Те, кого ты предал - Лу Берри

— Тут нет ни клетки, ни цепи. Он возвращается ко мне абсолютно добровольно, и для этого мне не нужно устраивать прилюдные сцены и кричать во всю дурь о том, что он — мой. Так, может, дорогая, это тебя он на самом деле никогда не любил?

Она вскочила с места, абсолютно взбешённая моей речью, а вернее — блефом. Стул, на котором она сидела, с грохотом повалился на пол. Мне стоило огромных сил не двинуться с места, не изменить выражения лица, не дрогнуть ни единой мышцей, но я это сумела. Осталась сидеть на прежнем месте, все с такой же прямой, гордой осанкой.

А она подскочила ближе. Буквально брызгаясь от бешенства слюной, проорала:

— Дура! Да он тебя просто жалел все эти годы! Потому что знал — ты без него вообще никто! А я… я… я — состоявшаяся женщина! У меня карьера, хорошее материальное положение! А ты без него на помойке окажешься, лохушка!

Она говорила чудовищные вещи. Конечно, они ранили, но не так сильно, потому что я видела: всё это вырывается из неё исключительно от отчаяния и безысходности.

И потому никакой иной реакции, кроме смеха, она не заслуживала.

— Ошибаешься, Катя, — парировала, отсмеявшись. — У меня есть дети. А значит — есть будущее.

— Да он забудет про твоих ублюдочных, как только я рожу ему желанного ребёнка!

Трогать моих детей — это был уже перебор. Схватив со стола забытый там уксус, я, не задумываясь, плеснула им прямо ей в лицо, холодно заметив:

— Выбирай выражения, когда говоришь о моих детях.

— Гадина!

Она кинулась к раковине, чтобы ополоснуть лицо, затем принялась трясти головой, как в припадке, пытаясь избавиться от остатков кислоты. Я смотрела на неё и не испытывала уже ничего, кроме отвращения и… жалости.

— Глупая ты, Катя, — проговорила негромко. — Пришла сюда что-то мне доказывать, а главного — так и не поняла. Он же всех нас предал, по сути. Тебя, меня, моих детей, твоего будущего ребёнка и даже себя самого. Мы все — те, кого он предал.

— Это ты ничего не поняла, — прошипела она, отплёвываясь от уксуса. — Тебе его не удержать…

Я покачала головой, указывая ей на дверь.

— Тебе пора.

— Я уйду… Но скажу тебе напоследок ещё кое-что… Даже не воображай, что после развода тебе и твоим щенкам что-то перепадет, ясно? Я об этом позаботилась…

— Шагай отсюда, Катюш, иначе полетишь, — отчеканила я.

Она, очевидно, хотела одарить меня на прощание ядовитым взглядом, но сделать этого не сумела: глаза её после уксусного умывания явно чувствовали себя не слишком хорошо…

Спотыкаясь и натыкаясь на все подряд, она наконец дошла до выхода и я с облегчением захлопнула за ней дверь.

Но её последние слова буквально поселились в голове, звуча по кругу вновь и вновь, заставляя задаваться вопросом…

Что это могло значить?..

***

Как ни выбил меня из колеи этот визит, а нужно было собраться с силами и решительно дожать мужа с покупкой квартиры для детей.

Одна только мысль просто встретиться с ним, посмотреть ему в лицо, говорить с ним так, будто ничего не знаю, была невыносимой. Но выбора у меня не было. Если я не возьму себя в руки сейчас — выйду из этого брака с одной лишь грязью в качестве награды за все совместные годы. И ладно я… но мои дети заслуживали много лучшего.

Я была уверена: я смогу и без мужа в дальнейшем дать им все необходимое. Но и он кое-что им все же задолжал и пора было платить по счетам.

Подбадривая себя этими мыслями, я настраивалась на предстоящую мне вечером встречу с Сашей в банке…

***

Глава 20

— А я уже все сделал.

Муж встретил меня этим заявлением прямо у входа в банк. Я приподняла брови, изумляясь такой прыти и мысленно задаваясь вопросом…

Не хотел ли он таким образом скрыть от меня что-то ещё? Раз сделал все так быстро, наскоро, не дожидаясь моего приезда…

— А чего меня не подождал? — спросила ровным голосом, без упрёка, стараясь не подать и вида, будто что-то подозреваю.

Он пожал плечами:

— Я освободился пораньше и подумал — ну к чему время зря терять? Поэтому пошёл и сделал все, что нужно…

— Ну хорошо, — улыбнулась ему как можно мягче. — Где ты запарковался?

Он указал рукой за угол дома, в котором располагался банк, и уверенно пошёл впереди. Я старалась держаться сзади, чтобы как можно дальше находиться от него, как можно меньше смотреть в лицо тому, кто сделал столько отвратительных вещей…

Которые просто невозможно простить.

Велико было искушение скрыться на заднем сидении, но я заставила себя сесть, как и обычно, впереди. Как только Саша приземлился на водительское, я протянула руку за кейсом, который он держал в руках.

— Дай посмотрю.

Муж рассмеялся — но как-то натянуто, напряжённо. С точно такой же улыбкой спросил:

— Ты что, мне не веришь?

Я скрыла под улыбкой то, как от его возмутительно наглого вопроса буквально свело челюсти.

— Просто хочу посмотреть. Сам понимаешь — никогда таких денег в руках не держала.

Он медленно, нерешительно, с явной неохотой передал мне рейс. Я осторожно приоткрыла его, заглянула внутрь, пока что чисто на глаз оценивая содержимое — кажется, все было в порядке…

— Прекрасно, — одобрительно кивнула мужу и поставила кейс себе под ноги. — Я оставлю деньги при себе. Не буду отвлекать тебя ещё больше — ты ведь у меня очень работящий и занятой мужчина… так что дальше мы с Ромой и сами справимся.

Кажется, он буквально окаменел от такого заявления. Руки его судорожно сжались на руле, словно он старательно пытался удержаться от того, чтобы резко выхватить у меня кейс с деньгами и вернуть его себе…

— Насть… ты уверена? — произнес с улыбкой, но губы его нервно дрогнули, выдавая истинные эмоции. — Ты же раньше ничем подобным не занималась и не разбираешься в процессе…

— Да, но со мной ведь опытный риэлтор и к тому же твой родственник, — парировала на это с улыбкой. — У меня ведь нет причин, чтобы ему не доверять, правда? Ну, кроме того, что твоя семья не слишком-то его любит из-за того, что он с ними не особо считается… но это же не делает его непрофессионалом?

— Да… да, ты права.

Саша пытался говорить спокойно и ровно, но у него получалось откровенно плохо.

— Ну тогда… поехали за детьми? — предложила я, застегивая ремень безопасности.

Муж, однако,