Милая, хорошая - Татьяна Тронина

– Да, бросила… – легко согласилась она. – Надоело. А ты что делаешь?

– Я в одной фирме работаю, спец по рекламе… – рассеянно ответил он. – Ты одна?

– Да.

– Развелась, значит… – глубокомысленно констатировал он.

– Ну, официально еще нет. Надо как-нибудь заняться этим в свободное время. Чай будешь?

– Кофе, если можно.

– У меня только растворимый.

– Ничего, пусть будет растворимый…

Он прошел за ней на кухню, огляделся.

– Ничего так квартирка… Съемная? Сколько за нее платишь?

– Секрет фирмы… – отмахнулась Алена, расставляя чашки. – Как там Калерия Львовна? Работает? Сколько ей сейчас, я забыла?..

– У мамы все в порядке, до сих пор работает, хотя могла бы уйти на пенсию. Ей пятьдесят семь. Ты бы зашла к нам, что ли…

От неожиданности Алена едва не выронила банку с кофе.

– Что?

– Я говорю – зашла бы к нам, что ли. Мама о тебе вспоминала…

Алена села напротив Бориса, посмотрела в его ясные синие глаза.

– Калерия Львовна обо мне вспоминала? – медленно повторила она. – Господи, Боря, не смеши меня!

– Я серьезно! – Борис даже как будто немного обиделся. – Она, знаешь ли, тут недавно заявила, что ты была единственной женщиной, которую она хотела бы видеть своей невесткой.

Алена сначала онемела на некоторое время, а потом принялась безудержно хохотать. Калерия Львовна хотела видеть ее своей невесткой!..

– Алена… – Борис взял ее за руку. – Алена, перестань. Все в этом мире меняется… Мама тоже изменилась.

– А ты? – неожиданно спросила Алена, с трудом успокоившись.

– Я тоже изменился, – тихо произнес Борис, не выпуская ее руки. – Правда – так и не смог забыть тебя. Знаешь, я тоже думаю, что ты – это самое лучшее, что было в моей жизни.

– Потому и пришел? – тоже тихо спросила она.

– Ага. Такой день… – Он поднес ее ладонь к губам, нежно поцеловал. Борис Бугров всегда отличался исключительной нежностью. Когда-то Алена плавилась в его объятиях, точно воск. Или как масло на раскаленной сковородке…

– Боря… – с тоской пробормотала она, не понимая, заплакать ей или снова начать смеяться.

– Молчи, пожалуйста, ничего не говори пока! Я… Господи, если бы ты знала, как я бездарно прожил эти годы, бездарно и глупо… Два раза был женат. Одна – стерва, дрянь, ни стыда, ни совести – ушла к моему другу, Вовке Козлову… Ты ведь помнишь его?

– Немного, – выдавила из себя Алена.

– А вторая, Олеся, поначалу казалась таким ангелом – сама невинность! Мама была от нее в восторге: «Олесенька, профессорская дочка, московская принцесса, ангел, святая, иже херувимы…» – передразнил он с горечью. – Дочку мне родила, тоже Олесей назвали.

– И что?..

– Ангел переродился в демона. Женщина сухая, жесткая, жестокая, властная, не терпящая никаких возражений, иначе – смерть! Вот какой оказалась моя Олеся… С дочерью не дает встречаться – ни мне, ни маме, квартиру пыталась отсудить, но тут уж мама прибегла к своим связям, ничего у женушки не получилось. Теперь мы с ней судимся, чтобы хоть иногда была возможность видеть малышку!

– Ужасно…

Борис залпом выпил кофе.

– Я дорого заплатил за свою ошибку, – продолжил он с новыми силами. – Расстался с тобой, боясь каких-то жалких трудностей… Если бы можно было вернуть все назад! А ты была так бескорыстна, чиста, отважна… Ты бы никогда со мной не поступила подобным образом!

– Что уж теперь вспоминать! – Алена попыталась улыбнуться. История Бориса ее взволновала. – Сколько девочке?

– Четыре годика… Она меня уже тоже ненавидит, понимаешь?..

– Ужасно, – мрачно повторила Алена. – Мне очень жаль тебя, Боря. Тебя и твою дочь.

Борис заморгал быстро-быстро, а потом опять схватил Алену за руку.

– Послушай… Мы ведь можем все исправить, да?.. Ты одна, я тоже один. И мама теперь смотрит на жизнь по-другому! Ты веришь в чудеса? – с подъемом воскликнул он. – Я этим утром проснулся и понял – мне нужна ты. Только ты. Собирайся…

– Куда? – опешила Алена.

– Ко мне, куда же еще! – засмеялся Борис. – Мама ждет, столько всего наготовила…

На Алену напала тоска – ко всему прочему, ей стало жаль и Калерию Львовну, своего давнего недруга.

– Боря… – нахмурилась Алена. – Я… я даже не знаю, что мне делать.

– Господи, ты еще сомневаешься! – Борис вдруг вскочил, обнял ее, принялся лихорадочно целовать – в нос, в глаза, в уши, куда попало – поскольку Алена инстинктивно начала отворачиваться от него. Такого напора она никак не ожидала.

– Боря… – пискнула она, но Борис ее не слышал. Он держал ее крепко, от его губ невозможно было спрятаться.

– Милая… самая хорошая… солнышко…

В этот момент раздалась трель домофона.

– Кто это? – быстро спросил Борис, замерев.

– Не знаю… – Алена наконец вырвалась из его объятий.

– Ты ждешь кого-то?

– Никого я не жду! Симка, может быть, или Костя… – Алена выбежала в коридор и сняла трубку переговорного устройства. Борис незамедлительно последовал за ней. – Кто там?

В трубке гудела объемная тишина.

– Кто? – шепотом спросил Борис.

– Неизвестно! – тоже шепотом ответила Алена. – Наверное, мальчишки балуются… Кто там? – снова громко спросила она.

– Алена, это я, – отозвалась трубка голосом, который тоже невозможно было забыть. – Открой мне, пожалуйста.

Алена машинально нажала на кнопку, открывающую внизу дверь.

– Ну, кто это? – нетерпеливо спросил Борис.

– Алеша… – упавшим голосом произнесла она.

– Алеша?

– Ну да, мой муж… Бывший то есть.

Борис моментально подобрался.

– Что ему надо? – строго спросил он.

– Откуда я знаю! – закричала Алена. – Наверное, насчет развода пришел поговорить… Боря, я тебя прошу – посиди пока на кухне, а? Я с ним быстренько разберусь.

– Понял. Если что, то я…

– Я сама, я сама с ним разберусь! – Алена чуть ли не силой затолкала Бориса обратно на кухню.

Через минуту в дверь вошел Алеша. Они не виделись год, а разговаривали в последний раз весной, уже и не вспомнить, по какому поводу…

– Привет! – сказала Алена, изо всех сил стараясь выглядеть естественно.

– Привет, – тихо ответил муж, почти бывший. Быстро разделся у вешалки, прошел в комнату – в джинсах и свитере, которые Алена помнила еще по прошлой с ним жизни. – Вот ты как, значит, тут живешь… О, старый знакомый! – увидел он рояль. Потом повернулся к Алене.