Домашний фронт - Кристин Ханна

Дом родителей мужа представлял собой небольшое одноэтажное сооружение в форме буквы «L», построенное в семидесятых годах. По сравнению с новыми особняками по соседству он казался крошечным, но зеленый участок, с которого открывался вид на спокойные воды залива Лемоло, был удивительно красив. Повсюду росли огромные вечнозеленые деревья, шершавые коричневые стволы которых окружали клумбы из ярких цветов. Мила превратила свой двор в настоящий музей; каждый год ее дом и участок включали в местный путеводитель как образец ландшафтного искусства северо-запада. Залив был мелким и чистым, а летом прогревался, так что в нем можно было купаться.

— Зачем мы сюда приехали? — спросила Бетси.

Джолин не ответила. Она остановила машину перед гаражом и выпустила девочек. Не успели они дойти до двери, как из-за угла дома появилась Мила. Она помахала рукой и радостно улыбнулась; на ней была просторная фланелевая рубашка навыпуск и джинсы, заправленные в оранжевые резиновые сапоги. Пышные черные волосы повязаны разноцветным шарфом, на манер Элизабет Тейлор, в ушах серебряные кольца размером с кулак. В левой руке Мила держала эмалированную лейку.

— Привет, девочки!

— Простите, что явились без предупреждения. — Джолин захлопнула дверцу машины, толкнув ее бедром.

Мила стряхнула грязь с садовых перчаток, которая посыпалась на ее сапоги.

— Дорогая, разве не для этого существует семья?

Выйдя из машины, Лулу надела ободок с кошачьими ушками и теперь громко мяукала, требуя внимания.

— Опять за свое, — недовольно пробурчала Бетси, обгоняя сестру.

Мила поставила на землю лейку и оглянулась.

— Где же моя внучка, Джолин? Ты оставила ее дома или она сидит в машине?

Лулу захихикала.

— Что это за звук? — спросила Джолин.

Лулу сорвала ободок с головы.

— Я здесь, Йа-Йа!

Мила подхватила девочку на руки.

Джолин молчала. Груз будущего словно сдавливал ей грудь, не давая дышать.

Мила нахмурилась:

— Что с тобой, Джолин?

— Все в порядке. Просто нам с Майклом вечером нужно будет поговорить. Я заберу девочек завтра утром, ладно?

Мила подошла к ней.

— Скажи моему сыну, что он должен исправиться. Работа, конечно, важна, но и о семье забывать не стоит. Я пыталась, чтобы его отец усвоил этот урок, но… — Она пожала плечами. — Ты справишься лучше, чем я.

Джолин смогла лишь кивнуть — на большее у нее не хватило сил. Казалось, с пропущенных Майклом соревнований прошла целая вечность. Она едва не призналась свекрови, что ее призывают в армию. Ей очень хотелось все рассказать Миле, упасть в ее объятия, но сделать этого она не могла. Ей уже ничего не поможет.

Попрощавшись, Джолин пошла к машине. Когда она добралась домой, ей стало совсем плохо.

Призыв в армию изменил все. Майкл поймет. Все их проблемы придется отложить в сторону. Они с Майклом теперь должны быть вместе ради детей, ради семьи. И он ей нужен, действительно нужен. Его любовь спасет ее, будет согревать в дальних краях, а любовь детей поможет вернуться домой.

Джолин вспомнила слова Тэми: супруги ссорятся, говорят не то, что чувствуют, уходят. И возвращаются.

Ей хотелось верить, верить, что так бывает, хотя видеть этого ей еще не приходилось. Она хотела простить Майкла и стереть его слова из памяти, чтобы их отношения стали прежними.

Все, что от нее требуется, — это дать Майклу шанс.

Она сможет, у нее хватит сил сказать ему, что она его любит. Так Джолин убеждала себя, пока ждала его возвращения.

Ожидание казалось бесконечным.

Наконец в семь часов он вошел на кухню и сразу же налил себе виски.

— Привет! — Джолин встала со своего места у камина.

Майкл обернулся. В неярком свете от лампы над плитой он выглядел не просто усталым, а измученным. Волосы взъерошены. Под глазами лиловые тени, словно он не спал прошлую ночь, как и она сама.

— Джо, — тихо произнес Майкл. Его ласковый тон удивил и растрогал ее. На мгновение ей показалось, что они стали прежними.

Ей так страстно этого хотелось, она нуждалась в этом, нуждалась в Майкле.

— Меня призывают.

Майкл замер, словно перестал дышать.

— Ты шутишь, да? — наконец выдавил из себя он.

— Разумеется, нет. Какие могут быть шутки, когда речь идет о войне? — Голос Джолин дрогнул. На секунду силы оставили ее. Она поняла, как ей хочется, чтобы Майкл обнял ее, сказал, что все будет хорошо, и они справятся. — Сначала боевая подготовка в Форт-Худ, потом Ирак.

— Ты служишь в Национальной гвардии, черт возьми! Ты не солдат действующей армии, не настоящий солдат.

Джолин поморщилась:

— Я окажу тебе услугу и забуду эти слова.

— Тебе не место на войне, Джо. Послушай. Тебе сорок один год…

— Теперь вспомнил!

— Там гибнут люди.

— Я в курсе, Майкл.

— Скажи им, что у тебя дети. Нельзя же требовать, чтобы ты бросила детей.

— Каждый день люди отправляются на фронт, оставляя своих детей.

— Знаю, — отмахнулся он. — Но ты мать.

— Сначала я была солдатом.

— Черт возьми, это не игра, Джо, тебя отправляют на фронт. Скажи им: нет уж, спасибо.

Джолин смотрела на него, не веря своим ушам.

— За это меня могут отдать под трибунал. И отправят в тюрьму. Отказаться нельзя.

— Тогда уволься.

Он ее совсем не знает, если может предлагать такое. Честь для него — просто слово, а юристы привыкли играть словами. Он понятия не имеет, что значит увольнение с лишением прав и привилегий.

— Я давала клятву, Майкл.

— А как насчет клятвы у алтаря? — парировал он.

— Сукин ты сын! — Джолин сорвалась на крик. — Все эти годы я любила тебя, обожала и поклонялась. А вчера вечером ты заявил, что больше меня не любишь и, возможно, захочешь развестись. А теперь эгоистичный придурок, который меня совсем не знает, предлагает мне уволиться из Национальной гвардии.

— Какой надо быть матерью, чтобы бросить своих детей?

Джолин задохнулась от ярости. Даже пощечина не могла бы так оскорбить ее.

— Как ты смеешь мне такое говорить? Это ты самый ненадежный человек в нашей семье. При мысли о разлуке с ними у меня разрывается сердце, но я не могу иначе. — Голос ее прервался. — Это мой долг.

— Значит, на фронт?

— Ты рассуждаешь так, словно у меня есть выбор, Майкл. У меня нет выбора: либо на фронт, либо в тюрьму. Как ты не понимаешь, меня призывают на действительную службу.