Все оттенки роз - Шейла Олсен

Я ударяю ладонью по регулятору громкости, одним движением вырубая звук. Быстро сворачиваю направо на следующем перекрестке, уезжая прочь от дома, от рассудительной, разумной девочки, которая сегодня должна готовиться к экзаменам, дорабатывать заявление на поступление в Стэнфорд, с опережением читать заданную литературу. Вместо этого я выбираю ту дорогу, по которой мы с Тэйтом ехали тем вечером, когда он вез меня среди холмов, а огни города кружились и танцевали за тонированными стеклами машины.

Я с легкостью повторяю тот же маршрут, словно мои руки его помнят. Вхожу в крутые повороты, преодолеваю подъемы, пока передо мной не появляются те самые ворота. Но у меня нет специальной кнопки. Я опускаю стекло и смотрю на крошечный мигающий огонек сигнализации.

– Кто это? – Из динамиков внезапно раздается голос Хэнка, и от неожиданности я подпрыгиваю на месте.

– Эм… это я. Шарлотта. – Понятия не имею, зачем Хэнку меня впускать. Это была глупая идея.

Но после непродолжительной паузы Хэнк удивляет меня:

– Проезжай.

У меня трясутся руки, пальцы нервно барабанят по рулю. Ворота открываются, и вот я делаю круг по подъездной дорожке перед домом Тэйта. Припарковавшись, набираю воздуха в грудь и поднимаюсь по ступеням к двери. Она распахивается, и я вижу массивную тень Хэнка, заполняющую почти весь дверной проем.

– Да, Шарлотта? – произносит он, с удивленным видом глядя на мою полуразвалившуюся машину.

– Мне нужно увидеть Тэйта. – Мой голос звучит твердо.

– Он тебя ожидает?

Я подаюсь в сторону, заглядываю через Хэнка в дом. В камине мерцает слабый огонь, но в полумраке гостиной никого не видно.

– Он здесь? – спрашиваю я.

Хэнк выходит вперед, дверь за ним закрывается.

– Я не должен сообщать тебе это. – Он бросает взгляд на дом, потом снова на меня. – Но, по правде сказать, Тэйт уже пару недель как сам не свой.

И с этими словами Хэнк широко распахивает дверь и отходит в сторону, пропуская меня в дом.

Я недоуменно смотрю на него, потрясенная этим его поступком, а потом делаю несколько робких шагов в глубь коридора. Я слышу, как Хэнк удаляется, закрыв за собой дверь.

Я одна, в доме Тэйта.

И вдруг из темноты дома передо мной внезапно возникает Тэйт. При виде его у меня перехватывает дыхание. Он в одних джинсах, его голая грудь поблескивает в мерцающем свете пламени, а загорелая кожа кажется еще смуглее.

Мне хочется закричать ему в лицо, что он мерзавец, что у него не было права поступать со мной так. Я хочу, чтобы ему стало стыдно за то, что он сделал, хотя какая-то часть меня предательски надеется, что есть какое-то объяснение, какая-то причина словам, которые он произнес тем вечером. Но прежде чем мои мысли успевают оформиться в предложения, Тэйт спрашивает:

– Что ты здесь делаешь?

– Я… – Меня всю трясет. Я приехала сюда без какого-либо плана. Он смотрит на меня прищурившись, словно пытается разглядеть в приглушенном свете. Словно причина моего визита может быть написана на моем лице.

Но я задаю вопрос, который должна задать:

– Почему ты выгнал меня тем вечером?

Тэйт отворачивается к камину, в котором танцуют и искрятся языки пламени.

– Все из-за того, что меня никто раньше не целовал? Я все-таки оказалась слишком невинна и скучна для тебя? – напираю я. Мне невыносим звук собственного голоса, но я должна понять, почему он снова меня унизил. – Мне просто нужно, чтобы ты сказал это.

– Нет, – произносит он, оглянувшись на меня через плечо.

– Тогда что? – говорю я, подходя на шаг ближе. – Почему ты оттолкнул меня после всех усилий, которые приложил для того, чтобы меня сюда притащить?