Битва на арене любви - Шантель Шоу

К вечеру на площади Святого Марка туристов стало еще больше, и в ресторанах было мало свободных мест. Сидя под полосатым навесом кафе в конце площади и подперев рукой щеку, Джесс любовалась невероятно красивым видом базилики.

— Думаю, я влюбилась, — прошептала она. Почувствовав, как Драго, сидящий рядом, напрягся, она посмотрела на него и рассмеялась над его нахмуренным видом: — Не в тебя. В Венецию.

— А, — сказал он с улыбкой облегчения.

Почему-то Джесс почувствовала легкий укол сожаления оттого, что он не хочет ничего, кроме секса. «Не будь дурой», — сказала она себе строго. Она знала, что их отношения строятся только на физическом притяжении.

Их сексуальная жизнь была неподражаема, но она понимала, что страсть быстро проходит.

— На выходных мы снова можем поднятья на колокольню, если захочешь, — предложил он. — Я знаю, что тебе нравится вид на город. Или мы можем съездить во Дворец дожей. Его интерьер впечатляет, и там полно прекрасных произведений искусства. И конечно, нельзя побывать в Венеции и не посетить мост Вздохов.

— Какое романтичное название. Почему он так назван?

— Популярная версия не так романтична. Мост ведет к городской тюрьме, и, проходя по нему, узник в последний раз видит Венецию.

Джесс вздохнула.

— Я чувствую себя виноватой, посещая достопримечательности, пока Анджело в госпитале.

— Ты навещала его каждый день в последнее время, и он очень ценит твое общество. Не думаю, что он будет против твоего личного времени, — сказал Драго.

— Но у меня не должно быть личного времени. Я должна быть дома и управлять своей компанией. — Джесс прикусила зубами нижнюю губу — так она неосознанно делала, когда была очень взволнована. — Я узнала, что все в порядке, когда звонила Майку, и что он заключил новый контракт по отделке коммерческого объекта, но я должна вернуться и следить за всем. Моя компания — это все для меня. Это единственное, в чем я преуспела, — заключила она с горечью.

— Как только Анджело все вспомнит, ты сможешь уехать.

Улыбка Драго излучала очарование, но тон не подразумевал возражений, и внутри у Джесс все оборвалось, когда она поняла, что он все еще подозревает ее в причастности к пропаже денег его кузена. И правда в том, что она по-прежнему его пленница, потому что никуда не выходила без него или Фико.

Фико неустанно следовал за ней, и у нее не было ни денег, ни паспорта.

Джесс отбросила неуютную мысль, что она не предприняла более серьезных попыток уехать из Венеции из-за ее отношений с Драго. Его желание и не думало ослабевать. Но помимо обоюдной страсти, между ними неожиданно возникло чувство товарищества и даже дружбы. Несколько раз он возил ее по достопримечательностям Венеции, и Джесс нравилось бродить с ним по городу, по маленьким улочкам и очаровательным площадям. Она навещала Анджело каждый день, пока Драго был на работе. Вечером они встречались в госпитале и, проведя некоторое время с его кузеном, возвращались в замок или ужинали в ресторане — «Траттория Мариса» стала их излюбленным местом.

— Как сегодня дела у Анджело?

— У него все еще болит голова, — нахмурилась она. — Это продолжается уже три дня, и твоя тетя очень обеспокоена.

Доротея подтвердила эти слова. Проводя вместе с Джесс дни напролет в маленькой палате, мать Анджело немного потеплела по отношению к ней и даже стала благодарить за помощь ее сыну. Мать Драго также вела себя более дружелюбно, но пару раз Джесс ловила на себе ее любопытный взгляд, и у нее было чувство, что Луиза догадывается об их связи с Драго.

— Я поговорю с врачом по этому поводу, — сказал Драго и с улыбкой посмотрел на маленького ребенка, который топтался около своих родителей, сидевших за соседним столиком.

Мальчику было года два, прикинула Джесс, и он был невероятно очаровательным, с ореолом светлых кудряшек вокруг головы и большими голубыми глазами. Казалось, он заинтересовался Драго, потому что улыбнулся и помахал рожком липкого мороженого, которое держал в руках.

— Нет, Джош! — воскликнула его мать, вскочив со своего места как раз в тот момент, когда ребенок размазал мороженое по великолепно скроенным брюкам Драго.

— Мне очень жаль, — сказала она по-английски.

Драго прервал поток извинений, рассмеявшись.

— Не беспокойтесь. Он похож на ангела, — сказал он мягким тоном, привлекшим внимание Джесс.

— Он может быть просто несносным, — сказала женщина с сожалением. — Она посмотрела на Джесс. — Вы же знаете, в два года они такие непоседы.

Джесс кивнула женщине и улыбнулась, стараясь не обращать внимания на острую боль, пронзившую ей сердце. Какой была Кэти в два года? Была ли она непоседой? Она никогда этого не узнает, и боль потери внутри ее никогда не утихнет.

Женщина подняла мальчика на руки и вернулась к своему столику.

— Симпатичный мальчик, — прокомментировал Драго, пытаясь очистить брюки салфеткой.

— Я заметила, что итальянцы очень любят детей, — произнесла Джесс задумчиво. — Ты никогда не хотел жениться и завести детей?

— Я полностью доволен своей жизнью.

Удивленная внезапной резкостью в его голосе, Джесс внимательно посмотрела на него.

— Ты был так добр с мальчиком. Думаю, ты бы был отличным отцом.

— Мадонна! Мы можем сменить тему? — отрезал он. — Я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь.

Джесс почувствовала раздражение из-за его надменного тона.

— Почему? — не унималась она. — Я многое рассказала тебе, включая то, что произошло с Себом. Почему ты не хочешь рассказать о себе?

Он не ответил, и недобрый блеск его глаз предупредил, что лучше бы ей замолчать, но Джесс знала, что она ничего не значит для него и не собиралась сдаваться.

— Может, у тебя есть какая-то страшная тайна? — насмешливо сказала она.

— Не будь смешной.

Он плотнее сжал скулы, и Джесс с удивлением обнаружила, что ему неуютно. Она поняла, что в его прошлом есть что-то, о чем он предпочитает не говорить. Это связано с женщиной? У него репутация плейбоя, но, возможно, в прошлом у него были отношения, которые что-то значили для него? Мысль уколом острой ревности отозвалась у нее внутри.

— Ты когда-нибудь любил? — выпалила она.

Его глаза сузились, а раздражение было почти осязаемым, но через мгновение он пожал плечами и сухо сказал:

— Однажды. Это было давно.

Джесс затаила дыхание.

— Что произошло?

— Ничего, отношения закончились, а я поумнел. Это был неплохой урок, — заметил он с сарказмом. — Я собираюсь в госпиталь поговорить с доктором по поводу головных болей Анджело, — отрывисто сказал он. — Фико отвезет тебя в замок. Начало приема в восемь вечера. — Он сделал над собой