Горячая кровь - Лоринда Скотт

— Вы вели себя возмутительно!

Блейк хмыкнул и вдруг подхватил ее на руки.

— Прошу прошения, радость моя.

— Вы снова это делаете! И не смейте называть меня «радость моя»! Немедленно поставьте меня на пол! Видите себя прилично!

Как ни странно, Блейк подчинился: поставил ее на пол и даже отошел на шаг. Задумчиво разглядывай Клэр, он глубокомысленно заметил:

— Вы правы, мне бы следовало называть вас не «радость моя», а «горе мое». Похоже, вы на меня сердитесь.

— Сержусь — это еще мягко сказано, я вне себя! Вы что, сами не понимаете, что поставили меня в неловкое положение? Подумать только, практикантка застает меня в фривольной позе и с кем? С моим боссом!

— В фривольной позе? — Блейк громко расхохотался. — Дорогая моя, да вы всего-навсего сидели у меня на бедрах!

— Всего-навсего!

Клэр негодующе фыркнула и была немного вознаграждена за свои переживания.

— Я вам уже говорил, Скарлетт, что вы очень хороши, когда сердитесь?

Комплимент, даже высказанный в насмешливой форме, был ей приятен, но Клэр постаралась это скрыть, недовольная собой.

— И не надо разговаривать со мной таким покровительственным тоном! Чтобы завоевать авторитет у подчиненных в этой больнице, мне пришлось немало потрудиться, а вы одним поступком ухитрились все испортить. Вы меня скомпрометировали перед…

— Полно, красавица моя, по-моему, вы хватили через край. Я не сделал ничего, слышите, ничего, что могло бы поколебать ваш авторитет или уронить вас в глазах коллег. А если я слегка поцарапал ваш кристально чистый образ безгрешной праведницы, так это вам даже на пользу. Пусть подчиненные увидят, что ничто человеческое вам не чуждо. В конце концов, что нам мешает завести роман?

В этом-то вся проблема, подумала Клэр. Она медленно покачала головой.

— Ничто не мешает, но ведь никакого романа нет, правда? Зачем же создавать видимость того, чего нет на самом деле?

Блейк, казалось, всерьез задумался над ее словами. Помолчав, он отвел взгляд и тихо сказал:

— Вы правы, прошу прощения. Я не хотел ставить вас в неловкое положение.

После этого случая Блейк до конца недели держался вежливо, но отстраненно и не предложил встретиться в выходные.

В понедельник утром, когда Клэр наводила порядок в одном из кабинетов, туда, прихрамывая, зашел Блейк.

— Привет. — Он робко улыбнулся. — Можете уделить мне минуточку?

— Могу, а что случилось?

— Да вот, оступился. Такое случается, но на этот раз я, кажется, немножко пострадал.

Клэр вздохнула.

— Идите сюда, садитесь на кушетку, вытяните ногу и закатайте штанину. Надеюсь, ноги у вас чистые?

— Какая дерзость, — пробурчал Блейк.

Он сел на край кушетки, Клэр с большой осторожностью сняла с него ботинок и носок, осмотрела ногу и загадочно хмыкнула.

— Что это еще за «хм», сестра О'Брайен? Нельзя ли побольше внимания и заботы? Где ваше сочувствие?

Клэр фыркнула.

— Сочувствия вы от меня не дождетесь. Если человеку хватает глупости забираться в крысиные норы…

Блейк сделал вид, что возмутился и собирается встать. Клэр шлепнула его ладонью по колену.

— Сидите спокойно, если хотите, чтобы я наложила вам тугую повязку.

— Слушаюсь, сестра, как скажете, сестра. Клэр нахмурилась, и Блейк, лукаво подмигнув ей, задушевно попросил:

— Ударьте еще. Мне нравится, когда вы играете грубо.

— Ради Бога замолчите или я препоручу вас заботам Уитни Смит и Фила Сандерса!

Блейк притворно содрогнулся от ужаса и зажал рот рукой, театрально округлив глаза. Как ни трудно это было, но Клэр постаралась не обращать внимания на его выходки и делать свое дело. Наложив тугую повязку на растянутые связки, она спросила:

— Ну как?

— Спасибо, отлично. Вы просто ангел.

— Не льстите, это вам не идет.

Он рассмеялся.

— Что же мне делать? Мне не разрешается делать то, что получается само собой…

— Это еще что?

— А вот что.

Он взял Клэр за талию, притянул к себе, вынудив встать между его раздвинутыми ногами, и подарил ей такой поцелуй, после которого она долго не могла отдышаться, а колени так дрожали, что Клэр едва держалась на ногах.

Она отстранилась и коснулась пальцами припухших губ.

— Вам не следует это делать. — Даже голос плохо ее слушался.

— Вот видите? Что я ни сделаю, все не так.

Блейк осторожно обулся, встал с кушетки и, прихрамывая, вышел из кабинета, оставив Клэр в одиночестве приходить в себя.

Потянулась еще одна трудная неделя. К пятнице Клэр уже с нетерпением ждала выходных, когда сможет остаться дома и предаться жалости к себе. В свободную минутку она зашла в пустую комнату отдыха, налила себе кофе и с чашкой в руках опустилась в кресло.

— Устали?

Клэр вздрогнула и чуть не выронила чашку. Она не слышала, как Блейк открыл дверь.

— Немножко.

Он прошел через комнату и сел. Клэр заметила, что он все еще прихрамывает, но уже меньше.

— Чем вы собираетесь заняться на этот раз? — спросила она не подумав, о чем тут же пожалела, но было поздно. — Снова полезете под землю или у вас есть и другие самоубийственные хобби?

— На этот раз я просто поеду отдохнуть.

— Отдохнуть? — Клэр решила, что ослышалась.

Блейк пожал плечами.

— Ну да, моя нога еще не до конца зажила, так что с пещерами придется повременить. Я решил отправиться на северное побережье Норфолка, посмотреть тамошние места.

— О, там очень красиво, — с плохо скрытой завистью заметила Клэр. — Вам понравится.

Несколько секунд Блейк, казалось, колебался, затем посмотрел ей в глаза.

— Поехали со мной. — Что?

— Вы слышали.

У нее пересохло во рту, сердце забилось так, словно она пробежала целую милю. Она прекрасно понимала, о чем Блейк в действительности просит, и знала, каким должен быть ее ответ. Должен — но не будет.

— Когда мы выезжаем? — словно со стороны услышала Клэр свой голос.

Блейк усмехнулся.

— Сегодня в пять. И предупреждаю: не берите много вещей, мы поедем на мотоцикле.