Порочный круг - Розмари Роджерс

Безусловно, Дэвид сознавал, что когда-нибудь придется обзавестись семьей. Так было принято в его кругу, и, конечно, женитьба поможет ему в дальнейшей карьере и создании имиджа человека порядочного и респектабельного. Удачно женившись, он быстрее достигнет намеченных целей. Но спутницу жизни он станет выбирать тщательно, руководствуясь исключительно мозгами, а вовсе не теми причиндалами, что находятся в штанах. Самое главное — найти подходящую супругу. Хорошо воспитанную, неглупую, но не из тех, кто чересчур умничает. Не слишком проницательную или умудренную опытом, потому что ей придется делить его с другими, — он ни за что не откажется от своих привычек.

С трудом пробираясь в потоке машин, Дэвид поймал себя на том, что снова думает об Ив. В глубине души он был рад, что подвернулся повод рассориться с ней. Ведь с самой первой встречи он просто помешался на Ив, не мог без нее жить и с ужасом обнаружил, что тщательно продуманные планы почему-то больше не кажутся такими уж насущно важными.

Дэвид вспомнил, как в ту ночь они слились в одно целое и кончили вместе в некоем счастливом самозабвении, заставшем врасплох обоих. Он то и дело открывал в Ив совершенно неожиданные черты и чувствовал себя при этом единственным мужчиной, которому удалось проникнуть за старательно созданный имидж пресыщенной, умудренной жизнью, самодостаточной карьеристки, которым она отгородилась от всего мира. В постели Ив была такой же необузданной и чувственной, как он сам, и все же проглядывали в ней теплота, открытость и дружелюбие, свойственные жителям провинциальных городков, где все друг друга знают, а к подобным женщинам Дэвид не привык. И несмотря на то что Ив многое повидала в жизни, работая моделью, и, очевидно, не страдала от отсутствия опыта, в ней была какая-то чистота, или по крайней мере так казалось Дэвиду.

Без косметики, с волосами, собранными в хвостик, в джинсах и старой рубашке она ничем не отличалась от соседских девчонок, на которых у Дэвида вечно не хватало времени, — становилась добродушной, все понимающей подружкой, «жилеткой», в которую можно поплакаться, чутко улавливающей все его настроения. Но на светских приемах с коктейлями, куда иногда брал ее Дэвид, Ив мгновенно превращалась в недоступную красавицу, с которой каждый был бы горд просто постоять рядом. Из всех знакомых ему женщин она лучше всего приспосабливалась к его желаниям и потребностям.

И хотя он с самого начала как бы между делом предупредил Ив, что еще не готов остепениться или стать отцом семейства, все же постепенно привык считать ее своей собственностью, особенно когда увидел, как привязалась к ней Лайза. Дэвид даже позволил себе помечтать о том, какая чудесная мать из нее получилась бы. Вот почему он не применил к ней свою обычную тактику обольщения.

Когда Глория передала ему приглашение Говарда Хансена на вечеринку (обычно этой чести удостаивались только доверенные люди босса), Дэвид сначала отговорился тем, что собирается провести уик-энд со своей девушкой. Но гостеприимный Говард настоял на том, чтобы он привез с собой Ив.

«Черт возьми, — вдруг подумал Дэвид, поспешно затормозив на красный свет, — почему мне взбрело в голову согласиться?» Однако трезвый внутренний голос нашептывал, что все случившееся к лучшему. Он слишком глубоко увяз на сей раз и позволил себе жить велениями сердца. Теперь он примет Ив назад на своих условиях, отнюдь не включавших женитьбу. Он постарается донести это до ее сознания. В конце концов кому понравится, когда другой трахает твою девушку? Пусть в этом нет ее вины, но неужели она вообразила, что он сможет забыть?!

Но было кое-что еще, что никак не стиралось из памяти. Как-то Ив сказала, что ее сексуальность — просто неотъемлемая часть имиджа, который она с таким трудом создала, но видит Бог, в постели (да и в любом другом подходящем месте) он сотни раз с восторгом убеждался, что она беззастенчиво кривит душой.

Да, она нужна ему исключительно в постели. Как любовница она восхитительна, но как жена… Сумеет ли Дэвид внушить ей, что отныне все будет по-другому? Пока они были вместе, он не встречался с другими женщинами, но теперь не желал упускать подвернувшихся возможностей. У них нет друг на друга никаких прав. Надо попробовать жить без всяких взаимных обязательств и посмотреть, что из этого выйдет. Она, вне всякого сомнения, пойдет ему навстречу. Шестое чувство, телепатия — называйте это как угодно — подсказывало Дэвиду, что Ив согласится на все.

Он хотел ее. Безумно. И когда она села к нему в машину, понял, что больше не может ждать. Запах ее духов, тепло тела, улыбка сводили его с ума, туманили голову вожделением. Впрочем, она тоже сгорала от нетерпения. Слишком хорошо они знали друг друга и сейчас изнемогали от желания. Зачем же вести пустые разговоры, произносить бессмысленные слова, притворяться и делать вид, что на уме у тебя совсем другое?

Он включил зажигание и поехал, сам не зная куда, чувствуя прикосновение ее пальцев сначала к руке, а потом к бедру. Квартира Ив исключается — Марти сегодня дома и, возможно, со Стеллой. Им не хотелось никого видеть. Его жилище на другом конце города. Очень долго добираться.

Вскоре они остановились у мотеля на Ломбард-стрит, первого, который попался на пути. Дэвид поспешно зарегистрировался и, как только они оказались в комнате, схватив Ив, опрокинул ее на пол и задрал ей юбку до самой талии. Никаких любовных игр, только шепот, грубый, хриплый, больше похожий на приказы, описывающий со всеми подробностями, что он хочет с ней сделать.

Содрогаясь в конвульсиях оргазма, Дэвид, почти теряя сознание, пробормотал:

— Господи, ты настоящая похотливая сучка, Ив. Ведьма!

Она же твердила одно:

— Я люблю тебя, Дэвид. Люблю!