Неужели это он? - Дайана Кобичер

Итак, ближайшие два месяца она будет работать в галерее «Тейт»… Если, конечно, ее не выкинут оттуда через неделю за некомпетентность. Есть еще опасность, что она не сработается с миссис Пауэрс или что та не допустит ее до серьезной работы. Остается только надеяться, что этого не произойдет: ей так хочется много увидеть и узнать.

От предвкушения предстоящих удовольствий у Доминик даже зашевелился кончик носа — она увидит Национальную Галерею и Британский музей, будет не спеша гулять по Лондону, может ей даже удастся съездить куда-нибудь, например в Оксфорд или Стоунхендж.

В последнюю ночь под крышей родного дома Доминик так и не смогла заснуть. Вскочив ни свет ни заря, она наскоро проглотила завтрак, облачилась в новый жакет и юбку и приготовилась к отъезду. Бледная от возбуждения, она не слишком внимательно слушала последние торопливые наставления отца и полные здравого смысла замечания матери.

Когда Сидней Харпер наконец приехал, Доминик от волнения чуть не забыла поздороваться. Наскоро выпив чашку кофе, Сидней встал. Доминик порывисто обняла мать и отца, попрощалась с ними и села в машину рядом с Харпером.

На мгновение, когда машина должна была вот-вот тронуться с места, она вдруг почувствовала непреодолимое желание выскочить из «порше» и спрятаться в доме, чтобы никуда не ездить и не оставлять тихую, безопасную жизнь под родительским кровом. Но автомобиль заурчал и двинулся прочь от ее родного дома, и момент для бегства был упущен.

— Вам удобно? — В голосе Сиднея было столько спокойной уверенности, что напряжение мгновенно отпустило Доминик. Никогда прежде она не чувствовала себя такой защищенной.

— Да, все хорошо, спасибо, — ответила она.

— Удачно получилось, что у меня как раз оказались кое-какие дела на континенте, правда? — Чуть ли не впервые в жизни Сидней чувствовал, что не в состоянии молчать.

— Вы хорошо знаете миссис Пауэрс? — спросила Доминик, не заметив, что он пытается оправдать свое появление. — Почему-то мне кажется, что она очень славная…

— Вы друг другу понравитесь, вот увидите, — улыбнулся Сидней, довольный, что она слишком возбуждена, чтобы наблюдать за ним.

Дальше они продолжили путь в полном молчании. Каждый чувствовал, как вибрирует воздух, наполненный потаенной страстью и взаимным притяжением.

Они добрались до Брюгге как раз перед самым ланчем.

— Мы, наверное, рановато? — спросила Доминик. — Для парома?

— У нас билеты на новый суперскоростной паром, пересекает пролив за три с половиной часа — очень удобно. Это катамаран. Думаю, вам понравится.

Катамаран Доминик совсем не понравился. Более того, эта посудина выглядела, на ее взгляд, не слишком надежно. Однако, поднявшись на борт, она в полной мере оценила преимущества этого вида морского транспорта. На пароме было тепло и комфортно, а также очень просторно. Видимо, сказалось волнение последних двух недель и бессонная ночь накануне, так как Доминик забралась в кресло и тут же заснула.

С таким неназойливым спутником путешествовать одно удовольствие, подумал Сидней.

Доминик проспала до самого Харвича. Когда они входили в док, Сидней разбудил ее осторожным прикосновением.

Она ненадолго отлучилась, чтобы поправить растрепавшуюся после сна прическу и освежить макияж. Вернувшись, Доминик села в машину и продолжала спокойно молчать все то время, которое понадобилось Сиду, чтобы выехать из городка на автостраду.

К ее удивлению, они вскоре свернули с главной дороги.

— Тут недалеко очень симпатичный ресторанчик — я предлагаю поесть, — объяснил Сидней. — Когда мы доберемся до вашей гостиницы, будет уже поздно обедать.

Доминик была готова обедать хоть шесть раз в день, лишь бы побыть в его обществе лишние полчаса. Им подали жаренную в гриле лососину, и она поняла, что проголодалась.

Когда с обедом было покончено и они двинулись в Лондон, Доминик стало грустно. Еще несколько часов, думала она, и это дивное путешествие закончится.