Одержимая - Тори Озолс

Принадлежа тебе

Я буду тихой, ты даже не узнаешь, что я просочилась в твою душу. Но я создам себе там уютный дом, сплету вокруг него надежный забор и ты никогда не сможешь прогнать меня прочь. Я срастусь с тобой. Стану твоей частицей. Да, демон внутри тебя. Но это не ты. Нет. Это я!

Сабрина вздохнула, оказавшись перед затемненными стеклянными дверями. Но как только она подошла к ним, те автоматически разошлись в стороны, пропуская гостью в квартиру. Автоматически зажегся мягкий свет, и перед взором девушки открылась огромная гостиная с наклонным потолком и хаотичными геометрическими деталями в интерьере. Так, от одной стены к другой пролегала под углом матово-белая труба, которая сочеталась с окрашенными в черный цвет стенами.

Общая композиция дизайна кричала о тяжелом восприятии мира хозяином квартиры. Но в тоже время совершенно потрясающий вид из больших окон скрашивал угнетающую атмосферу помещения. Огни большого города, который был, как на ладони, слепили. Сабрина моментально влюбилась в это место. Возможно, потому что в нем очень много говорило о Хангере, как о живом человеке, а не просто опасном преступнике. Замкнутом мужчине, который никого не подпускал близко к себе.

Она вздохнула, проведя рукой по кожаному дивану, и прикусила губу, представляя себя разложенной на нем, а сверху ее демон. Сабрина прошлась вдоль окон, наслаждаясь видом. После подошла к барной стойке, что отделяла небольшую кухню, на которой вряд ли часто готовили, а возможно, и никогда. Заглянув в холодильник, девушка получила подтверждение своим догадкам. Пара тетрапакетов с апельсиновым соком, две бутылки дорогого вина и больше ничего съедобного. Она сделала себе мысленную пометку забить холодильник до отвала и покормить своего зверя домашней стряпней.

Кто-то бы назвал Сабрину сумасшедшей, ведь, возможно, она не переживет эту ночь, найдя смерть в его объятиях, а девушка думала о еде и совместном проживании. Но это делало ее счастливой – возможность строить эти планы и знать, что у нее есть шанс воплотить их в жизнь.

Она достала бутылку вина. Просмотрев шкафчики, нашла штопор и приложила усилия, чтобы вытянуть пробку. После налила себе бокал, и, взяв его в руки, направилась дальше исследовать обитель всадника.

– Поздравляю, малышка, – она отсалютовала своему отражению, когда поднялась по винтовой лестнице на второй этаж и оказалась в коридоре из зеркал, – ты проникла в логово демона!

Сабрина повернула ручку и вошла в спальню. Огромная кровать заставила ее облизаться. Темно-фиолетовые атласные простыни призывали окунуться в них и испортить идеальную гладкость. Красные шторы с подсветкой создавали игру теней на стенах. Но больше всего в глаза бросалась картина в изголовье кровати. На ней был изображен силуэт оголенной девушки, прижатой к стеклу. Она казалась пленницей, рвущейся на волю. Сверху над кроватью висел белый куб, снова напоминая о хаотичности построения этой квартиры.

Девушка поставила бокал на тумбочку и подошла к дверцам встроенного в стену шкафа. Одним движением она открыла его, любуясь видом рубашек и пиджаков, развешанных в идеальном порядке. Интересно, он сам так сделал или имел экономку, которая убиралась в квартире Это она тоже выяснит позже, если у нее будет время.

С благоговением пройдясь рукой по его вещам, она достала одну из рубашек и положила на постель. После повернулась и сняла свое великолепное платье, оставшись в одном белье. Сексуальный комплект из дорого ажура превосходно сидел на ее теле, и Сабрина решила там его и оставить. Поверх она накинула мужскую рубашку, ощутив глубокое удовлетворение от ощущения мужской вещи на себе.

И хотя уже перевалило за полночь, девушка не собиралась спать. Она хотела дождаться своего мужчину. Спустившись вниз, Сабрина набрала три шестёрки и попросила у мальчиков раздобыть ей ужин. А после устроилась на диване, смотря на огни ночного города и потягивая маленькими глотками изысканное вино.

Когда мягкий звонок наполнил комнату, девушка решила, что привезли еду. Она поднялась и повернулась к двери как раз в тот момент, когда в квартиру вошел Хангер. Сабрина замерла, смотря на своего демона. А тот, изогнул свою идеальную бровь в немом вопросе, прошелся своим жадным взглядом по ней.

– Твои ножки великолепны, воробушек, – хищно проговорил он, задержав взгляд на краю рубашки, что еле прикрывала бедра.