Вестфолд - Ольга Куно

– Пили из одной бутылки или из разных? – уточнил Уилл. Мой моральный облик явно мало его интересовал.

– Из разных, – сказала я. – Но этого все равно не может быть. Это глупость. И потом, я все время держала бутылку в руках. Когда бы он мог что-нибудь подсыпать? Хотя… – Меня вдруг будто молнией ударило. Уилл смотрел выжидательно. – Был момент, когда я поставила бутылку на землю и отвернулась, – призналась я. – Он тогда стоял у меня за спиной и… в общем, я действительно не могла видеть, что он делает.

– То есть возможность у него была, – заключил Уилл. – Кто еще?

– Больше никого не было, – вынужденно качнула головой я. – Я получила эту бутылку от трактирщика из рук в руки. И больше с ней не расставалась, кроме того случая.

– Трактирщик мог бы отравить коньяк?

– Теоретически, наверное, мог, – с сомнением сказала я. – Он дал мне бутылку уже открытой. Но зачем?.. Я совершенно случайно попала именно в этот трактир. Он не мог знать, что я туда приду. И видел он меня первый раз в жизни. Я уж не говорю о том, что отравленный коньяк – это очень плохая реклама его заведению.

– Отлично, – кивнул Уилл.

– Что же тут отличного?

– То, что к тебе возвращается способность рассуждать здраво. Выходит, это твой сосед.

– Ну этого просто не может быть. – Я упрямо продолжала отрицать очевидное.

– Это не аргумент, – резонно возразил разбойник. – Ты сама говоришь: больше некому.

– Но у него нет никакой причины! – почти закричала я. – Зачем ему меня убивать? Чтобы не подсматривала в его окно?

– А в этом что-то есть. Может, ты видела там что-то не то?

– Я, считай, каждый вечер волей-неволей вижу там что-нибудь не то, – сыронизировала я. – Но за такое не убивают.

– Как знать, как знать, – проговорил Уилл. – Может, было что-то, на что ты даже не обратила внимания. Если не ошибаюсь, ты говоришь об Адриане Уоллесе, который живет этажом выше? Я не так уж много о нем знаю, но он ведь постоянно ошивается у шерифа в замке, разве не так?

– Я тоже ошиваюсь, как ты говоришь, у шерифа в замке. И что теперь? Меня ты тоже запишешь в убийцы?

– Ошиваешься, вот и доигралась, – отрезал он.

В дверь громко постучали.

Я вздрогнула и машинально вжалась в кровать. Уилл бесшумно поднялся на ноги, кладя руку на рукоять меча.

– Да ты что?! Это, наверное, горничная, – прошептала я.

Стук повторился.

– Инга! – позвал из-за двери мужской голос.

– Ага, горничная, просто она простыла и у нее сел голос, – иронично кивнул разбойник. – Лежи и не вмешивайся, я сам разберусь.

– Только, пожалуйста, без трупов, – попросила я, приподнимаясь на локте.

– А это как пойдет.

Уилл, похоже, не любил, чтобы последнее слово оставалось за кем-нибудь другим. Так же, как и я.

Разбойник неспешно подошел к входу и распахнул дверь. В проеме показалось лицо Адриана.

– Что надо? – поинтересовался Уилл, демонстративно продолжая держать ладонь на рукояти меча.

– А что здесь происходит? – ответил вопросом на вопрос Адриан, заглядывая в комнату поверх плеча Уилла и отлично видя, что вечеринке на двоих он точно не помешал.

– Ничего не происходит, – спокойно ответил Уилл. – Повторю свой вопрос: что надо?

Адриан смерил разбойника неприязненным взглядом.

– Слушай, я не знаю, кто ты такой, но, по-моему, ты здесь не живешь.

– Не живу, – не стал отпираться Уилл. – Но женщина, которая здесь живет, сегодня не принимает. Ей, видишь ли, нездоровится. Она приняла вчера большую дозу яда, когда возвращалась домой в твоем обществе. Желаешь что-нибудь сказать по этому поводу?

Если Адриан и желал что-нибудь сказать, то точно не Уиллу.

– Что за чушь? – нахмурился он. – И что за идиотские намеки?

– А я не намекал, – возразил Уилл. – Я вполне ясно выразился.

Я в разговор не вмешивалась, лишь внимательно наблюдала за Адрианом, пытаясь понять, что на самом деле у него на уме. Сейчас я смотрела на него совсем другими глазами, нежели вчера, – недоверчиво и с опаской. Отвернувшись от Уилла, он перехватил мой взгляд и, кажется, сумел прочитать по нему поселившиеся в моей голове мысли.

– Ну вот что, коли так, продолжайте сходить с ума без моего общества, – холодно бросил он и захлопнул дверь снаружи перед самым носом у Уилла.

– Ну и манеры у него, однако! – возмутился разбойник.

– Кто бы говорил, – отозвалась я и натянула одеяло себе на голову.

Хотелось спрятаться от всего происходящего подальше и понадежнее.

– Да, Уилл! – Я кое-что вспомнила, поэтому пришлось вылезти обратно на воздух. – Пока не забыла. Тебя скоро повесят.

– С чего бы это? – осведомился он. – И откуда ты знаешь? У тебя что, от встречи со смертью прорезался дар провидения?

– Ты еще подожди до полнолуния, тогда узнаешь, что именно у меня прорезалось, – огрызнулась я.

– Я могу считать это приглашением на свидание?

Я жалобно повернулась к Марте.

– Там в бутылке не осталось еще немного яда? Для него?

– Нет, – Уилл снова взял инициативу в свои руки, – одна жадная пьяница все вылакала. Так почему же меня должны повесить? – сменил тему он, видя, как моя рука шарит возле кровати, нащупывая предмет потяжелее.

– Вчера на трактир напали грабители, – пояснила я. – Вооруженные мечами и арбалетами. Убили посетителя. Один из них назвался Уиллом Статли.

– Вот как? – Выражение лица Уилла едва уловимо изменилось, а в голосе прозвучала угроза, направленная, впрочем, не на присутствующих. – И что же?

– Ну в общем, я сильно разозлилась.

Уилл схватился за голову руками.

– И что, трупы пришлось укладывать в штабеля? Кого-нибудь из порядочных людей тоже зацепило?

– По-твоему, я что, такая кровожадная?! – обиделась я. – Я, между прочим, даже рану одному из них перевязала. Правда, уже потом… Короче, совместными усилиями нам удалось троих грабителей обезвредить и передать их с рук на руки стражникам.

– Награду хоть получила? – поинтересовался дальновидный Уилл.

– Не-а. Поленилась.

– Ну ты даешь, – неодобрительно протянул он. – Могли бы по-братски поделить.

– С какой это стати мне было бы с тобой делиться?

– Как это с какой? – праведно возмутился он. – Если бы не я, никаких денег бы точно не было.

– Их и сейчас, как я понимаю, нет, – вмешалась Марта. – И хватит пререкаться. Девушке пора отдохнуть, пока ты не заболтал ее до смерти.