Огненная попаданка для декана - Полина Верховцева

Особенно мне нравилось, как Рейв заботился и отреагировал, когда нашел меня под завалом. Нет, от его объятий, мои ребра немного пожаловались. Ну как пожаловались – кричи они вслух, наверное, везде выбило бы стекла. Но… мне вдруг стало настолько приятно, что я ослабела в руках начальника, колени подогнулись, как у малолетки, с которой заговорил первый красавец класса. И… я сама обняла Рейва. Это, кстати, и спасло мои ребра. Почувствовав, что я не вырываюсь, не сопротивляюсь, начальник хватку сразу ослабил.

Потом, у ректора мне постоянно казалось, что Рейв очень хочет меня проводить. Но его постоянно кто-то задерживал. В итоге, я все же удалилась с Уорриком. Тот из кожи вон лез, чтобы понравиться: и под ручку вел, и комплиментами осыпал, и в глаза нежно заглядывал. Возле моей двери чудилось, что он вот-вот спросит: «А на кофе пригласите? А то даже переночевать негде».

К счастью, у меня закончился кофе, а у Уоррика крайне вовремя закончилась решительность.

Дома я первым делом приняла душ. Смыла с себя затхлый сырой запах катакомб и едкую пыль, и долго стояла с закрытыми глазами, подставляя лицо под мягкие струи. Потом, утопая в мягком объемном халате и с полотенцем на голове, села за туалетный столик и принялась делать всякие масочки, мазаться кремом. Надо сказать, косметика здесь была очень даже достойная. Химии ноль, а кожа после нее, как у младенца. Затем размотала полотенце и начала неспешно расчесывать волосы. И тут… в комнату ворвались.

Ну самое время! Я лохматая, с полу сплетенными мокрыми прядями, словно выбираю между стилем “я упала с самосвала, тормозила головой” и образом – “а я сошла с ума, какая досада”. Почти голая – под халатом ничего нет. Зато на ногах тапочки с помпоном, а на носу крем.

Самое оно, чтобы встречать ухажеров. С другой стороны, если после этого мужчина не улепетывает в закрытую дверь, значит, действительно, во мне заинтересован.

Но самым ужасным оказалось то, что пришел Рейв.

И тут за считанные секунды я испытала массу противоречивых эмоций.

Испуг, что он узрит меня не с макияжем, прической и при параде.

Удивление, когда начальник, не здороваясь, набросился, схватил и поцеловал.

Возмущение, что он даже не поинтересовался, хотя бы для приличия – а вообще можно ли?

И… блаженное состояние. Потому что Рейв целовал долго и пылко, гладил, прижимал, напоминая моим ребрам, что все страшное у них еще впереди. Вдруг опомнившись, чуть ослаблял хватку.

Наконец, слегка отстранился и вздрагивающим от волнения голосом спросил:

– Аля, ты будешь моей женщиной?

– Э-э-э, – я была словно пьяная, – А ты всегда такой резкий? Ворвался, захватил, поцеловал?

– Вообще-то нет, – он даже смутился. – Но мне кажется, я люблю тебя…

Все, у меня щеки загорелись, в голове поплыл сладкий туман. Я сама положила руки на плечи Рейва и произнесла:

– Я подумаю, – улыбнулась. Кокетливо так, зазывно.

– А так? – он поцеловал меня снова.

– Уже лучше. Думать буду менее долго.

– А так?

– Знаешь…я сонная, плохо соображаю. Да нельзя вот так – с бухты барахты. Мне нужно больше входных данных для анализа.

Он продолжал целовать, демонстрируя «и так» и «вот так» всю силу своей страсти и нежности. Я таяла… С каждым разом приближаясь к простому и банальному «да» на вопрос Рейва.

Надо признать, что искра между нами, действительно, переросла в пламя не только в душевой, когда плазма и электричество искрились в моих руках, но и проникла в сердца.

Кто бы мог подумать, что наше «горячее знакомство» перерастет в такие жаркие и теплые отношения.

Ректор Моррис

Магическая сфера устало отбрасывала фиолетовые блики на стену. Совещание с Главой отдела Магической Защиты при Императорском Дворе затягивалось. Он уже по десятому кругу задавал одни и те же вопросы. Где нашли Камни, как нашли Камни, что нашли в Камнях, а уверены ли мы в находке, не происки ли это наших ушлых студентов, которые только спят и видят, как бы где-то подгадить. Или, может быть, это дело рук преподавателей, которые мечтают о прибавке к жалованию.

Даже обидно за своих стало. И за студней, и за преподов.

– Вы уверены? – снова повторил Глава Брюм. Причем спрашивал это с таким утомленным видом, будто ему уже надоело с дураками разговаривать.

– Уверен. Сейчас все развивается именно так, как и было предсказано. Вы сами прекрасно знаете, что целые деревни пропадают…

– Деревни? – картинно удивился он, – первый раз слышу о пропаже деревень. А вот в том, что там действовали какие-то вандалы, пытающиеся прикрыть свое злодеяние всякими там предсказаниями – это очевидно.

Все мои аргументы он сводил либо к шутке, либо к бреду умственно отсталого. Конечно, ведь если признать, что проблема есть, то придется не только шевелиться и решать ее, но и нести ответ перед императором, почему так вышло, что Магическая защита пропустила подобное.

Проще сделать вид, что ничего не происходит. И надеяться, что все рассосется само собой. Жили же сотни лет в мире, так почему бы и не продолжить, авось на их век хватит. А дальше уж пусть следующие поколения решают проблему.

Беда в том, что следующих поколений может и не быть. Но понимают это не все.

Мир расслабился, позволяя забыть и раскормить задницы на теплых насестах. Страшные отголоски прошлого остались просто отголосками, которые с каждым годом звучат все тише и тише. Только это – не та тишина, которой можно беззаботно наслаждаться. Это затишье перед черной бурей, способной разорвать не только наш мир, но все те, что сопряжены с нами.

Я устал.

Устал повторять по кругу одно и то же, устал что-то доказывать.

Надо завязывать с этим цирком.

– То есть, вы категорически отрицаете существование данного предсказания и наличия в нашей истории темных времен? – скупо спросил я, – Возможно, мне тогда стоит напрямую связаться с Императором и обсудить этот вопрос с ним? Передать ему все данные и подать рапорт о завершении программы, сославшись на компетентное мнение его министров?

У Брюма дернулась дряблая щека.

– Ну что же так резко, Демьен? Зачем такие крайности.

– Крайности? Я столько лет твержу об этом и постоянно получаю то отговорки, то насмешки. Если все это никому не нужно, то просто скажите. Я сверну поиски и работы в этом направлении, уничтожу Камни, чтобы они больше не маячили перед глазами. Найду на чем держится ментальная сущность Академии и отключу ее.

– Эй! – тут же раздался возмущенный возглас ЛИСЫ. – Я