Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

Увидев нас, служанка пару секунд помешкала, а потом как-то подозрительно спокойно спросила:

— Сон Ганс? Сона Иллитрина?

— Да, они самые, — улыбнулся ей я. — Ласла у вас?

— Да… да, господин, — поклонилась она, и вода в графине колыхнулась, чуть не перелившись через край.

— Отведешь нас к ней? — попросил я уверенно.

Что-то прикинув в голове, девушка снова поклонилась, все же расплескав воду, и велела нам следовать за ней. Мы тяжело вздохнули и пошли следом — медленно, насколько я вообще мог передвигаться на костылях.

Замок королевской семьи лаванд оказался неожиданно ярким. Все окна были витражными, пол покрывала разноцветная мозаика а на стенах висело огромное количество миниатюр в крошечных тонких рамках. Ковров почти не имелось, по коридорам гулял сквозняк, но главное — в каждом помещении пахло по своему. Этот запах, выползающий из комнат в коридор, менялся с каждым моим шагом, перетекая из одного тона в другой. Вот роза, вот мята, вот ваниль и апельсин, вот еще какие-то цветы, лаванда, кофе, даже запахи грозы и моря плавали в воздухе. Когда мы дошли до покоев Ласлы у меня совсем нюх отбило.

Служанка оставила нас у совершенно обычной деревянной двери, поклонилась и ушла. Я повернулся к Кае.

— Подождешь меня здесь? — спросил я.

— Да, конечно, — улыбнулась она. — Иди, мне не к чему слушать ваши личные разговоры.

Я поцеловал ее в щеку, не удержавшись, и постучал. Почти сразу же раздалось короткое и четкое Ласлово «войдите»! Я толкнул дверь и, с трудом перевалившись через порог, увидел, что сестра стоит у окна ко мне спиной. За ней по полу стелился шлейф золотистого платья — без всяких узоров и вышивок. Волосы оказались распущены и стекали по спине волнистой занавесью.

— По какому делу? — спросила она строго.

— По личному, — весело заявил ей я.

Ласла обернулась. Глаза ее распахнулись, пухлые губы слегка приоткрылись. Такой удивленной, но одновременно с тем счастливой, я ее в жизни не видел.

— Я… — сестра попыталась что-то из себя выдавить, но вместо этого развернулась целиком и, подойдя ко мне, сгребла в объятия. — Боги, как я волновалась.

Костыли, выскользнув у меня из рук, повалились на пол, и я обнял ее в ответ. Какое-то время мы так и стояли обнявшись и ничего друг другу не говоря. А потом Ласла отстранилась, придержав меня за плечи и обиженно спросила:

— Да как вы могли все сбежать от меня в такой момент!?

— А как ты могла попытаться выпроводить нас? — парировал я, но тут же сник. — Прости… тогда этот побег казался мне такой хорошей идеей, но сейчас…

— Не стоит, — покачала головой Ласла, улыбнувшись мне как-то особенно радостно. — Послушай… конечно вы поступили глупо. И ты, и Эллиот, и Лука… и еще некоторые мои приближенные. Знаешь, это было так ужасно. Сначала мой рыцарь сбежал, прихватив с собой мою маску. Потом я не дождалась Луку, которая должна была вечером зайти ко мне на разговор. Потом посреди ночи меня разбудили вестью о том, что Гречи нагло влетели на территорию Вадгарда, домчались, использую ускорение реки ветров, до самого пригорода Фрита, и кинулись в атаку. Мало этого — когда я кинулась в первой попавшейся маске отдавать распоряжения своим людям — я вдруг поняла, что людей-то и нет. Одна Джус со мной и осталось. Ну и добил меня твой побег.

— Бедные гречи, — невесело улыбнулся я. — Я представляю как им от тебя такой злой досталось.

— Да, зришь в корень, — как-то рассеянно кивнула королева, тут же погрузившись в свои мысли.

— Ты мне объясни, — со вздохом спросил я, — а то я так и не понял толком… какую именно ошибку ты должна была исправить чтобы избавиться от проклятья?

— А, это, — Ласла закусила губу и, помявшись, неуверенно рассказа. — Когда-то я, точно так же как тебя, отослала Эрика. И он, точно так же как и ты, сбежал. И тогда, точно так же как и в этот раз, началось небольшое восстание во Фрите. Но в тот раз я подавила восстание и не кинулась в погоню за своим другом. Я просто… — она опустила глаза, — во мне все кричало, требовало догнать его, вернуть, извиниться. Я ведь понимала, что поступила с ним очень жестоко, очень эгоистично. Понимала, что он нужен мне. Но я так и не нашла в себе силы, чтобы даже попытаться его найти. Мне было очень плохо, но я… я просто сделала вид, что мне все равно. Через какое-то время он сам вернулся… Он пришел, и я тут же отправила его на север, сделав вид, что ничего не произошло. Маг больше не сопротивлялся, только выглядел очень расстроенным, долго меня этим попрекал. Потому, когда я проснулась утром после того, как мы отбили атаку гречей… то я поклялась себе, что разыщу вас всех. И тебя, и Луку, и Эллиота, и остальных сбежавших.

— И нашла? — улыбнулась я.

— Да, всех кроме тебя, — с запоздалым ужасом заявила Ласла. — Тебя не было у Конкори. Я думала, что надо было просто подождать… но я прождала почти неделю и страшно перепугалась. Вот, приехала сюда чтобы удостовериться в том, что твоя подружка, Оди Лиа Гот, тебя не прячет. Прикрыли свой отъезд желанием оплатить до конца кредит… в общем-то Вадгард больше ничего Конкори не должен твоими стараниями. Но когда я приехала тебя здесь ну было. Где ты шатался все это время?

— Не поверишь, — сказал ей я с хитрой улыбкой. — Но давай все же сядем, долго рассказывать.

Ласла помогла мне добраться до большой, мягкой постели, усадила и внимательно выслушала рассказ и о побеге, и о путешествии с королем пиратов и об Эрике. Последнее ее совсем расстроило.

— Придурок, — закусив заусенец, сказала она. — Ругает Ганса за то, что он — торопыга, а сам… сам отдал все, чтобы решить проблему, на решение которой просто требовалось время. Времени у меня еще много, а вот друг был в то время всего один…

— Ну, зато маски я нигде не вижу, — улыбнулся ей я. — Во всем есть свои плюсы.

Ласла как-то странно смутилась и заявила:

— Да, я больше не страшная драконша. И… мда, бедный Эллиот.

— Что, ему пришлось отдуваться за все четыре года, что ты отказывала себе