Испытание ложью и правдой - Барбара Данлоп

Шейн провел три дня в Европе с Таком и Диксоном и посетил пять потенциальных клиентов, в том числе «Гобрехт». Сделка с «Бомонт» висела на волоске, но надежда еще не умерла. Президент «Гобрехт» согласился встретиться с Шейном, но потом сказал, что ведет переговоры с многообещающей фирмой «Эллис Эйр». Шейн знал Райли Эллиса. Они были одного возраста, оба уроженцы Чикаго. Но «Эллис Эйр» никогда не играла особой роли в аэрокосмической промышленности. Он пытался объяснить «Гобрехт», насколько рискованно связываться с такой маленькой фирмой, но его не захотели выслушать.

Вернувшись в Чикаго и встретившсь с Дарси в особняке, он забыл обо всех разочарованиях деловой поездки, когда смотрел, как она кормит собак печеньем.

Когда Гас и Бумер съели угощение, Дарси отошла на полшага назад, взглянув на Шейна со смешанным выражением страха и гордости.

– Они твои друзья на всю жизнь, – сказал Шейн.

Дарси взглянула на собак.

– По-прежнему выглядят голодными.

– Они всегда выглядят голодными. – Он протянул руку и взял ее ладонь. – Давай прогуляемся.

При слове прогуляемся обе собаки бросились вперед.

– Они любят гулять? – спросила Дарси со смехом.

– Они думают, что их работа патрулировать участок по периметру. – Он указал на дерновые дорожки, которые разбегались по саду в разные стороны. – И они обожают компанию.

Собаки мчались впереди. Солнце сияло, воздух был теплым. С дубов доносились трели дроздов, на клумбах распускались розы, пахло свежескошенной травой. На Дарси были голубые джинсы, мятно-зеленая майка без рукавов и балетки. Густые каштановые волосы собраны в хвост. Единственным ювелирным украшением служили крошечные золотые сережки.

– Эстель сказала, что ты потеряла сережку? – спросил он, наблюдая за собаками, которые шли впереди – в нескольких десятках ярдов, – пересекаясь и обнюхивая садовые дорожки.

– Да, опаловую, – ответила Дарси, не отрывая взгляда от Бумера, – моей бабушки. Они мне очень дороги. У меня не так много вещей, которые принадлежали ей. Поэтому я благодарна, что могла вернуться и поискать ее. Это заняло какое-то время, пришлось искать повсюду, но я в конце концов отыскала ее… Ужасно обрадовалась.

– Рад это слышать, – сказал он, улыбаясь ее скороговорке. – Познакомилась с Джастином?

– Ага, – сказала она на глубоком вдохе.

– Он сказал, что ты расспрашивала об истории «Колборн аэроспейс».

– Да. – Дарси помолчала. – Мне стало любопытно.

– Я знаю, что ты делаешь.

Ее рука дернулась в его ладони.

– И это нормально. – Шейн поднял ее руку, чтобы поцеловать. – Мне бы тоже было любопытно на твоем месте. Думаю, я даже не устоял бы перед соблазном провести небольшое расследование.

– Я… – В голосе Дарси послышалась тревога. – Я имею в виду, что это не…

Он явно нервировал ее. Но такой цели Шейн не преследовал.

– Я знаю, что ты не гонишься за деньгами, Дарси.

Она задумалась над его словами.

– Верно. Ладно. Но откуда тебе это известно?

– Потому что охотницы за деньгами не строят из себя недотрогу и не ломаются.

Дарси замялась.

– Значит, вот что ты обо мне думаешь?

– Я не говорю, что ты ведешь себя подло. Но ты пытаешься остановить меня, стоит мне приблизиться.

– Да, – согласилась она.

– По собственному опыту знаю: когда женщины хотят расставить мне ловушки, они не отказываются ни от чего: ни от восхождения на гору Логан, ни от вступления в общество по сбору мусора, ни от боев в грязи.

– Бои в грязи?

– Иногда я проявляю фантазию, чтобы посмотреть, как далеко пойдет женщина.

– Ты ужасный.

– Они всегда могут отказаться. – Шейн поймал себя на том, что улыбается. – Как ты, например. Это честно.

Дарси сморщила нос и покачала головой.

– Я совершенно точно не буду участвовать ни в каких боях в грязи.

Шейн рассмеялся.

– Это отвратительное зрелище: бикини и хамство.

Он остановил ее, потянув за руку, затем шагнул ближе и посмотрел в глаза.

– Я когда-либо заставлял тебя делать что-то против твоей воли?

– Нет.

– Не принуждал и не подкупал.

– Это правда, – согласилась Дарси.

– Просто скажи нет, если тебе что-то не понравится.

– Хорошо.

Ее освещенное солнцем лицо, развевающиеся на ветру волосы, блеск губ, тонкий аромат духов взволновали его.