Счастье, разорванное надвое - Елена Александровна Лапухина

– В первый раз что ли, поболит и перестанет.

– Утром едем в поликлинику! – Голосом, не терпящим возражений, произнёс Виталий.

Оказалось, что у Тамары сильнейшее воспаление и врач, осматривавший её, настаивал на серьёзном лечении. С большим трудом удалось договориться о дневном стационаре, так как женщина не хотела даже слышать о больнице.

В другой раз Вера сказала мужу:

– Дорогой, ты меня извини, но сегодня ты воспользовался каким-то ужасным парфюмом, он несвежий. Когда будешь принимать душ, постарайся избавиться от этого запаха. – Выйдя из душа, мужчина спросил:

– Теперь хорошо?

– Хорошо. – Кивнула она, но если ты не возражаешь, то можно я кое-что изыму из твоих ароматов. Среди десятка коробок, не открывая, Вера сразу отставила в сторону две. – Вот это хороший, но слишком концентрированный, а вот этот прокис. – Заявила она.

Обычно сдержанный на эмоции Виталий расхохотался, чем изумил жену.

– Дело в том. – Объяснил он, что все парфюмы покупаю я сам, а тот который прокис, мне подарила коллега по работе.

– Какая ещё коллега? – Изобразила возмущение Вера.

– Ревнуешь? – Спросил муж.

– Да! – Игриво согласилась она.

– Будем на юбилее у шефа, со всеми познакомлю и своей жёнушкой похвастаюсь. – Затем Виталий взял коробки и попросил Тамару их выбросить.

– Ну да, конечно! Не все такие гурманы как вы, отдам их сыну. – Проворчала женщина, унося коробки с собой.

Они легли спать как обычно, но проспав часа три, Вера резко проснулась. Ей до зуда в ладонях захотелось писать. Очень медленно, на цыпочках женщина вышла из комнаты, так как муж просыпался от каждого шороха. Вера не знала, сколько часов работала, но когда сделала последний мазок, в комнате было совсем светло. Она отошла в сторону от картины и глаза Виталия заискрились в свете рассветного солнца.

– Кажется, получилось! – Удовлетворённо подумала Вера. – Да, он был именно таким. Она помнила его таинственным и открытым, сильным и нежным. Он был очень красивым, откровенно сексуальным и в тоже время немного застенчивым. Такого можно было ждать двадцать четыре года. Я тебя люблю! – Прошептала женщина.

Она подошла к портрету взрослого Виталия и тихо сказала:

– Скоро и твои глаза также заикрятся и тогда я закончу портрет. Подожди немного. – Вера помахала рукой картинам и пошла в свою спальню, боясь побеспокоить мужа.

Женщина проснулась от того, что он целовал её руки. Вера улыбалась, не открывая глаз.

– Моя великая художница, ты проспала и завтрак и обед. – Сказал Виталий.

– Зато хорошо поработала. Я закончила картину. – Потянувшись, сообщила она.

– Да я видел. Ты сделала меня слишком красивым. – Усмехнулся мужчина.

– Слово “Слишком” не о тебе, потому что ты лучше всех. – Шепнула она, обнимая мужа. – Чем это так вкусно пахнет? – Спросила она, сморщив нос.

– Тамара готовит нам еду, я тоже голодный, только что приехал.

– Нет, нет, не едой. Это…. Это там…. – Она спрыгнула с кровати и побежала в мастерскую. На балконе появился керамический горшок, в котором росла шикарная чайная роза. Это она издавала чудесный аромат.

– Какая красота! – Восхищённо вымолвила женщина. – Спасибо!

– Это лучше прокисших духов? – Улыбнулся Виталий.

– Несомненно. – Засмеялась Вера, и тут же серьёзно добавила. – Но самый лучший для меня запах – твой, без всяких парфюмов.

– Наверное, Тамара уже ждёт, умывайся скорее. – Пробормотал мужчина, опустив глаза, и поспешил уйти.

