Сердце женщины - Розалин Уэст

Он проспан несколько минут, возможно – несколько часов. Когда же проснулся, настроение его нисколько не улучшилось. Люк нащупал бутылку с ромом и сбросил со лба тряпку. В следующее мгновение он увидел свою пленницу. Она стояла в лучах заходящего солнца и смотрела на море.

Ее печальная задумчивость подействовала на него гораздо сильнее, чем он мог бы предположить. Заметив на щеках девушки еще не высохшие слезы, Люк спросил:

– О чем вы горюете? О чем думаете?

Он заметил, как дрогнул ее подбородок. Не глядя на Люка, она ответила:

– Я думаю о свободе, капитан. Полагаю, вы меня понимаете.

– Да, мадемуазель, понимаю.

Тут она повернулась к нему и с вызовом в голосе проговорила:

– Тогда почему же держите меня здесь?

Он посмотрел на нее долгим немигающим взглядом:

– У меня есть на то причина, мадемуазель Монтгомери.

– Месть?

– Да, и еще желание вернуть то, что по праву принадлежит мне.

Элиза снова вернулась к иллюминатору. Люк нахмурился и проворчал:

– Надеетесь увидеть его?

– Кого?

– Вашего возлюбленного, конечно. Как вы думаете, ему нужны вы или ваше богатство?

– Разумеется, я, – Однако в ее ответе чувствовалась неуверенность.

Люк усмехнулся и проговорил:

– Ха! Вы, конечно, можете верить в это, но я то знаю: ни один мужчина вашего круга не возьмет в жены женщину без состояния. Для них только деньги являются мерилом достоинства человека, но не его поступки и заслуги.

Элиза снова обернулась. Пристально глядя на Люка, она спросила:

– Для вас деньги тоже являются главным?

– Нет.

Его ответ удивил ее.

– Тогда почему же вы так жаждете получить за меня выкуп? Разве вам не нужны деньги?

Капитан пожал плечами:

– Я хочу вернуть только то, что принадлежит мне, не более того.

Элиза взглянула на него недоверчиво:

– В самом деле? Я не верю вам.

Жан Люк приподнялся и, прищурившись, проговорил:

– Значит, не верите? А вы полагаете, что меня интересует ваше мнение?

Элиза выдержала взгляд капитана и ответила:

– Да, полагаю.

Люк судорожно сглотнул и снова улегся на постель. Немного помолчав, спросил:

– А этот ваш избранник, за которого вы хотите выйти замуж, он ценит ваше мнение?

– Да, ценит.

– Значит, вам очень повезло. Или ваш избранник – подкаблучник.

– Нет, он не такой.

– А какой же? Добродетельный, надежный, заслуживающий доверия мужчина, который прислушивается к мнению женщины?

– Вот именно, – кивнула Элиза.

– И кто же он, этот идеальный мужчина? Вы можете назвать его имя?

Элиза на мгновение закрыла глаза, а затем выпалила прямо в лицо капитану:

– А зачем мне сообщать вам его имя? Чтобы вы могли шантажировать и его?! – Выдавая себя за Филомену, Элиза, разумеется, не могла сказать, что Уильям Монтгомери – ее жених.

– Боюсь, ваш жених не слишком ценит вас, мадемуазель, – заметил Люк. – И вряд ли он рискнет потратиться на ваше спасение от пирата, от негодяя с черной душой, который насилует женщин, а разве порядочный мужчина не поспешил бы спасти невинную девушку, которой уготована судьба… хуже, чем смерть?

Тут капитан снова приподнялся, и Элиза громко вскрикнула, когда он запустил бутылкой в стену. В следующее мгновение он схватил девушку за рукав рубашки и привлек к своей твердой, как стена, груди. В лицо ей тотчас же пахнуло его горячее дыхание.

– Прекрасно, – прошипел он. – Именно этого я и хочу добиться. Хочу, чтобы они терзались от мысли, что вы в моих руках. Чтобы проводили бессонные ночи, представляя, как вы согреваете мою постель и удовлетворяете мои самые развратные желания. Хочу, чтобы они корчились, постоянно представляя нас вместе, и поспешили выполнить все мои требования, чтобы заполучить вас обратно. – На губах его заиграла зловещая улыбка. – И в этом – моя месть. Не важно, что вы расскажете им потом, люди склонны верить в худшее. Даже если вы поклянетесь, что остались нетронутой, они всегда будут мучиться при мысли о том, что вы пострадали от меня… и от всей моей команды. Попробуйте убедить их, что человек с моей репутацией не воспользовался случаем и не осквернил дочь Монтгомери. – Он усмехнулся и, оттолкнув Элизу, добавил: – Да, это будет замечательная месть. Потому что поползут слухи, и тогда пятно позора и презрения ляжет на вас и вашу семью.

– И моя жизнь будет разрушена, – со вздохом сказала Элиза.

– Совершенно верно. Вы заплатите за предательство вашего отца, хотя не имеете никакого отношения к его делам. – Решительный взгляд капитана свидетельствовал о том, что он готов был вершить свое правосудие любыми средствами.

Тут раздался стук в дверь, и в каюту вошел один из матросов с подносом в руках. Поставив поднос на стол, матрос поспешно удалился.

Жан Люк подошел к столу и с улыбкой проговорил:

– О, фирменное рагу нашего шеф-повара. Вам понравится, мадемуазель, если у вас есть чем заплатить за ужин. Какие вещицы у вас еще остались на обмен?

Элиза молча пожала плечами.

– Что, ничего не осталось? Что ж, до Нового Орлеана еще далеко, и вы, несомненно, проголодаетесь настолько, что будете готовы на любую сделку.

– Возможно, – ответила она со спокойным достоинством. – Но сегодня у меня нет аппетита.

– Почему же? Вам не нравится ужин или условия оплаты?

– Дело не в этом, капитан.

Он окинул ее взглядом и вдруг заметил на ее пальце колечко.

– А что это у вас за безделушка? Позвольте взглянуть. Возможно, она будет стоить куска хлеба и глотка пива.

Левая рука девушки взметнулась и прикрыла кольцо на правой руке.

– Оно имеет ценность только для меня, – сдержанно ответила Элиза.

– Дайте посмотреть, я оценю его.

– Нет!

Она отступила на шаг, и ее отказ вызвал у капитана раздражение. Он решил воспользоваться случаем, чтобы сломить гордость девушки и доказать свое превосходство. Люк схватил ее за руку, но Элиза тут же влепила ему звонкую пощечину. Разумеется, у него не было ни малейшего интереса к недорогому золотому колечку, но он намеревался сломить непокорный дух девушки раз и навсегда, он хотел избавиться от ее чар, чтобы следовать своему плану мести без угрызений совести.

– Дайте его мне.