Любить - это больно - Екатерина Зиновьева

— Кого еще там черти несут в такую рань? — сквозь сон бурчала Лара, слушая как кто-то, терроризирует дверной звонок.

Спустя минуту она поняла, что брат открывать не собирается, поэтому поднявшись, поплелась открывать. Попутно заглянув в комнату брата, Лара задумалась: А был ли вообще Андрей сегодня ночью дома? Но додумать ей не дали снова позвонив в дверь.

— Иду! — крикнула она и, спотыкаясь о ботинки брата в коридоре, защелкала замками.

Обнаружив на пороге бодрого Костю, девушка возмутилась:

— Тебе совсем заняться нечем?

Сотников оглядел Лару скучающим взглядом и, оставив ее вопрос без ответа, спросил:

— Брат дома?

— Нет его! — выкрикнула она и попыталась сразу закрыть дверь, но что-то ей помешало, а точнее нога Кости.

— Я его подожду, — беспардонно отодвинув сонную, злую Ларису в сторону он прошел в квартиру и начал раздеваться.

Лара помотала головой, сбрасывая оцепенение.

— Плевать, делай что хочешь.

Костя усмехнулся каким-то своим мыслям, но ничего не сказал, чем насторожил Лужину. Приказав себе развернуться, она вернулась к себе в комнату и снова легла в кровать. Сон был перебит, потому проворочавшись с полчаса, Лара что-то прорычала в адрес Сотникова и поднялась. Снова надев домашние шортики и бурча себе под нос проклятия на бедную голову Кости, она вышла из комнаты.

Гость развалился на кровати в комнате ее брата и щелкал пультом каналы телевизора.

Девушка подавила в себе желание придушить нарушителя ее спокойствия и, вспомнив, что является гостеприимной хозяйкой, сквозь зубы спросила:

— Тебе сделать чай?

Костя лениво перевел взгляд от телевизора к девушке.

— Да ты же меня отравишь при первой возможности, так что нет спасибо.

Перед глазами Ларисы все поплыло от накатившей ярости.

"Да с чего он взял все эти глупости? Что это за предвзятое отношение ко мне?" — кипела она, сжимая кулаки и впиваясь ногтями в нежную кожу рук.

— Как хочешь, — стараясь, чтобы голос звучал безразлично, сказала она и ушла на кухню.

Не прошло и двух минут, как к ней присоединился Костя. Она чувствовала каждой клеточкой своего тела, как он блуждает по ней взглядом. Это немного нервировало и раздражало.

— Чего приперся, если от чая отказался? — не очень культурно поинтересовалась она. — Или ты передумал?

— Ага, — кивнул Сотников, — а сюда пришел, проследить, чтобы ты не плюнула мне в чай.

— Совсем сдурел? — удивилась Лара. — Я никогда бы так не сделала, — оскорбилась она.

— Пофиг, — не заметил, что обидел сестру друга Костя, — готовь свой чай.

Лариса попыталась сдержать рвущиеся наружи слезы. Ей было непонятно такое отношение Кости к ней. Да, она не блистала умом, но и дурой далеко не являлась, как все думали. Андрей в свое время очень хорошо постарался закрепить за своей сестрой репутацию недалекой, тупенькой девушки. Лара не стала с пеной у рта утверждать обратное и доказывать всем и каждому, что это не так, а просто смирилась. Но это никак не давало Косте права, так с ней разговаривать.

Заварив чай, и уже более или менее успокоившись, Лара взяла кружку и, повернувшись, пошла к столу, за которым и разместился Сотников. Она уже почти поставила чашку, но боковым зрением заметила ехидную ухмылку Кости. Рука дрогнула, и немного чая разлилось на стол.

— Млять, мало того что… так еще и криворукая, — сквозь зубы прошипел молодой человек. — Дай тряпку.

Лариса стояла и прокручивала в голове слова Сотникова.

— Мало того что, ЧТО? — переспросила она.

— А? — не понял вопроса Костя и сведя брови к переносице, посмотрел на девушку. — Ты о чем?

Лара отошла к разделочному столу и, вцепившись в него руками еще раз повторила:

— Ты начал говорить: Мало того что… вот я и спрашиваю ЧТО?

— Неважно, — отмахнулся от нее Костя.

— Тупая? Идиотка? Дура? — начала перечислять Лара. — Что там еще есть?

— Прекрати, — осадил ее Сотников, поняв, в какое положение попал.