В день юбилея Артура Сергеевича, сразу после завтрака, Сергей увёз Веру в салон. У входа её встретила приятная женщина и, уточнив, супруга ли она Виталия Григорьевича, проводила в массажный кабинет. За всю жизнь женщина не делала сразу столько косметических процедур, как в этот день. Здесь ей сделали массаж лица, рук, зоны декольте, питательную маску, маникюр, педикюр и наконец, стрижку, и укладку волос. Приехав домой, она заявила мужу:

– Они меня совсем замучили, поэтому я ложусь спать! – Увидев встревоженные глаза мужа, рассмеялась и добавила. – Шутка, я там уже и выспалась.

Вера надела платье на золотых бретельках, которое в зависимости от освещения меняло оттенки от розового до тёмно-красного цвета. К нему подошли чёрные лаковые туфли и такая же сумочка. Всё это заранее одобрил Виталий. На нем были надеты темно-красная рубашка и чёрные брюки. Перед выходом, они остановились у большого зеркала в её студии.

– Какая ты у меня красивая! – Восхищенно произнёс мужчина.

– Да, мои девчонки из бухгалтерии были бы очень удивлены. – Согласилась она.

– Подожди, я забыл. – Сказал Виталий и принёс коробочку, в которой лежали кулон на золотой цепочке и такой же браслет. – Это рубины и мелкие бриллианты. Нравиться?

– Да. – Кивнула Вера. – Только ты меня совсем забаловал. В следующий раз мне захочется крупных бриллиантов. – Засмеялась она.

– Я куплю. – Просто сказал мужчина.

– Нет, нет! Я очень спокойно отношусь к драгоценностям. – Замотала головой Вера. – Но эти мне очень нравятся. – Поспешила добавить она.

В ресторане играла лёгкая музыка, приятная прохлада щекотала кожу. Зал, в котором праздновали юбилей, был оформлен в морском стиле. И хотя художника, оформлявшего интерьер, Вера могла бы покритиковать, но в сочетании с красивыми портьерами и удобной мебелью здесь было довольно мило.

Войдя в зал, они привлекли внимание, примерно тридцати пар глаз. Виновник торжества поспешил к пришедшим и радостно приветствовал Виталия, а Вере поцеловал руку, сделав глазами комплимент. Среди гостей находились около десяти женщин, а остальные были подтянутые, спортивного вида мужчины от тридцати до пятидесяти лет.

Артур Сергеевич громко сказал:

– Прошу любить и жаловать, супруга нашего Григорьича – Вера. – Затем они подошли к красивой белокурой женщине и высокому стройному мальчику лет двенадцати. – Это моя жена – Юлия, а это мой наследник – Станислав.

– Ну, наконец-то мы видим загадочную жену нашего Виталия Григорьевича. – Улыбнулась Юлия.

– Почему загадочную? – Удивилась Вера.

– Потому что все думали, что он одинок, а потом оказалось, что женат. На свадьбу нас никто не приглашал.

– Да. – Согласилась Вера. – Свадьбы у нас не было, зато мы повенчались.

– Подтверждаю, я свидетель. – С улыбкой сказал Артур Сергеевич и громко объявил. – Всё, время рассаживаться. Мария Ивановна! Принимайте командование! – Обратился он к женщине, которая оказалась тамадой.

Чету Разумовских посадили за столик вместе с юбиляром и его семьёй. Вера разговорилась с Юлией, и они сразу почувствовали взаимную симпатию. Мальчик посидел за столом полчаса, а потом его увезли домой. Тамада оказалась энергичной женщиной, и умело руководила торжеством. Гости поднимались, один за другим говорили тосты и вручали подарки. Через некоторое время Мария Ивановна пригласила всех танцевать и её помощник, сидящий за отдельным столиком, включил музыку. Столы стояли полукругом, а перед