Мы не друзья - Ивонн Линдсей

Дилан взглянул в сторону беседующих женщин, и у него болезненно сжалось в груди, когда он увидел огорченное лицо Дженны. Он шагнул в ее сторону, но Шанс положил ему руку на плечо:

– Не надо.

– Она расстроена. Я ей нужен.

– Поверь, мама за ней присмотрит.

Дилан наблюдал, как Дженна снова расслабилась, а вскоре женщины уже чему-то весело смеялись.

– Хочешь еще загусек, дядя Дилан? – спросила Касси, переминаясь за его спиной с ноги на ногу.

– Нет, спасибо, – ответил он, присаживаясь перед ней на корточки. – А не предложишь ли чего-нибудь и нашим дамам?

– Ладно! – радостно согласилась маленькая озорница и побежала исполнять просьбу.

Глядя ей вслед, Дилан гадал, кто у него родится: мальчик или девочка. Будет ли этот малыш однажды играть на этой террасе так же, как и он сам много лет назад?

– Ну и когда ты ее обрюхатил? – отвлек от размышлений голос кузена.

Дилан ощетинился:

– Не твое дело.

– А Сэйдж считает, что и не твое и что она тебя, возможно, водит за нос.

– Сэйдж пусть оставит свои рассуждения при себе. Это мое дело и моя женщина.

Шанс кивнул, удовлетворившись ответом, и поинтересовался:

– Собираешься исполнять отцовские обязанности?

– Приложу к этому все силы.

Кузен, погрустнев, вздохнул:

– Я часто думаю, какой была бы моя жизнь, если бы я вырос со своим настоящим отцом.

Его отец умер, когда мальчику было восемь лет.

– Именно поэтому я собираюсь быть рядом со своим сыном, несмотря ни на что.

– А что думает об этом Дженна?

Дилан глотнул пива и ответил с усмешкой:

– Она приходит в себя после этой новости.

Кузен ущипнул его за руку.

– Молодец. Да разве она тебе откажет, когда ты можешь так много ей предложить!

– В том-то все и дело. Кажется, ей ничего этого не нужно. Она яростно отстаивает свою независимость. Мне нужно убедить ее, что это нормально – разделить бремя воспитания ребенка на двоих.

– Что ж, удачи тебе. По мне, так легче заарканить рассерженного бычка, чем пытаться убедить в чем-нибудь женщину.

– Кстати, – Дилан указал на блюдо с сырым мясом, – собираешься ждать, пока оно само пожарится?

Их беседа перетекла в несерьезное русло, и кузены занялись приготовлением говядины.

Но в душе у Дилана осталась тревога: а что, если Дженна не пустит его в свой мир? Он знал, что может добиться своего с помощью денег и власти, но от этой мысли ему стало не по себе. Нет, она должна прийти к нему по своей воле, а не из чувства долга и не по принуждению.

Уже стемнело, когда Дилан повез Дженну обратно в город. Он думал, что она запросится домой сразу после ужина, но казалось, чем дольше она гостила у Ласситеров, тем меньше ей хотелось уезжать. Может быть, она все же не откажется стать частью его семьи?

– Спасибо за этот вечер. Мне он очень понравился, – тихо поблагодарила Дженна.

– Я рад, что ты согласилась поехать.

– Твои родные такие приятные люди, а Касси такая милая! Мне понравилось, как она забралась после ужина к тебе на колени и уснула.

Дилана тоже умилило трогательное доверие этой девочки. И ему еще больше захотелось стать отцом и укачивать на руках собственное дитя.

– Дети такие замечательные! – поддакнул он.

Подъехав к дому Дженны, он проводил ее до крыльца, подождав, пока она отопрет дверь. Ветерок доносил до него запах ее духов. Розы. Она всегда пользовалась этим парфюмом. Этот цветок напоминал саму Дженну: красивый, но с колючими шипами.

Открыв дверь, она пару секунд помедлила. Ее плечи поднялись и опустились, словно от глубокого вдоха.

– Ты в порядке?

Она повернулась к нему:

– Ты не…

Дженна закусила губу, и Дилан при виде этого ощутил растекшийся по жилам огонь желания.

– Не хочешь зайти чего-нибудь выпить? – закончила она фразу.

«Черт! Еще бы!» – вскричал тоненький голосок в его сознании. Так хотелось, чтобы вечер продолжился! Но Дилан решил, что нужно двигаться не спеша, чтобы не уничтожить возникшую между ними сегодня близость.

– Еще один глоток спиртного – и мне нельзя будет сесть за руль, – мягко сказал он.

Дженна шагнула ближе и положила руку ему на грудь.

– Тогда, наверное, тебе лучше остаться.

От этих слов сердце чуть не выпрыгнуло у Дилана из груди.

– Наверное, – ответил он и обвил рукой ее талию.

Они вместе вошли в дом.

– Я точно не помню, есть ли у меня что-то из крепких напитков. Мне самой можно теперь только вино. Оно подойдет?

Голос Дженны прервался, потому что Дилан взял ее за руку и притянул к себе.

– Мне не нужна выпивка.

– Нет?

– Нет. Я хочу тебя.

– О! – только и успела произнести она, прежде чем Дилан ее поцеловал.

От вкуса этих губ тлевшие в нем угли желания разгорелись в жаркое пламя. Поцелуй его был жадным, требовательным, и Дженна отвечала с такой же страстью.

– Где спальня? – выдохнул Дилан прямо в губы Дженны, не желая оторваться от них даже на секунду.

Она указала в сторону коридора:

– В конце, направо.

Дилан подхватил ее на руки и прижал к себе.

Дженна одной рукой обхватила его за плечи, а другой гладила его щеку, по-прежнему целуя. Добравшись до двери спальни, Дилан открыл ее ногой. Комната была маленькой, большую ее часть занимала кровать из светлого дерева.

Он поставил Дженну на ноги и на секунду отстранился, чтобы зажечь прикроватный светильник.

– На этот раз я хочу тебя видеть, – прорычал Дилан и снял с нее просторную тунику. При виде гладкой, чуть тронутой загаром кожи Дженны у него пересохло во рту и сбилось дыхание. Окинув взглядом шею, плечи и грудь девушки, он прошептал: