна, чтобы обеспечить свою семью долей в недавно объединенной компании, которая теперь носила только имя Каттанео, без Росси. Мария хотела сделать все по-другому, и она никогда не согласилась бы на этот договорной брак, если бы уже давно не была влюблена в Себастьяна и в глубине души не надеялась на взаимность.

И понимание того, что вся ее любовь, которую она отдавала ему без остатка, для него не более чем просто удобство, было горькой пилюлей. Но ей пришлось ее проглотить, и теперь она не могла вернуться к тому, от чего уходила, потому что Мария потратила слишком много сил на то, чтобы двигаться дальше.

– Заходите скорее в дом, не стойте на пороге, – словно опомнился Себастьян. Он отступил назад и открыл дверь пошире, пропуская их в дом. – Все с нетерпением ждут вас. И… добро пожаловать домой.

Мария почувствовала, как больно сжалось сердце, стоило ей переступить порог. Мон-Кер больше никогда не будет ее домом, даже если бы ей этого хотелось.

Как только закончатся рождественские праздники, они с Фрэнки снова будут предоставлены сами себе. Себастьян может сколько угодно заниматься своей компанией, а у Марии есть кое-что поважнее – их сын. И вместе с Фрэнки они будут строить новую жизнь, вдали от Каттанео и Мон-Кер. Так будет лучше для всех, хотя это очень больно…

Она постриглась.

Себ был уверен, что в его жене произошли и другие перемены, и один только Бог знает, с каким трудом он узнавал в двухлетнем Фрэнки годовалого малыша, которого Мария год назад увезла отсюда. Но все, на чем он мог сейчас сосредоточиться, – это ее волосы.

Длинные, иссиня-черные локоны, достававшие почти до талии, исчезли, теперь волосы Марии едва касались ее плеч, слегка закручиваясь на концах. И сейчас он просто неприлично таращился на нее. Видимо, это было действительно так, потому что Мария смотрела на него с таким беспокойством, которого он не видел в ее глазах очень давно…

Черт, что случилось с невозмутимым, уверенным в себе бизнесменом, каким он был всего год назад? Ах да, вся его жизнь понеслась под откос всего-то! И все началось в тот день, когда он вернулся домой и увидел, как Мария складывает свои вещи в чемоданы.

– Себастьян? – Мария опустила Фрэнки на пол, а Себ закрыл за ними входную дверь.

Совсем рядом ждали его сестра и брат вместе со своими половинками, новые люди в его жизни, которые никогда не смогут заменить тех, кого он потерял. Но Себ еще не готов был делиться Марией и Фрэнки с ними. Мария наконец сняла с Фрэнки комбинезон, но ее встревоженный взгляд все еще был прикован к Себастьяну.

– Ты подстриглась. – Он робко улыбнулся. – Тебе идет.

– Мне идет моя новая жизнь, – коротко отозвалась она.

Та жизнь, в которой она избегала его любой ценой, даже когда он приезжал в дом ее родителей, чтобы забрать Фрэнки. Он был рад, что хоть кого-то из них устраивает эта жизнь.

– Я хочу прояснить одну вещь, – сказала Мария, когда Фрэнки немного осмелел и отошел от матери.

Себастьян кивнул.

– Это просто визит, ничего больше. Когда рождественские каникулы закончатся, мы с Фрэнки снова вернемся домой, в поместье моих родителей. Мы не останемся, Себастьян, я хочу, чтобы ты понимал это с самого начала.

– Конечно. – Себ заставил себя улыбнуться.

Выражение лица Марии немного смягчилось, и он знал, что должен на этом остановиться. Потому что, если он будет на нее давить, это разрушит тот хрупкий мир, которого они, кажется, достигли. Но Себ ничего не смог с собой поделать, он всегда старался настоять на своем. Таким уж он был, таким его воспитал отец. Как же ему сейчас нужен был отцовский совет!

– Если ты все-таки передумаешь… – сказал он, игнорируя выражение лица Марии. – Это были не просто слова вежливости, когда я сказал, что этот дом всегда будет твоим.

– Себ… – простонала Мария.

– Я знаю, что Ноэми хотела бы видеть тебя чаще. Она скучает по тебе.

Ноэми и Мария всегда были очень близки, и Себастьян воспринимал это как знак того, что Мария – неотъемлемая часть семьи, как и каждый из них. Но потом Мария ушла, и на ее месте оказался Лео, и, хотя он достиг с братом своего рода перемирия, все было по-другому.

– Я тоже скучаю по Ноэми, – сухо сказала она. – Нам стоит пойти и поздороваться со всеми.

Не оглянувшись на Себастьяна, Мария подошла к Фрэнки, взяла его на руки и направилась в гостиную. По крайней мере, она хоть по кому-то скучала, и Себастьян не питал напрасных надежд, что и о нем Мария тоже хоть немного думала. Если бы это было так, она бы захотела встретиться с ним в один из его визитов. Точно так же, как он каждый раз надеялся на их встречу.