Чужой муж - Елена Арсеньева

– Они так смотрели… как будто я гулящая! Родь, я не хочу так больше!

– Выход только один, – сказал он ласково и решительно. – Же-нить-ся! Пойдешь за меня, Лилия Говорова?

У нее ходуном ходили озябшие колени, каблуки выстукивали дробь по асфальту – в такт зубам:

– Эт-то чт-то: пр-редлож-жение р-руки и сер-рдца?

– Угу, – кивнул Родион, поднимая с газона кленовый листок и вручая Лиле.

– Он желтый, это к разлуке! – испуганно воскликнула Лиля.

– Не дождешься! – решительно сказал Родион. – Ну так пойдешь за меня?!

– Эй, Ромео и Джульетта! – раздался крик откуда-то сверху, и Родион с Лилей обернулись.

Из окна общежития высовывался Колян, спускавший оттуда… веревочную лестницу!

– Залезайте! Вира-вира!

– Я согласна! – сказала Лиля.

– Залезть? – усмехнулся Родион. – Или замуж?

– Я с тобой на все согласна, – прошептала она. И в ту же минуту вдруг вспомнилось: «Вот девки нынче пошли, а? Лезут и лезут! Мы их гоним, а они обратно! И в окно! И по пожарной лестнице! Ну чисто эквилибристы!»

Лиля попятилась…

– Пошли! – подал ей руку Родион.

«Нет, я не полезу!» – чуть не крикнула Лиля.

– Пошли, пошли! – потянул он ее куда-то в сторону.

К ее изумлению, они обошли общежитие и вбежали в вестибюль гостиницы!

Дежурная, дремавшая за стойкой с ключами, с трудом подняла голову и очумело уставилась на них.

– Девушка, здрасьте! – выпалил Родион. – У вас свободные номера есть?

Та кивнула растрепанной головой:

– Только люкс за сто рублей.

– Ничего себе! – ужаснулся Родион.

– За сто рублей! – вскрикнула Лиля.

И вдруг Родиона осенило:

– Погодите, а старыми или новыми?^[7]

– Старыми сто, новыми десять, – с трудом, сквозь зевок, выговорила дежурная.

– А давайте! – вскричал Родион, доставая из кармана деньги: червонец, тот самый, который он заработал прошлой ночью на разгрузке вагонов!

– Да ты что! – ахнула Лиля. – Сколько же тебе работать надо на этот номер?!

– Ничего! – засмеялся Родион, целуя ее. – Ты того стоишь!

– Хватит целоваться, – зевнула дежурная. – Паспорт доставайте!

– Паспорт доставай! – велел Родион, на мгновение прервав поцелуй.

Дежурная открыла паспорт Лили и, зевая, пожала плечами:

– Ой, нет… У девушки местная прописка, а гостиница для иногородних. Не положено! Так что…

И она решительно положила червонец на стол.

– Да что это за порядки такие?! – шепотом возопил Родион. – Что же, ей на улице ночевать, что ли?

– А этого я не знаю, – зевнула дежурная и снова попыталась устроить на столе голову поудобнее, чтобы вернуться к прерванному сну.

Однако Родион снова подал ей паспорт и настойчиво прошептал:

– Девушка, прошу вас… Посмотрите еще раз внимательно первую страницу!

Через мгновение дежурная взглянула на молодых людей расширенными от изумления глазами.

– Да! – значительно произнес Родион. – Это дочь того самого папы!

И он значительно воздел палец.

Лиля с досадой отвернулась:

– Зачем ты?..

Но Родион словно не слышал: он с торжеством смотрел на дежурную, которая с угодливой, виноватой улыбкой сунула ему в руки ключ от номера:

– Седьмой налево по коридору!

– Спасибо! – весело сказал Родион, обнимая Лилю и увлекая ее за собой.

А дежурная снова уставилась в паспорт Лили, недоверчиво качая головой.

Она недавно услышала такое выражение – «золотая молодежь». Так вот она какая, эта самая молодежь! Дочь первого секретаря горкома… среди ночи в гостинице с каким-то парнем… это ж кому только сказать!..

Хотя… сказать-то никому не удастся. За такие разговоры бывает… ого! Лучше молчать. Может быть, потом, если Говорова вдруг снимут, она кому-нибудь и расскажет об этой ночи… Ну а не снимут, значит, придется прикусить язычок надолго!

А молодые люди между тем осторожно открыли дверь номера люкс, который даже Лиле показался роскошным, а уж Родион вообще чуть ли не онемел и даже не решался переступить порог.

Первая комната была гостиной, вторая – спальней, и на кровати, стоявшей там, могло бы поместиться семейство из четырех-пяти человек.

И все это великолепие теперь было в распоряжении Родиона и Лили…

– Это похоже на царство моей волшебной феи, – восхищенно пробормотала Лиля, вдруг вспомнив выдумки своего детства. – И она дарит нам волшебную ночь!

– Сказочница ты моя! – ласково улыбнулся Родион и хотел было снова приступить к поцелуям…

Но Лиля вдруг отстранилась:

– Сказочница или не сказочница, но только знаешь что, Родь… ты, пожалуйста, больше никогда не ссылайся на папу!

Родион взглянул недоумевающе.

– Ну, не козыряй его положением! – продолжала Лиля. – Это некрасиво! Ну… Как-то неловко!

– Слушаюсь и повинуюсь! – вытянулся в струнку Родион. – Милая моя…

Рядом с этой кроватью он готов был пообещать все, что угодно!

* * *

– Слушай, Лилька, а когда свадьба, а?

Этот вопрос Лиля слышала теперь чуть ли не каждый день. Их с Родионом отношения ни для кого не были секретом, и подруги просто донимали ее теперь! Лиля отшучивалась, отмалчивалась, наконец ответила откровенно:

– Родя все деньги тогда потратил на гостиницу, а новые еще не заработал. Так что… свадьбы не будет. То есть будет только роспись.

– Ну-у… – разочарованно протянула Зоя. – Без свадьбы как-то неинтересно.

Лиля вздохнула. Конечно, неинтересно! Но тут же пристыдила себя за эти мысли. Главное – любовь!

Ну да, это главное, но вдруг так захотелось надеть белое платье и фату… или ей теперь нельзя надевать фату? Ведь она уже не девушка?

Нет, без фаты никак нельзя, какая же свадьба без фаты? Да не будет у нее никакой свадьбы!..

– Слушай, Лилька, – прервал ее печальные мысли радостный голос Зои, – а мы с Коляном свадьбу на себя возьмем. Такую гулянку забабахаем – на всю жизнь запомните! Правда, Симка?