Янтарное сердце - Елена Михалёва

– М?

Мужчина поднял на нее взгляд. Его глаза были темны и глубоки. Настолько, что ей самой захотелось сорвать с него одежду. Позабыть обо всем на свете.

Колдун коснулся губами ее уха и прошептал:

– Нельзя?

От его горячего дыхания адептка шумно вздохнула. Приблизилась лицом к его лицу, чуть соприкасаясь носами.

– Нельзя, – выдохнула она Ивросу в приоткрытые губы.

– Знаю.

Одна его рука лежала на ее тонкой талии. Другая придерживала Гвин за бедро, чтобы ей было удобнее. Иврос не шевелился. Лишь смотрел на нее этим своим пьянящим, гипнотическим взглядом с золотыми искрами в глубине темной бездны.

Пожар, пылавший в ее груди, грозил выжечь мир вокруг.

Адептка приблизила свои губы к его. Остановилась в томительной нерешительности. Легко коснулась кончиком языка его верхней губы.

Иврос усмехнулся.

– Женщина, если ты будешь меня дразнить, все закончится прямо на этом столе, – его низкий шепот заставил Гвин смутиться.

Насколько он серьезен?

Насколько далеко готова зайти она сама?

Быть может, не стоило рисковать и испытывать судьбу больше дозволенного.

Адептка попыталась высвободиться и встать, но колдун удержал ее.

– Не уходи, прошу, – Ив уткнулся лицом ей в шею. Когда он говорил, щетина приятно щекотала Гвин кожу. – Посиди со мной. Обещаю, что буду сдержан. Я ждал этой минуты с тех пор, как мы пришли в этот замок. Кто знает, сколько у нас времени? И что будет завтра?

– Ты правда покажешь папе Терновый Бастион? – тихо осведомилась Гвин.

– Кроме меня из рода Хагмор никого не осталось. А не станет меня, и Бастион опустеет. Нет больше смысла скрывать его. Так что пусть взглянет, если считает, что это так важно. А ему удалось убедить меня, что это ужасно важно. – Ив усмехнулся. – Все утро от меня не отходил.

– Он умеет быть назойливым, если видит цель, – призналась адептка. – Но будь внимателен с ним. Папа всегда разумен, но не всегда добр к людям.

– Я уже заметил. – Иврос поймал руку Гвин, которая блуждала по его груди, и переплел их пальцы. – Но мне нравится, как тушуется в его присутствии старший Мейхарт. Даже рта раскрыть не смеет.

– Не злорадствуй, – менторским тоном сказала женщина, но и сама не смогла сдержать улыбки.

– О чем ты? Как я смею!

– Зато тебя поселили в одну из лучших гостевых спален, – шутливо подмигнула адептка. – Думаю, Бариан поражен собственным радушием. Наверняка всю ночь глаз сомкнуть не мог от счастья.

– О да, – протянул колдун. – Безусловно. Но за то спасибо скорее твоей тетушке, а не королю. Впрочем, я бы предпочел не стеснять эту милую женщину, подселиться вместо нее к тебе и, так и быть, потерпеть все вытекающие неудобства.

В ответ Гвин игриво щелкнула зубами у него перед лицом, делая вид, что хочет укусить за нос.

Иврос ответил ей коротким смешком и поцелуем в щеку.

Он откинулся на спинку стула и наконец смог оторваться от созерцания возлюбленной, дабы оглядеться по сторонам.

В комнате было прохладно. Камин едва теплился. Похоже, что огонь разжигали рано утром и забыли проверить его из-за той суматохи, что царила в замке. Вероятно, надеялись, что чародейке будет не до посещения ее башни.

– Так, значит, это и есть твоя рабочая комната? – спросил Иврос, рассматривая окружающую обстановку.

– Это приемная для посетителей. Рабочая комната наверху, – призналась Гвин.

– Покажешь?

– В другой раз. – Она невольно припомнила тот кавардак, что оставила там. И еще парочку отпущенных на волю мышей, которые наверняка сейчас где-то поблизости вьют семейное гнездышко.

– Другого раза может и не быть, – тон Ивроса задел Гвин.

Она отстранилась. Одарила его весьма красноречивым вопросительным взглядом.

– Мне не нравится, как Кевендил смотрит на тебя, – Иврос не скрывал раздражения в голосе.

– Он ревнует, – адептка озвучила очевидное и прибавила: – он ведь до сих пор мой муж.

– Досадное недоразумение. – Колдун саркастично усмехнулся. – Прямо-таки чувствую, как сажусь не в свои сани.

– Не начинай. – Она легонько ущипнула его за руку. – Я поговорю с ним, но чуть позже. И с папой тоже.

– Не затягивай. – Во взгляде блеснул знакомый огонь. – Или я сам побеседую с ними обоими.

Вместо возражений или оправданий женщина лишь утомленно вздохнула. Это будет ужасный и неудобный разговор. Вряд ли удастся избежать скандала. Но выбора не было. Да и Ив был прав – медлить не представлялось возможным.

Не осталось мыслей о собственном королевстве. Не возникало сожалений. Прошлые амбиции затерялись где-то там, по ту сторону Йоля. В днях, когда не было рядом Ивроса Норлана.

– Поговорю с ним, как только вы с папой уедете, чтобы вы с Кевендилом друг друга не поубивали, – предложила женщина. – Он все-таки единственный сын Мейхарта. И он ни в чем не виноват.

– А что потом?

Мужчина смотрел испытующе.

– А потом я выясню, как максимально безболезненно получить развод, не сломав ничьей репутации и не поправ законов. Возможно, папа или тетя Керика что-нибудь подскажут. А потом заберем наших лошадей, – она понизила голос, – и уедем. Куда пожелает сердце.

Вместо ответа Иврос одарил ее долгим нежным поцелуем. А когда оторвался, Гвин уловила некую особую теплоту в его взгляде.

– Значит, вишенка? – Он приподнял бровь. Губы изогнулись в хитрой улыбке.

– Ну да. – Гвин почувствовала, как под его взглядом запылали щеки. В исполнении Ивроса это глупое прозвище уже не казалось по-семейному наивным. – Так папа меня с детства зовет. А Крис эту папину привычку подхватил, когда поступил к нему в обучение, – последнее признание сорвалось само и звучало как оправдание.

– Понятно, – протянул Ив, продолжая улыбаться. Он погладил ее по голове, неспешно расправляя пальцами алые пряди. Невольно залюбовался тем, насколько они тяжелы и красивы. – Вишенка.

– Прекрати, – буркнула Гвин.

Она уткнулась лицом ему в плечо, чтобы скрыть предательский счастливый румянец. Из его уст это детское прозвище определенно звучало так, что по спине бежали мурашки.

Колдун тихо рассмеялся и прижал ее к себе в новом крепком объятии.

Адептка прерывисто вздохнула. Ей хотелось, чтобы эти минуты не заканчивались. Чтобы она так и сидела у него на коленях, а решать глупые, хлопотные проблемы не было нужды.

– Так между тобой и Крисмером что-то было? – как бы невзначай осведомился Иврос.

– Он спас мне жизнь много лет назад, – ей не слишком хотелось рассказывать Иву про их прошлое с Крисом, но выбора он не оставил, потому как врать хотелось еще меньше, – и между нами закрутился роман, который ни к чему не привел.

Гвинейн ожидала дальнейших неловких расспросов, но вместо этого колдун понимающе