По велению сердца - Даниэла Стил

Потом они отправились в тайский ресторан, где прекрасно поужинали. За ужином Финн поинтересовался ее планами на Новый год.

– Как обычно, — усмехнулась она. — В десять часов залягу спать, терпеть не могу куда то выбираться в новогоднюю ночь! Кругом одни чокнутые да пьяные. Вот дома — самое то.

– Ну можно придумать что нибудь поинтереснее, — сказал Финн. — Я тоже этот праздник не очень люблю, но давай сотворим какое нибудь безумство. Скажем, пойдем на Таймс-сквер и посмотрим, как падает зеркальный шар — или что там с ним должно происходить? Я это видел только по телевизору. Хотя наверняка там не протолкнешься…

– Пожалуй, было бы интересно это поснимать, — задумчиво произнесла Хоуп.

– Давай рискнем! Не понравится — вернемся.

Удивляясь самой себе, она согласилась.

– Считай, что я назначил тебе свидание, — серьезно заявил Финн. Он был вполне доволен собой.

– А ты сколько пробудешь в Нью-Йорке? — спросила Хоуп, когда они завершали ужин.

– Пока не знаю. Не исключено, что придется задержаться из за дел издательства. — Финн взглянул на Хоуп. — Остальное зависит от тебя. — Хоуп подняла на него удивленный взгляд. Когда он говорит такие вещи, она теряется и не знает, что отвечать, а это происходит уже не в первый раз. То, что он прилетел в Нью-Йорк ради нее, было для Хоуп не только большой неожиданностью, но и огромной ответственностью. Когда Хоуп заканчивала свой десерт, Финн посмотрел на нее в упор и произнес нечто такое, отчего она окончательно смутилась: — Хоуп, мне кажется, я в тебя влюбляюсь.

Она не хотела, чтобы он это говорил, и теперь не знала, как реагировать. Ответить ему, но что? «Сообщи, когда будешь уверен»? «Не валяй дурака»? «И я тоже»? Она еще не понимала, какие чувства испытывает к Финну, но то, что он ей очень нравится, было неоспоримо. Но насколько серьезно все это? Пока она не могла сказать.

— Тебе сейчас не нужно ничего говорить, — Финн словно прочел ее мысли. — Я просто хотел, чтобы ты знала, что я чувствую.

– Как ты можешь так говорить, ведь прошло всего несколько дней, — разволновалась она. Все происходило слишком быстро. Неужели в их возрасте возможно такое?

– Знаю, и все, — просто ответил Финн. — Никогда раньше не испытывал ничего подобного. Я понимаю, все произошло слишком быстро. Но ведь часто так и бывает. Что, если чувство настоящее? Я думаю, в нашем возрасте мы уже знаем, чего мы стоим, чего хотим и что чувствуем. И своего человека сразу чувствуешь. Чтобы понять это, много времени не требуется. Мы взрослые люди, мы уже наделали ошибок, мы больше не невинные юнцы. — Хоуп хотела заметить, что у него в этих делах гораздо больше опыта, но промолчала. Она была замужем только один раз, прожила в браке почти полжизни и всего два года как живет одна. — Хоуп, пойми, я не хочу, чтобы ты считала, что я на тебя давлю — только из за того, что я к тебе чувствую, — продолжал Финн. — У нас впереди еще много времени, мы успеем во всем и в себе разобраться. Конечно, если ты захочешь.

От его слов у Хоуп закружилась голова. Это было совсем не похоже на то, что было у нее с Полом. Финн — более своенравная, более творческая натура, вся его жизнь — одна сплошная вольница. Пол, напротив, во всем был необычайно дисциплинирован и с головой погружен в свою работу. Финна больше интересуют люди, окружающий мир. Причем мир О’Нила необычайно емкий и яркий, что импонировало Хоуп. За последние два года ее горизонты тоже расширились. Она была открыта новым идеям, новым знакомствам, новым местам — таким, как тибетский монастырь или индийский ашрам, о которых она и знать ничего не знала, пока не потеряла Мими и Пола.

