Я хочу тебя - Дана Блэк

Увы, не дождь.

Вздрогнула, когда в ладони затрезвонил нарастающей мелодией телефон и покосилась на экран.

Демьян.

В глазах потемнело.

— Поехали быстрее, – дрожащим голосом попросила Марка и уставилась в окно.

— Алина, ты мне доверяешь? – Марк, наоборот, сбросил скорость и завернул в арку, ведущую во дворы. — Все будет нормально. Даже если тебя хватятся. Первым делом что будет? Они рванут по главной улице. А мы дворами, тихонечко...

Его уверенный тон чуть-чуть успокоил нервы. Выключила звук на телефоне и потянулась назад, подхватила припасенное Марком пальто. Набросила его на плечи, сунула сотовый в карман.

Я бы лучше выбросила этот телефон, на всякий случай, ведь нас по нему можно отследить. Но рука не поднимается, ведь за него можно выручить хорошие деньги.

Сразу, как только приедем в другой город – сдам его в какую-нибудь комиссионку.

Марк включил музыку, по радио играет популярная песенка. Крадемся темными дворами, переулками, подбираемся к выезду. Смотрю в окно и представляю, что сейчас делает Лара, и глаза на мокром месте.

Я ведь все равно очень люблю ее, пусть за нее мне вечно прилетало от отца. Потому, что я старше.

Даже когда она стены в его кабинете разрисовала цветочками и к нему туда заявились на важную встречу хмурые дядьки в черных плащах – влетело мне.

Была грозовая ночь, а я сидела на улице и мокла, и выводила на асфальте розовые цветочки. И мелки смывал дождь. А папа стоял на крыльце и курил, и спрашивал: Где можно рисовать, Алина? Ты же вот на улице сейчас рисуешь? А сестра твоя почему в моем кабинете?

Передернула плечами, прогоняя воспоминание и запоздало откликнулась на голос Марка:

— Что ты сказал?

— Говорю, заедем, заправимся, – Марк свернул к светящемуся зеленому магазинчику на заправке. — Заодно кофе возьмем в дорогу, глаза слипаются.

Он выбрался на улицу, и я выскочила следом. Запахнула пальто, оглянулась по сторонам в поисках машины Демьяна и, выдохнув, побежала к магазину.

Внутри по стенам уже развесили празднично-мигающие гирлянды, за высокими столиками пристроились пара посетителей. Слева от стойки голубым экраном мерцает телевизор, пахнет кофе.

Рассчиталась за бензин. Заказала два стаканчика с собой и отошла от стойки, повернулась к плазме.

И вздрогнула.

Демьян был прав, вчерашнюю перестрелку в квартире уже вовсю крутят в новостях. Диктор открывает и закрывает рот, как рыба, и я напряглась, вслушиваясь, может быть, что-то скажут про Демьяна.

Хлопнула дверь, с улицы подуло сквозняком. В кафе ворвалась крупная фигура в темно-синем пуховике, и я моментально узнала в мужчине Игната, охранника, которого Демьян приставил ко мне в институте.

Нас нашли.

Вот так просто.

Раз, и все.

Игнат быстрым цепким взглядом оглядел небольшое помещение, наткнулся на меня...

И я, отмерев, ломанулась в сторону, на ходу толкнула дверь туалета и захлопнула ее перед носом Игната.

— Алина, – тот дернул ручку раз, другой, и тихо процедил. — Вышла оттуда. И живо села в машину.

В панике огляделась по сторонам – унитаз, раковина, и мое полубезумное отражение в зеркале на стене. В ушах одна лишь мысль набатом бьет – мне нельзя возвращаться домой. Наклонилась и зачем-то схватила белый ёршик...

— Алина, Демьян ждет, – сипло сказал по ту сторону Игнат. — А ждать он не любит. Выходи. Считаю до трех. Один, два...

"Три" – не последовало, дверь содрогнулась от удара. Игнат шагнул внутрь тесного туалета, и я беспомощно пнула вперед пластиковое ведерко, из которого пахнуло хлоркой. Замахнулась, и ткнула Игнату в лицо мохнатым ершиком.

Он зарычал и подался на меня, поскользнулся на разлитой воде и грузно бухнулся на пол, головой в коридор.

Посыпались маты.

— Скажи Демьяну, что я не вернусь, – перепрыгнула через него и ракетой вылетела из магазина, животом врезалась в наш джип, и лишь тогда смогла затормозить. Распахнула дверь и увидела за рулем изумленного Марка.

— А кофе? – начал он и, поглядев на мое перекошенное лицо, все сразу понял.

Рванул с места.

— Догнали нас, да? – он вырулил на дорогу, машина стремительно набирала скорость. — Черт. А я вон туда за угол как раз отошел, по телефону поговорить. Друг звонил. А тут тачка подъехала понтовая, и музыка из салона орала, нихрена было не слышно. Алина, догнали? Кто, твой отец?

Вспомнила ёршик и молча покачала головой. Руки мелко тряслись, да и все тело, по сиденью, казалось, разбросали острые кнопки, и они впивались в кожу.

В кармане вибрацией загудел телефон. Машинально выхватила сотовый, на автомате нажала вызов от Демьяна, прижала телефон к щеке. И в динамике послышался его глуховатый бесстрастный голос:

— Я дал тебе шанс одуматься и вернуться, Алина. Ты им не воспользовалась. Что ж. Я найду тебя самое позднее к завтрашнему вечеру. И сделаю с тобой то, о чем мечтал три чертовых года.

Глава 17

— Алина, это очень дорогое платье, – сказал Марк и перед зеркалом поправил черную бабочку.

Вздохнула и повесила плечики обратно.

Подумала и снова взяла.

— Марк, это же свадьба, один раз в жизни. – Приложила к груди атласный лиф пудрового цвета и покрутилась из стороны в сторону, посмотрела, как волочится по полу шлейф. — Давай возьмем, пожалуйста.

Марк с недовольством оглядел платье.

Да, оно дорогое, пусть даже мы берем его в аренду всего на один день. Но такое красивое...

Покосилась на девушку-консультанта, что пристроилась возле зеркала.

— Конечно, надо примерить, – одобрительно закивала она. — С вашими черными волосами смотрится очень нежно.

— Алина, но у нас на квартиру много денег ушло, – напомнил Марк. — А мы только приехали в город. Прибавь к моему костюму, – он подергал бабочку, — свое платье. Сколько выходит?

Выходит много.

— Плюс, – Марк подошел ближе и шепнул мне на ухо, — взятку дали в ЗАГСе. Чтобы месяц не ждать.

Это я тоже помню, мы ведь только что оттуда.

И Марка понимаю, он всю ночь был за рулем и устал, мы даже не останавливались больше нигде, боялись, что нас догонят.

С утра приехали в город. Перекусили в придорожной кафешке, потом нашли жилье...мне не привыкать к этим съемным квартирам, я даже радовалась, ведь в ближайшее время мы будем жить вдвоем, с Марком.

Как муж и жена.

— И в ЗАГСе нам сказали быть через два часа,