Курортная месть - Чарлин Сэндс

Ванесса была той женщиной, которая нужна ему. Ни одна женщина не заинтересовала его так, как эта. Он испытывал к ней сильнейшую страсть.

Брок взглянул на подушку Ванессы и увидел орхидею в ее волосах. Он взял цветок и стал крутить его в руках, пристально разглядывая. Потом положил цветок возле ее левого уха и заглянул в ее синие глаза.

— Считай, что ты завоевана с этого момента. Ванесса.

Она подняла голову.

— А меня не надо спросить? — поинтересовалась она, но таким мягким тоном, который заставил усомниться в искренности ее вопроса.

Брок погладил ее руку, снизу вверх.

— Конечно, надо. И тебе лучше согласиться, — сказал он. — Иначе мне придется до конца этой ночи уговаривать тебя.

Не было сомнений в том, что он собирался заняться с ней сегодня любовью опять.

Ванесса захлопала глазами, потом обвила его руками.

— Меня не нужно особенно уговаривать.

Брок улыбнулся и нежно поцеловал ее в губы.

— Я надеялся, что ты скажешь это.

Утром солнечный свет, отраженный от синей глади залива, ярко осветил спальню и разбудил Ванессу. Секунду она наслаждалась теплом, потом открыла глаза. Оказалось, что Брок смотрит на нее, лежа к ней лицом и подложив руку под голову.

— Доброе утро, — сказал он, улыбнувшись.

— Привет. — Неожиданно она смутилась, вспомнив ночь, которую они провели вместе. Она была почти такой же ненасытной, как Брок. — Неужели я действительно здесь, с тобой?

Брок погладил ее руку, потом стал ласкать грудь.

— Ты здесь, малыш. Претворяешь все мои фантазии в жизнь.

— Все?

От его прикосновения у нее снова закружилась голова.

Он наклонился к ней и нежно поцеловал.

— Возможно, и не все. Я приберег несколько для тебя.

— Например?

Когда она стала такой наглой? Возможно, все началось тогда, когда она застала Мелоди истерично рыдающей, потому что этот человек разбил ее сердце. Возможно, тогда она превратилась в такую дерзкую, отчаянную женщину, которая пролетела через полмира, чтобы взять реванш.

Брок сбросил простыни, схватил ее за руку и поднял с постели.

— Хочешь узнать?

Она хотела. Она не была готова к тому, чтобы все это уже закончилось. Она будет корить себя за то, что спала с врагом, потом. А сейчас не будет думать о том, как прошедшая ночь осложнит ее планы. Сейчас она хочет осуществить свои собственные фантазии, а думать о последствиях будет потом.

— Да. Продемонстрируй мне.

Не раздумывая, Брок повел ее в небольшое помещение, служившее на яхте душевой комнатой. Он включил воду.

— Хочешь намокнуть и испытать страсть?

Она обхватила его руками и тесно к нему прижалась.

— Может, я уже испытываю.

Брок выключил душ, обнял ее и долго целовал ее волосы, бормоча ласковые слова. Они стояли так до тех пор, пока не почувствовали холод своими пресыщенными мокрыми телами.

Тогда Брок закутал ее в роскошное полотенце и отнес в постель.

— А теперь спи, малыш. Нам обоим это нужно.

Она отдыхала в его объятиях, моля Бога о том, чтобы совершенное ею только что не стало самой большой ошибкой в ее жизни.

— Мелли, успокойся, дорогая. Пожалуйста, перестань плакать. — Ванесса сбросила босоножки и села на свою софу. С болью в душе она слушала, как горько плачет Мелоди. Ванесса надеялась, что ее сестре удалось как-то отвлечься от своего горя. Но Мелоди всегда была импульсивной и пылкой. Ее эмоции всегда зашкаливало. Если она была на подъеме, не было на свете человека счастливее ее, но, когда ей было плохо, ее охватывало невероятное отчаяние.

— Хорошо, Вэнни, — сказала Мелоди, сдерживая слезы. — Я постараюсь успокоиться. Извини, я не хотела так раскисать. Рада слышать твой голос. — К радости Ванессы, она заговорила спокойнее. — Просто у меня была трудная неделя.

— Все еще думаешь о… нем?

— О, да, — порывисто сказала Мелоди. — Все время.

Ванесса резко закрыла глаза. О господи! Почему она позволила Броку Тейлору очаровать ее и соблазнить прошлой ночью?

— А тебе стало бы легче, если бы я сказала, что он не стоит того?

— О, Вэнни! Он стоит. Еще как стоит. Ты просто не знаешь.

Она знала. В этом-то и проблема. Она только что провела целую ночь с ним. И несколько часов была охвачена вихрем страсти. Ее разум затуманился, совершенно сбитый с толку красивым лицом, требовательным мужским телом и правильно найденными словами, которые он произносил. Она забыла, кем на самом деле был Брок Тейлор, и была настолько глупа, что неправильно судила о нем. В глубине души ей хотелось отказаться от своей важной миссии причинить ему боль и подорвать его репутацию, от той миссии, которую она сама возложила на себя.

Ванесса попыталась убедить себя в том, что последние двадцать четыре часа были просто ужасным сном.

Но реальность безжалостно напомнила о себе.

Она спала с мужчиной, который причинил ее сестренке ужасное горе и боль.

— Ванесса, ты идиотка, — прошептала она.

— Что? — спросила Мелоди, прерывисто дыша.

— Ничего, дорогая. Извини. Как мне хотелось бы тебя обнять!

— Мне тоже хотелось бы этого.

— Правда? То есть я хочу сказать, что могу бросить свою работу и приехать домой, Мелли. Я так и сделаю.

— Не глупи, Вэн, — сказала Мелоди, всхлипывая. — Ты не можешь бросить свою работу.

Но Ванесса хотела. Она хотела уехать отсюда, подальше от Брока Тейлора, который только смущал и сбивал ее с толку. Он был истинным мастером обольщения. Настоящим дьяволом во плоти.

— У меня все будет нормально… правда, — сказала Мелоди дрожащим голосом.

— Ты уверена?

— Да. Просто у меня была трудная, полная стрессов, неделя. Таня ведет меня сегодня в кино. Я немного… отвлекусь.

Ванесса перевела дух, довольная тем, что у ее сестры была верная подруга, которая могла ее поддержать и составить ей компанию. Поскольку Ванесса не могла быть там, ее, безусловно, прекрасно могла заменить Таня.

— Это отлично, дорогая. А на работе все в порядке?

— На работе? Конечно. Дела на подъеме. У меня приличный бизнес.

Мелоди владела магазином сувениров в отеле «Темпист» в Новом Орлеане. Она открыла собственный бизнес и охотилась за уникальными вещами, которые нельзя было найти в Луизиане в местных магазинах. Мелли прекрасно ладила с людьми, была общительной и искренней. Эти качества, видимо, привлекли Брока, и он воспользовался ими без малейшего угрызения совести.