Непокорная для боссов - Эра Фогель

– Почему… – я только и смогла выдавить из себя, так как слезы задушили меня окончательно.

– Потому, что ты моя жена! – рявкнул мужчина. – Ты принадлежишь мне! И я к херам собачьим люблю тебя! Просто ты – неблагодарная дрянь – не ценишь меня! Думаешь, что на соседском дворе трава зеленее. Ну вот и погуляй на этом соседском дворе. Пусть парни немного собьют твою спесь. Сама увидишь, что никому, кроме меня ты не нужна. И не годишься больше ни на что, кроме грубого секса. Но я буду к тебе великодушен, если ты для меня все сделаешь.

Я уже ничего не видела перед собой и не слышала. Слова мужа словно убили во мне последнюю надежду. И мне стало совершенно понятно, что мои боссы так же как и муж тупо используют меня. Никому нельзя верить. А мужчинам особенно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но даже сейчас я не была готова сдаться.

Я все выдержу и найду выход из положения. Я смогу.

– Кончай реветь! – рыкнул муж. – Давно ли стала такой неженкой?! Аж противно!

Он отпустил мои волосы и бросил меня на кровать. Я лишь подобралась, как обычно пытаясь защититься, хотя это всегда было бесполезно.

Я и сама не понимала почему реву. Я никогда не испытывала жалости к себе. Даже в минуты отчаяния, насилия или страха я всегда старалась просто принять ситуацию такой, какая она есть. Слезы, мольбы и жалость к себе ничего к лучшему не изменят, но зато окончательно подорвут тот дух внутри меня, который не дает мне сдаться.

Часто я ругала себя за свою тихую силу. Я не могла проявить агрессию, сопротивление, даже огрызнуться мужу, свекрови или любому другому человеку просто потому, что понимала, что пользы мне это не принесет, а ситуация усугубится еще сильнее. Но и в то же время так иногда хотелось сдаться, просто сбежать, совершить какой-то отчаянный необдуманный поступок, чтобы вырваться из этого плена, но моя излишняя рассудительность и спокойствие не позволяли мне включить истерику.

Так я и жила: была слишком сильной, чтобы сломаться, но слишком рассудительной, чтобы отвечать на угрозы и провокации.

И только Сабир впервые за долгое время смог вывести меня на несвойственные мне эмоции и действия. Наверное, именно поэтому что-то внутри меня пошатнулось, сдвинуло мои ориентиры и заставляло сейчас рыдать не пойми от чего.

Тем временем муж навис надо мной, придавливая руками матрас по обе стороны от меня, а в его глазах уже плясали искры жестокой похоти.

– А теперь займись-ка своими прямыми обязанностями, женушка, – оскалился он и ухватил меня за затылок, пока второй рукой потянулся к своим пижамным шортам.

Я глубоко вздохнула, пытаясь окончательно успокоиться и расслабить горло. Потому что дальнейшие намерения мужа были предельно понятны.

Но тут он грязно выругался и поднес мне к лицу мой смартфон. На экране высветился номер Симона, но вызов проходил в беззвучном режиме.

– Ответь. Поставь на громкую связь, – приказал муж сквозь зубы. – Сделай, что он хочет. Скажешь, что ты у меня – шею сверну.

Я послушно взяла телефон и приняла вызов.

– Где ты?! – сердился Симон. – Я звоню тебе уже полчаса! Учти: замыслила еще один побег и мало тебе не покажется!

Муж довольно фыркнул. По тому, что он услышал для него стало понятно, что Симон и Сабир обращаются со мной не лучше, чем он сам. А значит, я точно захочу вернуться в нему.

– П-прости, – хрипловатым голосом ответила я. – Я… постараюсь поскорее приехать. Мне очень неудобно…

– Искра! – Симон повысил голос. – Быстро говори где ты! Я тебя подберу. У нас сегодня важный день, если ты не забыла. А еще вчера кто-то требовал повышения! Думаешь Сабир даст его тебе после сегодняшней выходки? Адрес! Живо!

Я быстро назвала адрес, сказав, что сейчас выйду к дороге.

– У тебя одна минуты, чтобы выйти! – процедил Симон. – Через минуту позвоню!

Я уставилась испуганным взглядом на мужа, тщательно скрывая злорадство, что с насилием он прокатил сам себя. Я бы и не увидела, что Симон звонит, но для мужа это похоже было действительно важно.

Так и есть. Он снова грязно выругался.

– Если ты хоть слово скажешь о нашем разговоре Либерману или Ниязову, – со злостью процедил муж, – я пущу тебя по всем своим деловым партнерам. Будешь год работать ртом за еду. А жить будешь как собака у меня во дворе. Поняла, дрянь?

Я молча кивнула.

Пошла вон! – он вытолкал меня с кровати. – Но не думай, что сегодня я не возьму свое. Приедешь ко мне вечером. Сама. Тогда получишь маленькое снисхождение, и я разрешу тебе остаться на ночь в моей спальне. Чтобы ты не возвращалась в свою нищебродскую квартиру.

Я снова тщательно подавила злорадство.

Я больше не живу в нищебродской квартире. А мои боссы вряд ли отпустят меня куда-то вечером после after party. Но знать это мужу сейчас не обязательно. Поэтому, сохраняя испуганное выражение лица, я быстро собрала свою сумку, телефон, туфли и пулей выбежала из спальни мужа.

Я уже припустилась бежать босиком к главной дороге, когда снова позвонил Симон.

– Искра, ты где? – спросил он уже более ласковым тоном. – Я уже на месте.

– Бегу! – коротко ответила я, запыхавшись от бега. – Еще две минуты, пожалуйста! Я уже бегу!

– Моя малышка, – Симон явно улыбнулся. – Не нужно бежать. Просто скажи куда мне подъехать, чтобы я тебя забрал.

– Я тебя вижу! – ответила я, как раз выбежав к дороге, но машина Симона стояла намного дальше. – Сейчас!

– Глупышка, остановись, – Симон завел машину. – Я тоже тебя вижу. Сейчас подъеду.

Выбившись из сил, я перешла на быстрый шаг. И через минуту я села к Симону.

– Малышка Искра, – Симон заправил мне за ухо выбившиеся пряди. – Прости за наезд. Ты не отвечала на звонки, и я подумал, что ты опять сбежала. Поэтому так злился.

– Ничего, – тяжело дышала я. Сейчас грубость Симона была мне даже на руку. По крайней мере спектакль перед мужем удался. – Есть вода?

Симон протянул мне бутылку с водой, и я с радостью ее приняла. Наконец утолив свою жажду, я открыла дверь машины и начисто вымыла свои ступни после бега босиком. А затем, насухо вытерев их салфетками я обулась и наконец приняла свой прежний опрятный вид.