Доставь мне удовольствие - Конни Мейсон

– Ты не можешь утверждать это! Даже я не могу знать, как все сложилось бы. Это спорный вопрос. Я признался тебе в изменах, но и ты повеселилась на славу, не так ли? О свадьбе теперь не может быть и речи. Мы не смогли бы доверять друг другу и жили бы в постоянных подозрениях...

Кара прервала его:

– Так куда мы сейчас?

– В Рим. Я заказал билеты на самолет до Майами. Вылет завтра. Ты отдохнешь пару дней дома, а потом вернешься к работе.

Кара откинулась на сиденье и закрыла глаза. Она загнала воспоминания в самый дальний уголок сознания, чтобы они не тревожили ее, пока она не будет готова вспоминать.

Шесть недель спустя

Сжимая в руке последние номера конкурирующих изданий, Кара вошла в свой офис, кивнув секретарше. Прикрыв за собой дверь, она устало опустилась в кресло и разложила журналы на столе. С обложек лучезарно улыбался Доминик Домейни. На одной из них, он был сфотографирован с юной голливудской старлеткой, буквально повисшей на его руке. Другая, изображала его в паре с известной итальянской моделью. На каждом снимке Доминик с обожанием смотрел на спутницу. Каре было до боли знакомо это выражение его лица.

Он обаятельно улыбался, так что от уголков глаз разбегались веселые морщинки, и все же... Кара заметила в его глазах какое-то новое, странное выражение. Словно легкая тень легла на лицо. Как будто он старался выглядеть беспечным и довольным, но не мог полностью скрыть скуку.

«Ну, как можно увидеть все это на фотографии? – одернула себя девушка. – Нелепо обманываться».

Кара углубилась в статьи. Журнал «Стар» приписывал Домейни страстное желание сочетаться браком с темноволосой моделью. «Инкуайрер» заверял, что его сердце пленила длинноногая старлетка, и на сей раз Доминику не выпутаться из сетей.

Оба издания сообщали, что мистер Домейни исчез на пару недель, чтобы вернуться в общество с новыми силами, покоряя прекрасных женщин. Его спутницы на фотографиях стали первыми подвигами на этом поприще. Кара закрыла глаза. Она представила себя в объятиях Доминика. Когда они расставались, он утверждал, что влюбился в нее. Кара горько усмехнулась. Что ж, его любви хватило весьма не надолго!

– Сделать тебе кофе?

Кара подняла глаза и увидела в дверном проеме чернокожую секретаршу.

– Спасибо, Киша, – улыбнулась девушка. – Ты всегда знаешь, как поднять мне настроение.

Киша, вышла и скоро вернулась с горячим кофе. Она внимательно посмотрела на Кару, и от ее взгляда не укрылась бледность, ставшая спутницей Кары в последние дни.

– Как ты себя чувствуешь? Ты сама не своя с момента возвращения.

Теперь, уже все коллеги Кары знали о ее разрыве с Гилом и старались избегать этой темы, боясь ее расстроить.

Кара отпила из чашки большой глоток и почувствовала, как сжался желудок. Она зажала рот рукой в надежде, что приступ тошноты пройдет.

– Ты не заболела? – участливо спросила секретарша. – Сегодня, что-то совсем бледная. Я могу отменить все встречи. Тебе явно нужна консультация врача.

– Со мной все в порядке, Киша, спасибо. Сейчас пройдет, не волнуйся. – И Кара сделала еще один осторожный глоток. На сей раз, желудок не протестовал.

– Ты завтракала?

– Я... вообще-то нет.

– Салли принесла сегодня пирожных с джемом. Хочешь, я попрошу для тебя парочку?

Кара сглотнула и сделала глубокий вдох:

– Пожалуй, не стоит. А крекеров нет? Думаю, мой организм не будет ничего иметь против крекеров.

Киша, помолчала немного, догадавшись, в чем дело.

– Схожу, посмотрю.

Кара снова уставилась на глянцевые обложки с изображением Доминика. Она и не представляла, что его новые романы будут так задевать ее. Почему-то это казалось предательством.

Кара задумалась. Она не принимала таблеток весь тот период. Ей так хотелось забеременеть во время медового месяца, что она просто забыла о них, а когда наткнулась на упаковку, перебирая чемодан перед отъездом с виллы, было уже поздно что-то менять. Она хотела предупредить Доминика, но не стала. Ей казалось, что забеременеть так скоро она не сможет.

Кара положила руку на живот. Он еще плоский, но так будет недолго. Скоро у нее появится ребенок. Когда случилась задержка, Кара сделала тест, и тот дал положительный результат. Даже если у нее оставались сомнения, утренние недомогания рассеяли их.

Киша, принесла коробку с содовыми крекерами.

– Тори поделилась. Она на втором месяце и говорит, что только эти печенья спасают ее по утрам... – Киша, озабоченно взглянула на Кару: – Ты ждешь ребенка?

Кара съела два крекера. Скрывать правду не было смысла – все равно она откроется через пару месяцев.

– Да. И тест подтвердил.

– Ты счастлива?

Была ли она счастлива, что станет матерью-одиночкой? Кара еще не задавала себе этот вопрос. Она хотела дождаться того момента, когда радость от сознания растущей внутри жизни захватит ее целиком. В современном мире никто не станет осуждать женщину, решившую растить ребенка без отца.

И странно: внезапно на Кару нахлынул такой поток чувств, что она чуть не задохнулась. Счастлива ли она? Господи, да она вне себя от восторга!

– Знаешь, Киша, – улыбка озарила ее бледное лицо, – я безумно счастлива. Правда, я думала, что рожу ребенка в браке, но это не омрачает моей радости.

– А Гил знает? Я в курсе, что вы расстались как-то неудачно. Но мне кажется, он должен знать, что скоро станет отцом.

Кара снова бросила быстрый взгляд на обложки. Какой Доминик на них красивый! На обеих фотографиях он казался увлеченным своими спутницами. А быть может, даже любовницами. Возможно, именно сейчас он снова исполняет женские фантазии, только уже не ее. Кара вздохнула и отбросила грустные мысли.

– Отец ребенка не Гил.

Глаза Киши, расширились от удивления.

– Неужели... о, прости, я не хотела влезать не в свое дело. Тебе ничего не нужно принести?

– Нет. Чуть позже я позову тебя, чтобы надиктовать текст. – И она снова вернулась взглядом к журналам – они притягивали ее словно магнит.

– У тебя последние номера? – заинтересовалась секретарша, подходя сзади и заглядывая Каре через плечо. – Да это же Доминик Домейни! Вот, я понимаю, мужчина! Настоящий красавчик. Говорят, у него был роман с принцессой Дианой!

– Я бы не слишком этому верила, Киша. Ты же знаешь, что папарацци, склонны преувеличивать. Возможно, Домейни совсем другой, не такой, как его представляет публика.

– Ха! Это также вероятно, как то, что я не черная! – Киша, выпятила свои полные губы. – Ну да ладно, мне надо возвращаться к делам. Если я тебе понадоблюсь, вызовешь меня. – Она помедлила у двери. – Для тебя это, наверное, нелегкое решение. Но ты всегда можешь передумать, еще есть время.