Владыка: Наследие - Ракелл Беркут

ее в ближайшую аудиторию и впился в сладкие губки, а потом понял, что она скрыла запах, точнее мой запах на ней. Контроль полетел к херам, я практически сорвался, чтоб взять ее прям там на парте, но моя девочка быстро спустила меня с небес на землю. Высказала свое очень агрессивное «ФИ», наорала, напомнила мне о моих похождениях в прошлом, вздернула свой милый носик развернулась и ушла. А я, как идиот стоял и улыбался, МОЯ ФУРИЯ! По поводу бывших пассий я не подумал, среди них не было сильных магичек, но они вполне могут причинить Веснушке неудобства. Демон и лис зло рыкнули, они настроились идти и убивать любого, кто осмелиться навредить нашей жене!

Перед тренировкой с парнями, я решил зайти к своей огненной пташке, но академия снова скрыла этаж с ее комнатой. Чертовщина какая-то, сразу видно, что сущность у академии женская и солидарна с моей женушкой. Ладно поговорю с ней позже.

— Корн, ты сегодня чересчур молчалив, о чем ты думаешь. — поинтересовался Руд, очередной перекидывая меня через бедро.

— Не о чем, а о ком. — отметил Крейг.

— Рия моя истинная и я заявил на нее права. — предварительно, поставив полог тишины и наложив пространственную иллюзию, я объявил парням о самом значимом событии в моей жизни. Я знал, что дальше их мыслей эта информация никуда не уйдет, я полностью

Доверяю парням.

— Ну наконец-то!! А то я все переживал, что ты медлишь, ведь на рыженькую уже положили глаз пол первого курса. — задорно воскликнул Йорк.

— Кто?????? — зло рыкнул, сверкая огненными склоками в глазах.

— Тише, тише брат, успокойся, все пучком. Мы с первого дня поняли, что между тобой и демоницей не все так просто, поэтому сразу популярно разъясняли молодняку, что эта девочка под нашей защитой.

— И будущий член нашей команды. — дополнил брата Крейг.

— Я так понимаю вы успели повздорить, раз твой супруги не было сегодня с нами за одним столом. — Руд, как всегда проницателен и зрит в корень проблемы.

— Она замаскировала мой запах на ней и спрятала метку, сказала, что будет скрывать наши отношения, пока я не разберусь со своими пассиями.

— Брат, а ведь она права. Сегодня, завтра подтянуться остальные курсы, а на них учиться не мало дам, которых ты «радовал» не один раз.

Лиса и демона перекосило от слов Йорка, они даже ощерились н меня, но к сожалению я не могу изменить прошлое.

— Еще неизвестно, как отреагирует твоя матушка и император, они тебе наверняка подобрали достойную партию, хоть против истинности не попрешь, но кровину они вам с Рией свернут. — потвердел мои мысли Рудольф.

— Я так понимаю, ты поступил, как варвар? Без свиданий?

— Без подарков?

— И без предложения руки и сердца? — друзья по очереди стали закидывать меня вопросами.

— Корн, ты в курсе, что она может на тебя подать жалобу в департамент супружества, где заседает куча властных стерв и недомужиков? — Крейг решил окончательно меня разозлить. — Они рассмотрят жалобу о недостойном ухаживании и вынесут вердикт тебя сильно наказать, а я ее обяжут взять мужья парочку своих сыновей и племянников.

— Так все заткнитесь! Я все понял и сделаю, как подобает. У моей девочки будет все и она ни в чем не будет нуждаться. От вас требуется за не присматривать и отсекать всяких шавок, если меня нет рядом.

— Заметано кэп!! — ребята дружно крикнули и встали по сойке смирно…..клоуны. После тренировки я отправил вестник отцу и тут же получил ответ, что он вернулся и ждет меня. После тренировки я выяснил, что у моей жены сегодня начинаются пары по некромантии. Все таки дед уломал ректора на обязательные факультативы для Рии, главное, чтоб при такой учебной нагрузки моя Веснушка хорошо себя чувствовала и высыпалась. Я не по наслышке знаю, как тяжело с двойным направлением еще и на первом курсе. Пока моя пара будет на занятиях, я навещу отца и поделюсь с ним радостными новостями.

— Корнелиус! Сын! — отец сдержано обнял меня, но я чувствовал, что он соскучился и его разрывало на эмоции, но его многовековой контроль и невозмутимость их сдерживали.

— Отец, я с благими вестями. — стоило мне только перешагнуть защитный бартер, как до меня донесся запах лотосов и лимонграса. Отец сидел в кресле на террасе и курил кисэру (традиционная японская трубка), распустив свои длинные, серебристые волосы. У кицунэ длина волос символизирует прохождение всех рубежей взросления, как физическое состояние, так и магического, но я решил никогда их не отращивать. Я присел рядом с отцом на подушки, он разлил по пиалам ароматный чай с жасмином. Отец внимательно меня слушал и не перебивал. Он был очень удивлен и рад за меня.

— Сын я хочу познакомиться с твоей истинной.

— Отец, ты уверен? Ей приодеться рассказать об этом месте и о тебе.

— Корнелиус, истинная никогда не придаст, кроме того я уверен, что мы поладим с твоей супругой. Надеюсь ты не станешь ее рано обременять детьми и дашь ей спокойно доучиться.

— Отец!

— Не смотри на меня так, я знаю твою демоническую натуру. Заделаешь ей парочку моих внуков и будешь ходить счастливый, что она никуда от тебя не денется. Ты же сделал все по правилам? Устроил девушке романтический вечер, раскрыл свою душу и сердце, предложил стать своей вечной спутницей?

Я сделал глубокий вдох и отставил пиалу.

— Корнелиус, сын? — отец зарычал, сверкая сиреневыми глазами с узким зрачком, что означала высшую степень бешенства.

— Отец, я потерял голову, мы оба, все произошло очень быстро, я ни к чему ее не принуждал. Я не представляю жизни без нее… я…..я люблю ее и никогда не отпущу.

Черты на лице отца стали мягче.

— Я очень рад за тебя Корнелиус, но ты понимаешь, что ты должен сделать все, как подобает. И позволь тебе в этом помочь. — отец раскрыл свою ладонь и зажег на ней синее пламя, превращая его в маленькую коробочку и вручил ее мне. — Это семейная реликвия нашего рода и дариться сердцу лиса. Я не смог в свое время сделать этого потому что был глуп и наивен. Не хотел видеть, что у меня по носом находилась та самая. — отец замолчал и прикрыл глаза. Он никогда не рассказывал о той, кто стала сердцем его лиса. Я решил перевести тему.

— Надеюсь я смогу ее уговорить и прийти сюда, утром мы немного повздорили, потому сто она скрыла свой запах и мою метку.

— А она мне нравиться все больше и больше. — хмыкнул отец.

Александрия де