Грешный маркиз - Салли Маккензи

– Сесилия обожала Лондон.

– И любые другие поместья, кроме собственного.

Робби уселся в кресле у камина.

– Ей было необходимо всеобщее восхищение.

– И поэтому дети видели ее нечасто.

– Именно. Многим детям приходится расти под присмотром слуг. Я помню, мне самому редко доводилось видеть родителей – пять-шесть раз в год. Кажется, и ты со своими проводил времени не больше моего.

– Да. – Чарлз сел у камина напротив Робби. – Я не хотел видеть отца. Ты ведь помнишь его нрав.

Робби кивнул.

– А мать?

Чарлз вздохнул:

– Она была почти как Сесилия.

– Тебя это огорчало?

– Уже не помню. Но мои племянницы… – Чарлз отпил из стакана. – Знаешь, младшая зовет меня «папа Чарлз».

– Что такое? – послышался голос в дверях. – Ты стал отцом? Поздравляю. Хотя, возможно, стоило бы сначала обзавестись женой, прежде чем заполнять, детскую.

– Джеймес! – Чарлз вскочил, чтобы приветствовать герцога Олворда. – Как Сара?

– Отлично, спасибо.

– Слышал, ожидается появление нового герцога, – заметил Робби.

Джеймс усмехнулся:

– Возможно.

– В самом деле? – Чарлз передал Джеймсу бутылку с бренди. – Это надо отметить.

– Только убедись, что как следует закрыл дверь, Джеймс. Чарлз сказал, что близняшкам Фартингтон стоит только учуять бренди…

– Вот как? Ни за что бы не подумал. А это мисс Рассел изучала скульптуры там наверху, или я ошибся?

– Весьма возможно. А не было возле нее низкорослого мужчины?

Брови Джеймса поползли вверх.

– Неужели мисс Рассел обзавелась поклонником?

Робби рассмеялся:

– Если так, прием обещает быть занятным. Знаешь, что вчера Чарлз напоил почтенных леди?

– Я их не поил, Робби. Это сделала тетя Беа. Меня и дома-то не было, когда они добрались до моих запасов.

– Ясно. – Джеймс фыркнул. – То есть не совсем. Кто же тогда тот человечек, что приударяет за мисс Рассел?

– Мистер Альберт Стокли, и он за ней не приударяет. Не успел он приехать, как я застал его за изучением вазы в холле. Наверное, вместе с мисс Рассел они наслаждаются произведениями искусства в Найтсдейле.

– Думаешь, этот Стокли может оказаться нечистым на руку? – спросил Джеймс.

Чарлз пожал плечами:

– Не знаю. Мне он не нравится.

– Зачем же пригласил? – удивился Робби. – Не тот ли это франт, что снял дом у Атуэрта?

– Он самый. Ты знаешь что-нибудь о нем?

– Только не я. Может быть, Джеймс?

– Нет. – Джеймс усмехнулся. – У меня и без того дел полно.

– Не спорю, что так и есть. – Робби выкатил глаза. – Твои дамы сбежали в Брайтон, чтобы дать тебе возможность, так сказать, заняться делом как следует.

– Пришлось исполнить долг и позаботиться о преемнике. Однако вы будете счастливы узнать, что тетя Глэдис, леди Аманда и Лиззи вернулись домой. Лиззи приедет сюда завтра.

– Значит, малышка Лиззи тоже примет участие в охоте на нового маркиза?

– Не думаю, чтобы Лиззи интересовалась Чарлзом, Робби.

– А мне безразличны все эти молодые леди, – заметил Чарлз.

– Вот как? Тогда зачем ты созвал сюда эту стаю акул? Клянусь, сам видел, какими глазами сверлили друг друга леди Данли и миссис Фрамптон. Разве не ты тот холостяк, что предназначен им на съедение? – Робби воздел к потолку руку, в которой не было стакана с бренди. – Ведь не я же!

– И не я, – сказал Джеймс. – Так что, если Чарлз не желает, готовься, Робби!

– Нет. Я слишком молод, чтобы надевать кандалы. – Тут есть другие неженатые джентльмены, – возразил Чарлз. – Тебе нечего бояться.

– Разве? Не уверен. Если леди поймут, что маркиза им не поймать, сойдет и простой граф. Придется просить лакея, чтобы он тщательно обыскал мою комнату перед сном – не притаилась ли там какая-нибудь мисс. Обязуюсь также избегать любых укромных уголков, что есть в твоем прекрасном имении. – Робби сделал глоток. – Может быть, стоит держаться поближе к твоей тете Беа? Она без труда прогонит любую предприимчивую даму и к тому же, как я подозреваю, не станет возражать против бренди.

– Отличная мысль, Робби! – воскликнул Джеймс. – Но я все еще не понимаю, зачем ты назвал прорву народа, Чарлз, если не собираешься подыскивать невесту. Совершенно уверен, что прекрасная леди Данли и очаровательная миссис Фрамптон привезли своих милых дочек в Найтсдейл вовсе не для того, чтобы полюбоваться пейзажем. Вот если на фоне пейзажа ты наденешь одной из них на палец обручальное кольцо Найтсдейлов…

– Да, понимаю. Я думал о невесте, но уже успел выбрать подходящую.

– Вот это да! И кто же счастливица? – поинтересовался Джеймс.

– Мисс Эмма Петерсон.

– Дочь викария?

– Не просто дочь викария, Джеймс, – сказал Робби, хихикая. – Тень!

– Тень? Почему Тень? Ох, конечно же! Вспомнил! Малышка, которая, словно собачка, бегала за Чарлзом, когда мы были совсем детьми. Это и была мисс Петерсон?

– Если ты еще не заметил, – усмехнулся Робби, – но, наверное, не заметил, ты ведь человек женатый, – мисс Петерсон больше не маленькая девочка.

– Потише, Робби. – К собственному удивлению, Чарлза вдруг покоробил слегка развязный тон друга. – Я не допущу неуважения к мисс Петерсон.

– Я всегда с почтением отношусь к старшим.

– Мисс Петерсон всего двадцать шесть.

– Ну да. Как и мне, друг мой, – сказал Робби. – Ты в свои тридцать совсем старикашка. Нет, кажется, мисс Петерсон двумя месяцами старше. Смутно припоминаю, что, когда мне исполнилось десять, мы с ней поспорили, кто кого должен слушаться.

– Джентльмены, не будем впадать в детство. – Джеймс поднял бокал. – Пришла пора для поздравлений. Когда ты объявишь о помолвке, Чарлз?

– Скоро.

– На балу? – поинтересовался Робби. – Самое подходящее место. Возможно, если остальные будут в неведении до последнего момента, то есть до бала, они оставят меня в покое.

– Именно. На балу. – Чарлзу вспомнилось, с каким треском развалилась на куски фарфоровая собачка, ударившись о дверь кабинета. – Скорее всего. Нужно еще уладить кое-какие нюансы.