Аромат страсти - Майя Бэнкс

Перед началом церемонии на террасе царил небольшой хаос. Наконец отец Эвана, стоящий ближе всех к цветочной арке, поднял руку, требуя внимания:

— Если все займут свои места, мы начнем.

Эван подвел Селию к первому ряду, где должны были также сидеть Люси и Маршалл.

Поведение Эвана изменилось, как только началась церемония. Он отпустил руку Селии, и она положила ее себе на колени. Он не возражал.

Эван пристально наблюдал за Беттиной и своим братом, он не улыбался, как остальные гости. Он походил на каменную статую — никаких эмоций.

Хуже того, Люси начала коситься на Эвана. Она явно заметила его холодность.

Напрашивался вопрос, так ли уж Эван равнодушен к Беттине? Может, он по‑прежнему ее любит? Если верить его словам, то не любит и никогда не любил. Вообще, способен ли такой человек, как он, влюбиться?

Его отношения с Беттиной вряд ли можно назвать романтичными. Он составил требования к будущей жене, остальное его не волновало. Беттина оказалась первой подходящей кандидаткой.

Селия мельком взглянула на поблескивающее кольцо на среднем пальце и вздрогнула. «Ох, девочка, ведь ты не веришь во всю эту чепуху. Ты слишком рациональна».

Она едва не фыркнула. С Эваном вести себя рационально ей не удавалось. Селия тянулась к этому запретному плоду с момента первой встречи.

Неожиданно ей в голову пришла не слишком приятная мысль: стала бы она упрашивать Эвана, чтобы он обратил внимание на «Меддокс», если бы ее не влекло к нему столь сильно?..

К счастью, уик‑энд подходит к концу, и ей, возможно, удастся вернуться к привычной жизни. Их обман сыграл с Селией опасную шутку. Если она немедленно не избавится от привязанности к Эвану, то окажется в положении жертвы.

Она уже представила себе, как начнет все объяснять своему боссу, доверившему ей судьбу компании.

Но вот церемония закончилась, и Эван улыбнулся Селии. Она тут же забыла о волнениях и сомнениях.

Он снова стал выказывать ей знаки внимания. Эван часто прикасался к ней. Селия чувствовала себя глупо, когда ее тело бурно реагировало на его ласки, но сдержаться не могла.

Ожидая, пока гости войдут в здание отеля, Эван наклонился и уткнулся носом в ухо Селии.

— Давай немного развлечем публику, — предложил он. — Ты, я и неприличные танцы.

Она рассмеялась. Рядом с таким очаровательным мужчиной трудно помнить о том, что не следует им увлекаться.

Селия охотно взяла Эвана за руку, их пальцы переплелись. По логике ей не следовало подыгрывать ему. Но молодую женщину — против всякой логики — влекло к Эвану. До возвращения в реальность оставалось несколько часов. Селия решила насладиться оставшимся временем.

Они танцевали под неторопливые, чувственные мелодии, а также под музыку с быстрым ритмом. Эван удивительно искусно вел Селию в танце, кружа по залу. Она почему‑то считала, что он умеет танцевать лишь вальс или стоять в центре зала в обнимку, покачиваясь под музыку. Эван оказался прекрасным танцором.

Они решили сделать перерыв, и он отправился за напитками. Повернувшись, Селия увидела направляющуюся к ней Люси Рис, чье лицо сияло подобно рождественской елке.

— Селия! Я так рада, что застала тебя до того, как Эван снова похитит тебя.

Молодая женщина тепло улыбнулась матери Эвана. Люси сжала ее руку:

— Я не знаю, как мне благодарить тебя и Эвана за то, что приехали. Совершенно очевидно, что вы влюблены друг в друга.

Селия едва справилась с собой, услышав это заявление. Очевидно? Как такое может быть? Их связывает страсть, но не любовь. Эван, должно быть, ужаснется, узнав, что его розыгрыш восприняли гораздо серьезнее, чем предполагалось. У мужчины вроде Эвана, вероятно, куча любовниц… Однако ни одну из них он не привез на свадьбу. Он взял с собой Селию…

Она приказала себе думать о бизнесе.

— Вы такая милая пара, — задумчиво произнесла Люси. — Я очень надеюсь, что вы скоро сыграете свадьбу. Не заставляй его ждать, хотя он наверняка заслуживает, чтобы его помучили. Я хочу, чтобы мой сын был счастлив.

— Конечно, мы договоримся о приемлемом для нас обоих дне свадьбы, — дипломатично сказала Селия.

Люси снова пожала ей руку, а затем внезапно обняла женщину:

— Я счастлива, что ты приехала сюда, Селия. Не могу дождаться нашей следующей встречи.

И она лучезарно улыбнулась. Селия почувствовала себя последним ничтожеством. Обманывать эту женщину — грех.

— О, смотри, вот и Эван с напитками. Я исчезаю и оставляю вас одних. Веселитесь дальше.

Послав сыну воздушный поцелуй, миссис Рис растворилась в толпе.

— Что это было? — поинтересовался Эван. Он вручил Селии бокал и встал рядом; их тела соприкасались.

Селия состроила гримасу:

— Люси считает, что будет очень хорошо, если мы поженимся.

— Ну, теперь понятно, почему у тебя такой страдальческий взгляд.

Обняв ее за талию, Эван притянул Селию к себе, пристально посмотрел в глаза и поцеловал в губы.

Будучи шокированной тем, что он умопомрачительно целует ее на людях, она беспомощно поцеловала его в ответ.

— Знаешь, мы можем уехать позже назначенного часа, — тихо сказал Эван. — Намного позже. Мы вылетим, когда будем готовы. Давай вернемся в номер.

Вместо того чтобы отказаться, вернуться домой и по возможности прийти в себя после уик‑энда, Селия ответила согласием.

Его глаза хищнически сверкнули. Поставив бокалы на ближайший столик, Эван взял ее за руку и почти выволок из зала. Они заторопились к лифту, как перевозбужденные подростки.

Эван рывком открыл дверь номера, подхватил Селию на руки и понес прямо в спальню. Положив ее на кровать, он принялся срывать с себя одежду.

Приподнявшись на локте, она одобрительно рассматривала его.

— Знаешь, — застенчиво сказала Селия. — Мы еще не воплотили одну из твоих фантазий.

Его брови взлетели вверх. Он лег и накрыл ее своим телом:

— Ох, правда? Какую именно?

Обняв Эвана за шею, она притянула его к себе и поцеловала. Затем ее губы скользнули к его уху. Молодая женщина с шокирующими подробностями расписала Эвану, какую фантазию она имеет в виду.

* * *

Самолет Эвана приземлился в Сан‑Франциско ближе к полуночи. Он помог Селии спуститься с трапа на гудронированную полосу, а затем стоял рядом, пока они ждали прибытия автомобиля.

Эван прикоснулся к ее щеке, отвел от лица прядку волос. По правде говоря, Селия чувствовала себя не в своей тарелке. Их поспешные любовные ласки переросли в неукротимую страсть. Они занимались любовью столько раз, что она сбилась со счета.