Искренне Ваш, Картер - Уитни Джи

В тот самый день мы стали лучшими друзьями…

Трек 1. Blank Space^[1] (3:47)

Картер

Настоящее время

«Одного секса больше недостаточно…»

Я покачал головой, а моя нынешняя подружка Эмили кругами бегала вокруг меня по пляжу. Одетая в ярко-красное бикини, она улыбалась мне, плескала в меня водой, привлекая завистливое внимание парней неподалеку. Слишком часто, когда я улыбался ей в ответ, она снимала фотоаппарат с запястья, вставала рядом со мной, держа его высоко над нами, и кричала:

– Время селфи! Самая красивая пара!

Честно говоря, снаружи все в этой женщине было, черт побери, почти идеальным. Она была поразительно красива: светло-зеленые глаза, пухлые мягкие губы. Эмили заразительно смеялась, вызывая улыбку у самого угрюмого человека. Ее чувство юмора было похоже на мое. Она была от природы жизнерадостной и могла заставить любого нового знакомого при первой же встрече поверить, что она его лучший друг. А за закрытыми дверями она хотела секса почти так же часто, как и я.

Но на этом милые черты заканчивались, и я, к несчастью, обнаружил это слишком поздно.

Спустя несколько месяцев после того, как мы начали серьезно встречаться, проявился ее истинный характер. Во-первых, я выяснил, что в ее природной жизнерадостности не было ничего природного. Это был побочный эффект незаконного приема «Аддерола», которым она часто злоупотребляла, доходя до передозировки. Во-вторых, у нее была привычка посылать мне сообщения каждый час со словами: «Я скучаю по тебе, детка. Где ты?», если мы не были вместе. Если я не отвечал ей в течение трех минут или быстрее, она раз за разом посылала следующее сообщение: «Ты умер? ТЫ УМЕР?» И наконец, причиной, по которой я собирался рано или поздно закончить эти отношения, был ее новый и странный секс-фетиш. До и после секса ей нравилось ползать по комнате на четвереньках и мурлыкать, как котенок. Она даже «мяукала», когда кончала.

Такое дерьмо я долго терпеть не мог…

– Эй, ты! – Эмили плеснула в меня водой, вырывая из моих мыслей. – Что это ты такое обдумываешь?

– Многое… – признался я.

– Вот почему я люблю тебя, Картер. – Она улыбнулась. – Ты всегда в глубокой задумчивости, думаешь о глубоких вещах… – Эмили подняла над нами фотоаппарат. – Селфи в глубокой задумчивости!

– Верно… – я подождал, пока она сделает снимок. – Ты уже готова возвращаться?

– Почти! Дай мне еще пять минут. Я хочу зайти подальше и еще раз почувствовать волны на моей груди.

Я кивнул и наблюдал за ней, пока она заходила в океан. Эмили жестом позвала меня к себе, но я только выдавил из себя улыбку и остался на месте. Я все еще думал, я все еще гадал, почему мне никак не удается миновать шестимесячный рубеж ни с одной из женщин, с которыми я встречался. Почему мне никогда не удавалось найти в себе достаточно сил, чтобы задержаться рядом с ними еще хотя бы на секунду.

– ОК! – Эмили присоединилась ко мне на берегу. – Я готова возвращаться, если ты готов, Картер. Я знаю, что на самом деле у тебя на уме… – она прижала ладонь к моей мошонке. – Мяу…

«Иисусе…»

Я отвел ее руку, сжал и повел Эмили к моему месту.

– Как насчет того, чтобы завтра отправиться в Эверглейдс? – спросила она.

– Думаю, нам следует поговорить об этом завтра… На самом деле нам надо о многом поговорить.

– О-о-о. – Она сжала мою руку. – Звучит так, будто ты собираешься впустить меня внутрь и поделиться своими глубокими, темными секретами…

– У меня нет никаких глубоких, темных секретов.

– Ну, о чем бы ты ни хотел поговорить завтра, не могли бы мы говорить об этом не в вафельной «У Гейла»?

– Что? – я посмотрел на нее и поднял бровь. – Почему нет?

– Хотя я знаю, что тебе нравится тамошняя еда, и мне тоже, я ненавижу это место. То есть быть там, понимаешь?