Обольстительница - Хизер Грэм

– Капитан «Монмарта» в курсе?

– Да, капитану Менкину сообщили. Он встретится с вами здесь около полуночи, и вы сможете спланировать совместные боевые действия. Ваша «Леди Варина» намного уступает обоим кораблям по величине, однако, как я слышал, это прекрасно компенсируется ее скоростью и маневренностью. Менкин очень обрадовался, узнав, что вы здесь.

– Только бы удалось скрыть от янки, что мы собираемся устроить засаду, – пробормотал Майкл.

– Янки ни о чем не узнают. – Глаза Джулио холодно сверкнули. Возможно, в эту минуту он вспомнил Мехико. – Янки ничего не будут знать. Амиго, как насчет того особого рома, которым хвастается ваш родственник?

– Да, действительно…

Джером встал. Он сейчас и сам не отказался бы от убойного рома, который Джей бережет для особых случаев. Прошлой ночью он спал на палубе. Не хотелось идти в каюту ни к Дэвиду Стюарту, ни к кому-либо из моряков. Все его мышцы затекли и болели, он очень устал и мечтал лишь о том, чтобы как следует выспаться, ведь предстоит трудный день.

– Найду Джея и попрошу, чтобы нам выдали бутылку самого лучшего рома. – Он вышел, оставив Майкла с Джулио Гарсиа и его телохранителями.

В команде Маккензи все считали, что Райза спит. Все знали о неудачной попытке бегства и думали, что она совсем выдохлась.

Эти люди проявили к ней столько заботы и доброты! Даже раздобыли ванну, так что она смогла помыться, правда, все время при этом беспокоясь. Но никто к ней не вошел, никто не потревожил. С Райзой обращались как с почетной гостьей. В ее комнате разожгли камин, прислали душистое мыло и мягкое пушистое полотенце.

Маккензи, невзирая на свои недавние жесткие речи, по-видимому, все-таки потратился на одежду для нее. Ей в номер доставили коробку, в которой лежали красивое голубое платье, сорочка и нижнее белье.

Но Райза твердо решила, что не прикоснется к этим вещам. После ванны она снова надела рубашку и бриджи Джеремии.

Час назад юнга принес ей на подносе обед с вином. Райза сделала вид, что опьянела. После этого забралась в постель и притворилась, что заснула.

Время от времени за ее дверью слышался чей-то шепот. Кое-какие слова ей удалось разобрать. Ей, как ни странно, сочувствовали. Бедняжка, она так устала… Женщинам несладко приходится из-за этой войны… С другой стороны, сейчас столько шпионок среди женщин… С ними, конечно, надо обращаться бережно, но глаз все-таки не спускать…

Она ждала, казалось, целую вечность. Наконец в таверне все стихло. Если бежать, то именно сейчас. Она осторожно поднялась. Приоткрыла дверь. Нет, ее не оставили одну. В углу на стуле дремал Джеремия. Она бесшумно обошла его. Осторожно двинулась по коридору, не забывая о том, что люди Маккензи где-нибудь поблизости. Миновала дверь, за которой слышался журчащий женский смех и приглушенный мужской голос. Ах да, вспомнила Райза, покраснев, она же в порту. Конечно, матросы нашли себе женщин.

Откуда-то снизу доносились негромкие мужские голоса. Может быть, идут переговоры? Райза посмотрела с лестничной площадки вниз, но никого не увидела. В стороне от основного зала располагался отдельный номер, уютно обставленный, с тяжелым дубовым столом и стульями с дорогой обивкой. Райза увидела худощавого черноволосого элегантно одетого человека, сидевшего к ней лицом. За ним на почтительном расстоянии стояли еще двое мужчин. Он с кем-то разговаривал. С Маккензи? Райза подошла поближе и поняла, что Джерома там нет.

Она почувствовала невыразимое облегчение. Можно попросить помощи у этих людей, вероятно, испанцев, вместо того чтобы снова бросаться в море.

Черноволосый мужчина внезапно повысил голос, глядя туда, где стояла она. Райза решила, что он ее заметил. Не стоит больше ждать. Она бросилась в комнату и, схватив за руку человека, стоявшего к ней ближе всех, обратилась к нему:

– Сэр! Я прошу у вас помощи. Вы выглядите честным и порядочным человеком. Я оказалась в отчаянном положении. Банда мятежников держит меня в плену. Мне необходимо попасть к своим. Умоляю вас, помогите! Мой отец щедро вас отблагодарит.

– Райза! – неожиданно услышала она и обернулась. Собеседником незнакомца оказался Майкл… Сердце ее упало.

Он в тревоге вскочил на ноги.

– А… вы уже здесь! – прозвучал низкий хрипловатый голос.

У двери стоял Джером Маккензи! Подняв брови, взглянул на остолбеневшего Майкла и в следующее мгновение подошел к Райзе, крепко обхватил ее за талию, притянул к себе.

– Сейчас же отпустите меня!

– Если бы я мог… Если бы я только мог это сделать…

Казалось, он совсем потерял голову. Говорил едва слышно, почти с нежностью. Потом обернулся к элегантному черноволосому человеку и заговорил по-испански. Райза не поняла ни слова.

Брови черноволосого взлетели вверх. Он окинул Райзу с головы до ног оценивающим взглядом.

– Не слушайте его, что бы он вам ни говорил! – воскликнула Райза. – Умоляю вас, вы должны мне помочь.

Джером Маккензи снова прервал ее длинной тирадой на испанском языке. Незнакомец рассмеялся. Задал Джерому какой-то вопрос. Тот расхохотался в ответ. Черноволосый опять изучающе посмотрел на Райзу. Ей стало не по себе.

– О чем вы говорите?

Джером не обратил внимания на ее слова. Поднял ее на руки и так круто повернул, что у нее голова закружилась. Испугавшись, что упадет, Райза инстинктивно обхватила его руками. Поняла свою ошибку, попыталась вырваться. Слишком поздно. Он уже вышел из номера и направился к лестнице.

– Кто этот человек и что вы ему сказали?

– Его зовут Джулио Гарсия. Он ненавидит янки. Я сказал ему, что вы маленькая потаскушка, которая пытается сбежать, получив приличные деньги за обещанную мне ночь. Естественно, он заинтересовался и намерен просить вас оказать ему некую услугу в какой-нибудь другой день.

У Райзы дыхание перехватило. К этому времени они добрались до ее комнаты. Он ногой открыл дверь, вошел, захлопнул дверь ударом ноги и поставил Райзу на пол.

Она смотрела на него, вне себя от ярости и унижения.

– Мерзавец! Подонок!

Она изо всех сил ударила его по лицу. Он даже не поморщился. Лишь наклонил голову. Глаза сверкали холодной яростью. В то же время от него, казалось, исходил жар. От стальных мышц словно искры отлетали, обдавая Райзу огнем. Непроизвольно она отступила.

– На этот раз я вам так и быть прощу пощечину, мисс Мэджи.

– На этот раз!.. Вы учинили насилие, вы… дикарь… мятежник!

Она была на грани истерики. Ее охватило странное беспокойство, причину которого она не могла понять.

– На этот раз! Да как вы смеете! Клянусь, вы сгниете в тюрьме! Я добьюсь, чтобы вас повесили! Я…

– Еще одна попытка избавиться от моего гостеприимства южанина, мисс Мэджи, и – помоги мне Бог – я отплачу вам за все. Надеюсь, мы друг друга поняли?