Улыбка ангела - Триш Уайли

— Не надейся, что, всучив мне в руки щетку, тебе удастся меня перехитрить. Я не такой дурак. Тебе нужно прилечь.

— Надеюсь, ты хотя бы согласишься с тем, что я сама знаю, что будет для меня лучше? — Колин принялась натирать шею коня с двойным усердием. — Я знаю, почему ты так упорно хочешь от меня избавиться. Признайся, что ты просто боишься подойти к лошади, — поддразнила она.

Он улыбнулся вопреки своему желанию.

— Мадам, вы не правы.

Это была правда. Он не любил лошадей, но и не испытывал к ним страха. Просто они оставляли его равнодушным.

— Тогда вперед.

Эймон не сразу сообразил, что держит в руках щетку, которую она всучила ему. Отступать было уже поздно, и он осторожно коснулся блестящего бока.

— Ну не так же. — Она не выдержала почти сразу. — Ты как будто не на ферме родился. Вот так. — Она накрыла его руку своей маленькой ладонью и почти прислонилась к нему плечом, показывая, как нужно чистить. — Так, теперь ударь щеткой о скребок, чтобы стряхнуть пыль и волосы. Ну не на себя же, а в сторону! Уже лучше. Прижми щетку плотнее, но старайся не делать резких движений, — продолжала она командовать. — Некоторых лошадей это нервирует. Плавно, но сильно.

Эймон окаменел. Ему вдруг пришло в голову, что он может найти другое занятие, которое отвечало бы ее требованию «плавно, но сильно».

— Теперь ты сам, — отпуская руку и отступая от него на шаг назад, сказала Колин. Она вдруг осознала, что ее тело почти трется о его, имитируя более интимный акт. Несмотря на беременность, ее пронзило желание.

Спустя минуту он спросил, едва скрывая смех:

— Ну как, получается? Давай-ка я теперь почищу ему копыта.

— Ах, ты, негодник!— возмутилась Колин. — Ты смеялся надо мной, — набросилась она на него.

— Было немного, — усмехаясь, признался Эймон. — Но ты сама виновата. Надо было сначала спросить, помню ли я, как чистить лошадь. Ты сама за меня все решила.

— А ты мог бы и сказать.

— Мог бы. Но тогда не получил бы столько удовольствия.

— Ну погоди, Эймон Мерфи. Я с тобой за это еще расквитаюсь, — пригрозила она, но испортила эффект, весело расхохотавшись.

— Именно на это я и рассчитывал, — ничуть не смутившись, сказал он, втайне радуясь, что его розыгрыш удался.

Он немного почитал про ложные роды и теперь знал, что это обычно свидетельствует о повышенном кровяном давлении и эклампсии. Что было не очень хорошо. Вот он и попытался заставить ее хоть немного расслабиться. И ему это удалось!

Вообще-то говоря, ему просто нравилось слышать ее легкий смех и видеть ее улыбающееся лицо. В ее присутствии он смеялся чаще, чем за все годы, проведенные в Нью-Йорке.

Неожиданно ее лицо исказила гримаса, и она согнулась чуть ли не пополам.

В одну секунду он уже поддерживал ее за плечи.

— Что с тобой? Опять ложные роды?

— Нет, вряд ли,— наконец выдохнула она. — Я так думала сначала, но теперь...

Эймон похолодел.

— Что теперь?

— Это повторяется весь день.

— Весь день?!

Она кивнула и закрыла глаза, учащенно дыша.

— С каким интервалом?

Боль немного утихла. Колин смогла выпрямиться и даже улыбнулась.

— Примерно каждые десять-пятнадцать минут.