После ужина они пешком дошли до ее дома, на этот раз Финн поднялся к ней на чашку кофе. Хоуп боялась одного, что Финн захочет ее поцеловать, а она к этому еще не была готова, — но этого не случилось. Финн был опытным мужчиной. Он понимал, что Хоуп не готова к большему. Быть рядом, гулять, разговаривать, обедать и ужинать вместе, узнавать друг друга — этого для Хоуп было пока достаточно. А он именно затем и приехал, и он хотел того же. А Хоуп казалось, что ни в ком и никогда она не встречала такого понимания с первых же дней знакомства. Пол, когда ухаживал, вел себя совсем иначе, он слишком был занят, к тому же шестнадцать лет разницы в возрасте давали о себе знать. Другое дело — Финн, с ним они ровесники, принадлежат к одному поколению, у них так много общих интересов. Если бы ей довелось составить список качеств, которые ей хотелось бы видеть в мужчине, это были бы качества, присущие Финну. Но после Пола ей никто не был нужен. И вот теперь в ее жизни появился Финн, ворвался как вихрь, как ураган. А ведь они знакомы всего неделю, но какая это была неделя!

На следующий день они, как и договорились, отправились в Музей современного искусства, а еще через день — в музей Уитни. Обедали в любимых ресторанах Хоуп. Финн съездил в издательство, встретился со своим агентом и обсудил условия договора на новую книгу. К огромному удивлению Хоуп, за те несколько часов, что О’Нила не было рядом, Хоуп успела по нему соскучиться. Но все остальное время Финн проводил с ней, был рядом каждую минуту, расставались они только поздно вечером. Финн до сих пор не попытался ее поцеловать, но один раз снова сказал, что влюбился. Она же в ответ лишь подняла на него встревоженные глаза. А вдруг это только игра? А если нет? Это, пожалуй, страшило еще сильней. Что, если это серьезно? Как тогда им быть? Он живет в Ирландии, она — в Нью-Йорке. Но нет, не станет она сейчас об этом думать. Это просто лишено всякого смысла. Впрочем, Хоуп и сама понимала, что обманывает себя. Во всем этом был очень большой смысл. Она может жить в любом городе, да и он тоже. По существу, это ничего не меняло. Главное, что им хорошо вместе. Пусть это будут только встречи, хорошо, что они будут.

Когда Хоуп позвонил ее агент Марк Веббер, она не рассказала ему о том, что происходит. А больше делиться своими новостями ей было не с кем. Марк был ее самым близким другом. И жену его Хоуп любила. Марк пригласил Хоуп на семейный ужин, но она отказалась. Говорить о том, что Финн О’Нил в Нью-Йорке, она не стала. Хоуп знала, Марк будет в шоке, начнет приставать с расспросами, волноваться, подозревать бог знает что. Сегодняшний вечер ей хотелось провести с Финном. И она сказала, что у нее в планах поработать. Марк пообещал позвонить на следующей неделе.

А в новогоднюю ночь, как и было решено, они с Финном отправились на Таймс-сквер. Хоуп захватила с собой старенький фотоаппарат, чтобы поснимать на черно-белую пленку. Они пришли около одиннадцати и сумели пробраться сквозь толпу, которая к этому времени уже собралась на площади. Вокруг было много экстравагантных личностей, и Финн с интересом наблюдал, как их фотографирует Хоуп.

Ровно в полночь с флагштока полетел вниз сверкающий шар, все дружно закричали и стали поздравлять друг друга с наступившим Новым годом. Кого только не было здесь: проститутки и наркоманы, туристы, студенты, люди разных возрастов и национальностей. Хоуп едва успевала запечатлевать самых колоритных из них, и, когда Финн вдруг отобрал у нее камеру и привлек ее к себе, она растерялась. Не успела она опомниться, как Финн уже приник к ее губам. Весь мир в один миг перестал существовать для нее. Она видела перед собой Финна, он ее целовал, и это был самый главный момент этой новогодней ночи. Хоуп было так хорошо, так надежно в его объятиях, что хотелось, чтобы поцелуй длился вечно, а потом она с изумлением взглянула в глаза Финна и поняла, что пропала. Любовь настигла и ее. Идеальное начало Нового года, а может быть, и новой жизни?!