Торговец тайнами - Мария Морозова

– Вот бы он украл яблочное повидло, – горестно вздохнул Кристофер. – Родители поручили взять у тебя и привезти в Альденбург восемь банок.

– О-о-о, – протянула Юсса, похлопав брата по плечу. – Сочувствую.

Повидло было нашей семейной историей. Те самые прабабушкины яблони, несмотря на солидный возраст, плодоносили более чем активно. В особенно урожайный год яблок бывало столько, что мы выставляли их на улице с табличкой «Бесплатно». А остальное пускали в дело. Что мои родители, что дядя Макс с тетей Астрид – все страстно любили яблочное повидло. В конце лета они брали отпуска, приезжали сюда и начинали перерабатывать яблоки в этот обожаемый ими продукт. Из кладовки доставалась большая кастрюля, из подвала – банки, что собирались весь год, с книжного шкафа торжественно извлекалась тетрадь с рецептами, которую начала еще бабушка Сойле, дочь прабабушки Ингрид. И начиналась работа. В такие дни яблочным духом, казалось, пропитывался весь квартал. С корицей, с лимоном, с орехами и апельсином, даже с розовыми лепестками – банки закатывались и бережно переносились на хранение в подвал. Откуда потом постепенно доставались и поедались. Я отправляла повидло родным в Роксбург и Альденбург, угощала друзей, дарила коллегам и соседям. Но несмотря на это, опустошить банки к началу нового сезона удавалось с большим трудом.

– Послушай, а может твои яблони все-таки окапывает кто-то из соседей, кому до колик надоело наше повидло? – задумчиво предположила Юсса, накручивая на палец короткий светлый локон. – Например, тот полноватый мужчина, который постоянно чистит снег у себя во дворе? Или старушка? Она выглядит очень безобидно. А как известно, такие безобидные часто и оказываются преступниками.

– Ага, – усмехнулась я. – И окапывает, и через заборы прыгает. Ведь пожилые женщины только этим и занимаются.

– Что ж, – Лотта поднялась и отнесла свою тарелку в мойку, – мы, кажется, собирались кататься. Кристофер, ты поедешь с нами?

– Не сегодня. Я договорился встретиться с одним своим приятелем в Ользене.

– Тогда ты моешь посуду.

– Что-о-о? – лицо кузена вытянулось от возмущения.

– По твоей милости мы не спали полночи и поздно встали, – сообщила безжалостная Лизелотта.

– И ничего не полночи, – пробурчал Крис, собирая грязные тарелки.

– Ладно, я помогу, – подорвалась Юсса. – Да и вообще, сунем в посудомойку – и все дела.

– Срываешь воспитательный настрой, – ее сестра нарочито горестно вздохнула.

– Одевайтесь, – улыбнулась я. – Скоро выезжаем

Переодевшись в термобелье и лыжный костюм, я нашла в кладовой свои лыжи и понесла их в гараж. Там зажгла лампочку и тихо вздохнула. Темно-синий внедорожник марки «Рейнджер», мощный электромагический гибрид, выбирал и покупал Даглас, хотя и записал его потом на мое имя. У меня были права, но я не слишком любила ездить на этой машине. Она казалась мне очень большой и неповоротливой, и я ощущала себя внутри как зубочистка, которую бросили в коробку из-под обуви. После того, как Даглас уехал, Хейден Брандт пригнал машину и оставил в гараже. Но я еще ни разу сюда не заходила, потому что боялась напоминаний о бывшем женихе.

Вот только без машины не обойтись. Ехать с лыжами на трамме неудобно, вызывать такси – дорого, потому что нужна не обычная машина, а с большим багажником, брать лыжи в прокате на месте мне не хотелось. Поэтому пришлось пересилить себя и отыскать в коридоре ключи.

Тихо пискнула сигнализация. Старясь не думать ни о чем, я открыла водительскую дверь и заглянула внутрь. В машине было чисто и свежо. Не было ни вещей бывшего, ни запаха его любимого ароматизатора, ничего. Кажется, господин Брандт не поленился свозить автомобиль в чистку. Вот и хорошо.

Отрегулировав сиденье по высоте, я положила лыжи в багажник и задумалась. А нужна ли мне такая серьезная машина? И нужна ли машина вообще? На работу я езжу на трамме, потому что это быстро и удобно. Если вдруг трамм становится неудобным, могу позволить себе такси. Хотя, с другой стороны, иногда без автомобиля сложно. Вот, например, как сейчас. Ладно, лыжи. А если бы я захотела взять с собой сноуборд?

– Мы готовы. – В гараж ворвалась Юсса, отрывая меня от раздумий. Розово-салатовый костюм кузины словно подчеркивал ее активный характер.

– Да, можем ехать, – сообщила Лотта, заходя следом.

– Я нашла на кухне большой термос и налила в него горячий чай, – улыбнулась Сола. – Ничего, что без разрешения?

– О, конечно, – я махнула рукой. – Он для этого там и стоял.

Что-то я совсем потеряла форму. На лыжи в этом сезоне еще не становилась, про термос, который мы всегда брали с собой, забыла. Хорошо хоть лыжи, палки, ботинки и прочая амуниция хранились в одном месте, а то вполне могла бы что-то оставить дома по рассеянности. И все из-за Дагласа.

– Ладно, грузимся, – решительно сказала я, тряхнув головой. – Нужно ехать.

Вообще не только Каринтия привлекала туристов. Регион Скандар занимал север материка Берд и состоял из пяти стран. Независимые, но здорово похожие друг на друга, они имели одинаковый язык, общую культуру, кухню и правителей, связанных крепкими родственными связями. Моя Каринтия, ограниченная с севера Срединными горами, была самой большой из них. На востоке к ней примыкала Хермина – родина кузенов Хольдбергов. Еще восточнее лежало горное княжество Рихштайн – маленькое, но богатое. Если перебраться через горы, можно было попасть в суровый Сваальд и лесистую Эльбину.

Весь Скандар зимой заполняли туристы. Старые города, деревни, похожие на праздничные открытки, горные склоны для любителей какого угодно зимнего отдыха, лесные домики, горячие источники Эльбины – Скандар мог предложить десятки вариантов отдыха. Именно поэтому на улицах городов можно было услышать самые разные языки и увидеть самых разных людей или нелюдей. И именно поэтому в сезон было практически невозможно снять номер в отеле без брони.

Сегодня мы собирались кататься в Тилентале. Этот маленький городок располагался в самом конце трамм-линии, если ехать на запад. Дорога от Ользена занимала почти час, поэтому там было меньше всего туристов. Зато склоны подходили и для новичков вроде Солы, и для таких опытных лыжников, как я.

Я высадила спутниц возле прокатной конторы и повела машину на парковку. Выбрала себе место поближе к подъемникам, остановилась и вышла наружу. С прошлого года здесь ничего не поменялось. Да и не должно было. Касса с билетными картами, несколько