Золушка и Дракон - Ольга Ларгуз

Ливия с подносом, заставленным едой, и Эмер вошли одновременно.

— Тара… — встревоженный внимательный взгляд темных глаз быстро отметил покрасневшие от слез глаза и бледное лицо. — Ты так меня напугала. Пожалуйста, поешь, я волнуюсь.

Служанка поставила поднос на специальный низкий столик и, следуя жесту хозяина, вместе с лекарем вышла из спальни. Есть не хотелось, даже сама мысль о еде была неприятна, но Тара видела беспокойство мужа, поэтому пришлось приложить усилие и съесть несколько ложек вкусного супа. Шмыгнув носом, она поняла, что опять плачет: слезы бесконтрольно текли из глаз, стекали по щекам, капали на постель.

— Я наелась, спасибо, — злясь на саму себя за беспомощное состояние, женщина резко отодвинула еду, схватила платок, лежащий на тумбочке, и приложила к глазам. — Пожалуйста, Эмер, не смотри на меня так… У тебя всегда много работы, а я отвлекаю…

Вместо ответа мужчина взял поднос, вынес его в коридор и моментально вернулся. За часы ожидания он умер несколько раз, вспоминая сцену в лесу, тот жуткий крик, наполненный болью любимой женщины. Страх, что произошедшее событие может отразиться на здоровье жены и неродившегося ребенка, наполнял Дракона ощущением полной беспомощности и бесконечной слабости.

— У меня есть только ты, вернее — вы, — Эмер сел на край кровати и положил руку на живот жены, — все остальное не имеет значения.

Чувствуя, что Тара притягивает его к себе, он лег рядом. В объятиях Дракона, нежных, сильных и теплых, женщина расслабилась, но от этого слезы потекли еще сильнее, образуя на рукаве зеленой мужской рубашки мокрое пятно.

— Пожалуйста, уйди, — выдохнула она через какое-то время. — Мне надо прийти в себя, но, когда ты близко, я не могу этого сделать.

Эмер в нерешительности замешкался, тогда женщина села на постели, а затем спустила ноги на пол: — Пойду в библиотеку, почитаю.

Удивленный, шокированный и обиженный взгляд мужа сверлил спину, пока Тара не вышла из спальни, столкнувшись в коридоре со служанкой. Это было странное состояние: картинка перед глазами слегка расплывалась, а земля покачивалась, но это не помешало дойти до библиотеки и даже найти на полке недочитанную книгу, но вот с закладкой пришлось повозиться: непослушные пальцы никак не могли ухватить тонкое расписное перо. Она не заметила слуг, которые расступались и кланялись при ее появлении, лишь двигалась к поставленной цели. Ливия тенью следовала за госпожой, не отставая ни на шаг. Оставшись в одиночестве, Лорд тяжело вздохнул, встал с постели и подошел к окну. Лекарь сказал, что горе по-разному действует на людей: кто — то громко плачет, другой замыкается в себе и молчит, но поведение его жены пугало и настораживало.

— Что происходит, как я могу помочь ей и защитить нашего ребенка?

Эмер пытался работать в кабинете, изучал отчеты советников и деловую почту, но его мысли постоянно возвращались к одной — единственной теме, рядом с которой меркло все остальное. Устав от бесполезной траты времени, он раздраженно отодвинул бумаги в сторону и в отчаянии запустил руки в темную шевелюру. В дверь аккуратно поскреблись: Говард пришел с докладом о том, что состояние госпожи не изменилось в худшую сторону и вновь призвал Лорда к терпению.

— Ливия постоянно находится рядом с миледи, не спускает с нее глаз. Все будет хорошо, просто дайте время…

Поздно вечером, когда Эмер открыл дверь спальни, Тара уже спала. Ее платье было аккуратно расправлено на специальной вешалке, а волосы, которые она обычно обирала в косу перед сном, сейчас огненными всполохами разлетелись по подушке. Стараясь не беспокоить чуткий и тревожный сон любимой, мужчина разделся и лег рядом. Она услышала, а может почувствовала Дракона рядом с собой, потому что сначала ее рука оказалась на его локте, потом переместилась на плечо, скользнула на живот. Не просыпаясь, она уткнулась лбом ему в руку и закинула ногу, как будто заявляя свои права. Сердце мужчины совершило прыжок, пару раз перевернулось в воздухе и напрочь сбилось с ритма — прикосновения женщины были очень провокационными, его тело запустило мощную реакцию и требовало продолжения, но…

— Не сейчас… — стиснув зубы, он поднял маленькую, но такую горячую ладонь с живота к груди, пытаясь справиться с волной желания. Влажные дорожки от слез на щеке женщины быстро переключили внимание Эмера: крепкая рука обняла Тару, образуя защитный кокон, даря тепло и покой. Она спала беспокойно, временами вздрагивая, порываясь куда — то бежать, несколько раз громко звала дриаду. В эти моменты Дракон гладил жену по рыжим волосам и тихо шептал ласковые слова. Она затихала и вновь погружалась в тревожные сновидения.

Утро нового дня застало мужчину врасплох: на большой кровати он был один. Сархан, стоявший у двери, сообщил господину, что миледи вышла из комнаты почти час назад и вместе с Ливией отправилась в больницу.

— Госпожа обязательно просила повторить, что здорова и хорошо себя чувствует. Не хочет отвлекать вас от дел. Ливия постоянно будет рядом с ней.

Лекарь сообщил Лорду, что состояние его супруги становится лучше, но настроение мужчины от этого не изменилось: между супругами как будто пробежали все черные кошки мира, отталкивая Драконов друг от друга.

— Только во сне Тара обнимает и прижимается ко мне, но днем старается держаться как можно дальше.

Словно в подтверждение этих слов, они встретились лишь поздно вечером в спальне: жена не пришла на завтрак, проигнорировала обед и ужин в доме, но Ливия доложила в записке, что госпожа кушала вместе с целительницами в больнице. Ночь и следующий день вновь повторились, внося в душу мужчины панику и тревогу: он всю ночь ловил и гасил кошмары Тары и лишь под утро забывался коротким сном. Она, пользуясь моментом, исчезала из постели, из комнаты, из дома. Пропадала из поля его зрения, стараясь уйти как можно дальше — на окраину Карфакса, туда, где размещалась больница.

Вечер был тихим и теплым, обещая ласковую спокойную ночь. Небо уже окрашивалось нежными цветами заката, ночные птицы приняли эстафету от дневных собратьев, когда подковы Смерча высекли несколько искр из брусчатки у красного дома для больных. Лорд закрепил повод на специальной перекладине и посмотрел на стену: на фоне вечернего неба фигура женщины выглядела особенно хрупкой.

— Опять она там, — вздохнул Эмер, поднимаясь по лестнице. Это место хранило в себе много воспоминаний: ночь, которую Тара провела в объятиях Дракона, их разговор и спор, вызванные защитным амулетом. Шаг за шагом он приближался к любимой женщине, не зная, что ждет