Её победа - Джулия Тиммон

Тим уже не переживал, что выбрал для нее именно красные розы. В конце концов, она вызывала в нем настоящий фейерверк эмоций, хоть он и не мог сказать точно, как эти эмоции называются… К тому же его спутница была и впрямь достойна такого букета.

Как только они устроились за одним из свободных столиков, их беседа, начатая в парке, возобновилась. Кристин держалась уверенно, разговаривала охотно, много смеялась и шутила. И, казалось, уже не помнила о своем недавнем смущении.

Был теплый летний вечер. Сгущающиеся сумерки обволакивали плечи Кристин прозрачно-синей шалью. Ее глаза в свете зажегшихся ламп сверкали как бриллианты.

Тиму нравилось смотреть на нее. Он не раз ловил себя на мысли, что с удовольствием продлил бы этот вечер на целый год, чтобы вдоволь наглядеться на свою необыкновенную спутницу — женственную, расслабившуюся, смешливую.

— Наверное, это ужасно, когда нет братьев и сестер, — сказала Кристин с сочувствием, когда принесший заказ официант поставил перед ними тарелки и удалился.

— Ты обо мне? — спросил Тим, беря в руки нож и вилку.

Кристин кивнула.

— Если бы у меня не было Марты, я наверняка ощущала бы себя безгранично одинокой, — призналась она.

Тим, отрезавший кусочек мяса по-провански, слегка сощурился и взглянул на собеседницу повнимательнее.

Он и впрямь, будучи ребенком, несмотря на любовь и заботу, которыми окружали его отец и мать, нередко мечтал, чтобы у него появилась сестра или брат, и в те моменты, когда это желание обострялось, чувствовал себя очень одиноким. Сейчас эти ощущения ясно ему вспомнились, и он удивился, откуда это Кристин, понятия не имевшая, что такое быть единственным ребенком в семье, о них узнала.

— В некотором смысле ты права, — произнес он. — Когда у тебя нет сестер и братьев, порой бывает весьма тоскливо. Но все не столь страшно, когда рядом верные друзья и заботливые родители. — Его губы растянулись в улыбке: Тим не любил подолгу жалеть себя и другим этого не позволял.

Кристин кивнула.

— Согласна. У меня тоже хорошие родители. Папа, правда, суховат и чересчур увлечен наукой.

— Наукой? — Тим сдвинул брови. — Никогда бы не подумал, что ты дочь ученого.

— А почему? — Кристин рассмеялась. — Я что, произвожу впечатление человека с ограниченными умственными способностями?

Тим сделал протестующий жест.

— Нет, что ты! Просто чаще всего у людей, занимающихся наукой, дети — или хотя бы один ребенок — идут по их стопам. А ты… — Он развел руками.

Кристин наклонила голову набок, и на ее лице отразилось по-детски невинное и бесхитростное довольство самой собой.

— Мы с Мартой упрямы как ослы. Ни она, ни я не пожелали посвящать себя, подобно папе, психологии. Марта после окончания университета, как я уже сказала, стала художницей, а я согласилась работать инструктором в родном парашютном клубе. — Она повела плечом и отправила в рот кусочек спаржи.

Тим на миг замер.

— Ты училась в университете? — спросил он.

Кристин энергично кивнула.

— И даже благополучно его окончила. А заодно приобрела кучу полезных знаний и немало бесценных друзей. Мы и сейчас время от времени собираемся: устраиваем вечеринки и вспоминаем бурные студенческие годы. — Она довольно улыбнулась и наколола на вилку еще один кусочек спаржи. — Многие из наших ребят люди необыкновенные. А занимаются кто чем, один парень, например, служит в полиции, расследует убийства…

Ее лицо немного напряглось, взгляд задержался на какой-то невидимой точке в пространстве.

Тим задумался, с чем это связано, и почему-то решил, что парень, о котором Кристин упомянула, безответно в нее влюблен. И что его любовь тяготит ее…

— А в каком университете вы учились? — продолжил расспрашивать он немного погодя.

Эта женщина не переставала его удивлять. И ему не надоело бы слушать ее бесконечно, всю историю ее поразительной жизни от самого рождения и до сегодняшнего дня.

— В Джорджтаунском, — ответила Кристин. — Там-то и работает наш папочка. — Ее глаза вдруг превратились в щелочки, а губы наморщились и застыли. Она пристально посмотрела на Тима. — Послушай, я успела выложить о себе чуть ли не все, а о тебе так до сих пор ничего и не знаю. Кроме, пожалуй, того, что ты у родителей один и что в пятнадцать лет, занявшись сноубордом, решил показать им, что любишь независимость.

Тима позабавила ее обличительная речь и рожица, которую она при этом скорчила. Он засмеялся.

— Тебя начинает настораживать мое любопытство?

— Конечно! — комично уперев руки в бока, воскликнула Кристин. — Может, ты шпион? Или грабитель? Или маньяк-убийца? Выведываешь, кто я и что я, а потом подкараулишь удобный момент и… — Она прищелкнула языком, сжала в кулак пальцы правой руки, отставив в сторону большой, и провела им по своей шее.

Тим, смеясь, замахал руками.

— Нет-нет, не волнуйся! Я сейчас же все о себе доложу. А завтра ты свяжешься со своим папой психологом и попросишь его выяснить, находился ли такой-то на излечении в какой-нибудь из психиатрических клиник Федерального округа Колумбия.

— Спасибо за совет, — ответила Кристин, продолжая играть роль потенциальной жертвы. — Непременно им воспользуюсь. Завтра же позвоню папе. Итак?

Тим шутки ради сделал вид, будто не знает, чего она от него ждет.

— Я вся внимание, — многозначительно заявила Кристин.

— А, понял. — Тим быстро поднял руки ладонями вперед, показывая, что сдается. — В общем… А что именно о моей персоне тебе интересно знать?

— Что именно? — Кристин поджала губы, задумываясь. — Ну, например, чем ты увлекаешься, помимо парашютов и сноуборда. С какими общаешься людьми, кем работаешь, где учился или сейчас учишься.

Тим закивал в знак того, что наводящих вопросов достаточно и что теперь он обойдется без них.

— Сноуборд и парашюты далеко не все, чем я увлекаюсь. У меня множество страстей — горы, морские волны, бурные реки.

Шутливое настроение Кристин как рукой сняло.

— Ты занимаешься альпинизмом? — спросила она, глядя на Тима недоуменно и уважительно.

Тот улыбнулся.

— Да. Познать неподражаемую красоту и могущество гор мне помог один удивительный человек по имени Барт Джордан, друг отца, талантливый альпинист-инструктор.

Он охотно рассказал Кристин о своем обучений скалолазанию, о друзьях-альпинистах, об экспедициях, в которых ему посчастливилось принять участие. Она слушала его, чуть приоткрыв рот и затаив дыхание.

— В августе этого года мы с друзьями планируем отправиться в Аргентину, — сообщил Тим. — И покорить Аконкагуа.

— Аконкагуа? — переспросила Кристин, приподнимая темные брови.