На волосок от... любви - Миранда Ли

– Ты прав. Работа сегодня отменяется. В таком случае тебе придется сводить меня куда-нибудь покормить, потому что я безумно голодна. Только сначала все же придется заехать ко мне, чтобы я могла переодеться.

– Даже не знаю. Ты так эротично смотришься в моей рубашке. Мы можем никуда не выходить, а заказать пиццу на дом и посмотреть фильмы.

Ричард уже передумал заводить разговор о брачном агентстве. Зачем портить такой прекрасный день?

– Только не это! – воскликнула Холли. – Я провела целый год, поглощая по воскресеньям пиццу и пересматривая одни и те же фильмы. И платила за все это сама. Я не позволила тебе заплатить за мое платье, но вот от предложения сходить куда-нибудь позавтракать, уж точно, не откажусь.

Ричард видел, что она не собирается уступить ему и провести весь день в постели, как он этого хотел. Раз уж все равно придется одеваться и выходить из дома, будет лучше прояснить все важные вопросы прямо сейчас.

– Хорошо, мы обязательно поедем завтракать, но до того, как я оденусь и отвезу тебя домой, – сказал он, – нужно поговорить. Я хочу обсудить весьма серьезные вещи. Сядь, пожалуйста.

– Какие? – спросила Холли, заметно нервничая, и присела рядом с ним.

– Мне только что звонил Рис, – начал Ричард.

– И что? – Она убрала со лба прядь волос.

– Аланна рассказала ему о вашем разговоре в дамской комнате на вчерашнем приеме.

– О!..

Ему показалось или он на самом деле увидел в ее глазах тревогу?

– Почему ты мне об этом не сказала вчера? – спросил Ричард, глядя ей в глаза.

– Я боялась все испортить, – тихо ответила Холли.

Наконец он понял. Она хотела, чтобы он привез ее к себе домой. Для нее это было важнее всего.

– Но ты еще сердишься на меня?

– Не совсем. Я немного удивлена. Не понимаю, почему ты пришел к выводу, что тебе нужно тоже купить себе жену, как это сделал Рис?

– Рис не покупал Аланну.

– Ричард, неужели ты думаешь, что она вышла бы за него замуж, если бы у него не было такого состояния?

– Сначала он ей не говорил, что очень богат. Просто они сразу понравились друг другу. Так же, как и мы.

Сейчас он явно увидел в ее взгляде беспокойство.

– Ричард, ты же говоришь все это не для того, чтобы сделать мне предложение, правда?

– А ты очень удивишься, если я его сделаю?

– Да! То есть нет. То есть… Мы же знакомы всего неделю, Ричард. Только не заявляй, что безумно в меня влюбился.

– И не собирался, – парировал он.

– А ты можешь быть откровенным, когда хочешь.

– Неужели ты бы предпочла, чтобы я вел себя, как Дейв?

– Боже, только не это, – поморщившись, сказала Холли.

– В таком случае, – произнес он, откинув простыню и выбираясь из кровати, – жди меня здесь.

Холли не двигалась. В ее голове билась только одна мысль – Ричард на самом деле намеревается на ней жениться.

Она не могла отрицать – его слова польстили ей. Но что из этого следует? Она занималась с ним любовью прошлой ночью и была готова делать это каждый раз, когда он пожелает. Ей хотелось быть его любовницей.

Но женой?

Нет, спасибо. Еще вчера вечером она пришла бы в восторг от этого, но сейчас ситуация выглядела по-другому.

Холли не собиралась стать для Ричарда предметом гордости перед друзьями. Если она когда-нибудь выйдет замуж, то за человека, который будет ее любить. Она заслуживает любви и отказывается соглашаться на что-либо другое.

Ричард появился в дверях ванной.

Слава богу, он оделся, подумала Холли. Хотя шелковый халат, слегка стянутый поясом, почти ничего не скрывал. Она могла видеть его грудь, покрытую завитками волос, и мускулистые ноги.

– Пойдем со мной, – сказал Ричард, беря ее за руку.

– Куда? – спросила Холли, когда он практически потащил ее за собой через холл.

– В мой кабинет.

Это помещение напомнило Холли то, что она видела в доме его матери. Такая же солнечная и яркая комната с обоями желтого цвета. Одна стена была полностью заставлена книгами, вторая, почти прозрачная, сделанная из стекла, выходила на террасу. На столе не было ничего, кроме телефона и компьютера.

– Садись, – распорядился Ричард, указывая на один из стульев.

Она села, недоумевая, что он собирается ей показать. Он включил компьютер и защелкал мышкой, пока на экране не появилась фотография брюнетки, по красоте не уступающей любой кинозвезде.

– Это первая женщина из брачного агентства, с которой я пошел на свидание, – объяснил он. – Телепродюсер. Тридцать четыре года. В разводе.

На экране возникла еще одна фотография.

– Это вторая, – продолжил Ричард. – Врач. Тридцать пять лет. Замужем не была.

Следующие два снимка он сопроводил такими же краткими комментариями. Все женщины обладали изысканной красотой. Кроме того, каждая получила высшее образование.

Ричард выключил компьютер и повернулся к Холли.

– Отвечаю на твой первый вопрос – зачем я обратился в агентство. Мне тридцать восемь лет, Холли. Я любил, был женат, а потом разочаровался в жизни. За полтора года ни разу не сходил на свидание. Но прошло время, и я понял, что жизнь продолжается. Мне захотелось, чтобы рядом со мной была женщина. И еще я мечтаю о ребенке.

Холли заерзала на стуле. Ребенок! Значит, вот в чем причина поспешных поисков жены. Почему он не сказал ей об этом раньше?

– Я знаю, что сейчас многие люди заводят детей, не вступая в брак, – произнес Ричард, – но я не из таких. Я хочу, чтобы мой ребенок родился в полноценной семье. Хочу иметь жену. Я устал от одиночества.

– Но неужели ты не нашел ни одной достойной женщины, например, на работе или на каком-нибудь приеме? Не думаю, что ты мало встречаешься с людьми.

– Как я уже сказал, мне тридцать восемь лет. Большинство женщин моего возраста, с которыми я общался, либо замужем, либо разведены. О первых я даже не говорю. С разведенными трудно найти общий язык, потому что у них накоплено слишком много негативных эмоций, которые они выплескивают при первой возможности. А у меня самого их предостаточно. Я видел, что Рис доволен своим браком, и подумал: а почему бы и мне не попробовать?

Сейчас, когда Ричард все объяснил, Холли нашла его доводы довольно разумными.

– И что произошло? – робко спросила она.

– Ничего не получилось.

– Но эти женщины на фотографиях такие красивые!

– Всем им нужно было только мое состояние.