Желтые перчатки - Анна Дубчак

– Это правда, что вы едете в Москву к дочери?

Эмма Латинская тронула его за руку, тем самым приостанавливая чтение, и пристально посмотрела Борису в глаза. Ей все больше и больше нравился этот обаятельный мужчина со спокойным взглядом темных глаз, ей даже хотелось потрогать его поседевшие на висках волосы, коснуться щеки… И это не имело ничего общего с чувством, которое может появиться у женщины к мужчине. Нет, просто ее чтец источал благостную для души энергию, почему-то рядом с ним она ощущала в себе необычайный прилив сил. Скажи она ему об этом, он не поймет, встанет и уйдет. Да, да, она знала эту породу мужчин, которые, ничего не объясняя, предпочитают действовать. Таким был и ее муж, ее первый муж… Тоже русский и тоже с темными глазами… Вот только до старости он не дожил, так и остался в ее памяти черноглазым, порывистым в движениях юношей… Но это было в другой жизни.

– Да, я не видел ее больше пятнадцати лет…

– И вы так спокойно говорите об этом… – Она не сдержалась и в ее тоне просквозила укоризна.

– Я исправно высылал ей деньги… Ей и ее матери.

– Вы и сами знаете, что это не самое важное.

– Что ж, вы правы… Так мы будем читать дальше?

Он пришел сюда примерно по той же причине, которая заставила Эмму дать объявление в газете. Общение с русской, пусть даже офранцуженной. Плюс разнообразие перемещения в пространстве (все же она жила в Булонском лесу, когда бы еще он так много гулял по этим прелестным местам?!) да еще деньги…

– Да не гоните вы! Лучше скажите, чем занимается ваша дочь?

– Она шьет. Портниха, у нее свое дело.

– Ателье?

– Нет, что вы, ателье – это фантастика…

– Может, вы оговорились и следовало бы сказать «фантазия»? Причем, скажу я вам, не самая плохая.

– Да нет, я не оговорился, именно ФАНТАСТИКА. Это слишком дорого для моей дочери.

– Но если она талантлива, к примеру, а дочь такого человека, как вы, не может быть простушкой… Я правильно выразилась?

Борис впервые в своей жизни смутился. Он не привык, чтобы ему делали комплименты.

– Она простая девушка из простой семьи, но шьет, судя по рассказам Бланш, хорошо…

– Так давайте купим ей ателье! У меня много денег. И пусть это будет не подарок, а вложение капитала.

– Россия такая страна, куда очень опасно вкладывать капитал… Вы же знаете это не хуже меня… Скажите, Эмма, зачем Я вам?

– Как скоро вы разгадали меня, Борис… Все правильно, и я рада, что не ошиблась в вас. Вы действительно нужны мне…

Борис окинул взглядом всю ее длинную сухую фигуру, закутанную в белую мягкую шаль, и понял, что если Эмма собирается взять его в любовники, то он будет вынужден прекратить свои прогулки по Булонскому лесу.

– Я бы хотела выйти за вас замуж…

– Но я невысок и довольно плотен, вы не боитесь, что я раздавлю вас в постели? – ответил он скороговоркой, нисколько не дав себе времени на осмысление ее предложения. Он успел внушить себе, что это шутка. А с юмором у него было все в порядке.

– Но я же не предлагаю вам стать моим любовником. В прошлом году умер мой муж, я теперь вдова. Хотите верьте, хотите нет, но как только я похоронила Патрика, я заболела…

Нет-нет, речь идет не о физическом недуге… Понимаете, мне постоянно кажется, что меня хотят обмануть… Что мои доверенные лица готовят мне ловушку…

– Вы составили завещание и перестали спать спокойно?

– Как вы догадались?

– Я читаю французские романы. сюжеты лихо закручены одним и тем же узлом, называемым завещанием или наследством, как вам будет угодно.

– Да, вы правы: там, где есть деньги, найдется местечко и для смерти…

– И поэтому вы решили подарить все свое состояние полунищему русскому эмигранту, которого выбрали среди такой же голодной своры?… И почему именно я?

– Не знаю… Я не могу объяснить. Быть может, это заложено внутри меня. Мне кажется, что вы честный. И не алчный.

– Это вам так кажется. Стоит вам только выйти за меня замуж и оформить все подобающие этому случаю документы, как я зарежу вас в собственной постели на следующий же день и причем сделаю это настолько профессионально, что никто меня и не заподозрит…

– Я знала, что вы скажете что-нибудь подобное… Вы мне нравитесь все больше и больше. Скажите, Борис, о чем вы мечтаете?