Принц для неудачницы - Анастасия Соловьева

– Так сразу и нечего? – поднял бровь незнакомец.

– Я вам все сказала!

– Простите, я не расслышал.

– Вы все прекрасно расслышали! – гневно заявила Ксения. – И больше мне нечего добавить!

– Странный какой-то разговор у нас с вами получается… – нахмурился кредитор. – Анна Викторовна меня заверила, что вы, Ксения…

– А при чем тут Анна Викторовна?!. Вы через нее собираетесь теперь действовать?!

– А что тут предосудительного? – удивился незнакомец. – Она ваша начальница. Через кого же мне еще действовать? Через охрану?

– С вас станется, господа! Но только зачем же вплетать посторонних людей, а?!

– Что значит вплетать? – Кредитор поставил портфель и начальственно прошелся по кабинету.

Он больше похож на банкира, чем на бандита, решила Ксения.

– Вы работаете в редакции, – продолжал он. – Так?

– То-то и оно! В редакции! А не в банке! И не в казино!

– Я это вижу, – согласился банкир.

– А раз видите… Тогда на что вы рассчитываете?! Платят здесь гроши, между прочим!..

– Ах, вот оно что! Теперь я все понял! – кивнул банкир и полез во внутренний карман пиджака. – Вопросов больше не имею!

Что он собирается делать, пронеслось в Ксениной голове. Банкир вытащил что-то увесистое.

– Сколько?.. – спросил он. – Сколько вы хотите?

Ксения молча следила за ним. Наконец выдавила едко:

– Хотите сказать, что вам денег не хватает? И поэтому вы явились сюда. К чему этот концерт, уважаемый? Даже не солидно в вашем положении.

Но тут дверь за спиной банкира распахнулась. Он поспешно закрыл портмоне. В дверях появилась Анна Викторовна.

– Я вижу, вы уже познакомились, – игриво заметила она, поправляя прическу. – На мой взгляд, Иван Алексеевич очень и очень интересный автор.

– Автор?!. – изумленно переспросила Ксения. – Как автор?

– А вы, Ксения Дмитриевна, хотите сказать, – напряглась Анна Викторовна, – что Иван Алексеевич совсем не автор? Не дотягивает?

– Мы с Ксенией Дмитриевной как раз решали этот трудный вопрос, – заметил незнакомец и убрал портмоне.

– Ну так решайте поскорей. Время не ждет. – Анна Викторовна удалилась, на прощание улыбнувшись незнакомцу.

После ее ухода он вновь полез во внутренний карман.

– Уберите, – не глядя на него, буркнула Ксения. – Садитесь. И рассказывайте, что вы такое написали.

– Я написал книгу о довольно известном рок-певце. – Он присел по другую сторону стола.

– Вы?.. – вырвалось у Ксении. – И про рок-звезду?

– Ну да. Вас это удивляет?

Ксения все никак не могла отвязаться от образа банкира-бандита. Однако она уже входила в роль редактора, беседующего всего лишь с начинающим автором.

– Представьте себе, удивляет.

Ксении было неприятно, что она предстала перед автором в таком идиотском виде. Этот Иван Алексеевич решил уж само собой, будто она деньги у него вымогала. И лишь появление начальницы остудило ее неуемные аппетиты.

Как глупо получилось, думала она, и ей хотелось в отместку как-нибудь уязвить автора.

– Но почему вы решили написать именно про рок? Вы что, большой специалист в этом вопросе?

Ксения представила этого солидного господина, сидящего в своем офисном кабинете и строчащего книгу про рок. Забавно.

– Не вяжется с моим обликом? – догадался автор.

– Признаться, не очень.

– А что бы мне больше подошло написать? – улыбнулся он.

– Комические рассказы!

Автор весело рассмеялся:

– А это идея! Я обязательно последую вашему совету! И напишу серию прикольнейших историй. Я знаю их массу! И непременно принесу вам!

Ксенина ирония действовала на него с точностью до наоборот.

– Вы не ответили, – сказала она строго. – Почему вы обратились именно к року? Вы большой знаток в этой области?

Глядя на Ксению, автор мягко улыбнулся.

– Еще Бестужев-Марлинский заметил, – продолжала она, – что русским авторам свойственно писать о том, о чем они знают лишь понаслышке.

– Ксения, естественно, правы вы. И Бестужев-Марлинский. Но в свое оправдание замечу, что написал я книгу не про русский рок вообще. А только про одного русского рок-певца и поэта.

– Тем более! Вы что, его хорошо знаете? Вы его брат? Или сват?

– Я его хорошо знал, – признался автор.

– И кто же это такой?

– Валя Ус. То есть Валентин Усовский. Группа «Колесо». Слыхали такого?

– Усовский?! – удивилась Ксения. – Вы знали Усовского?

– Мы с ним всю школу за одной партой просидели. Потом вместе начинали петь. Мне первому он показал свои стихи. Вообще дружили всю жизнь.

– Вот как! Но он умер, кажется, в прошлом году, да?

– Валя трагически погиб, разбился на мотоцикле, когда возвращался из Твери, с фестиваля.

– Да-да, очень его жалко. – Ксения забыла про иронию. – Мне нравились его некоторые песни. Но особенно одна.

– Это которая?

– Э-э, как это… – припомнила Ксения. – «А мне достала-ась трасса Е девяносто пять».

– Увы. – Он покачал головой. – Это не Валина песня.

– Ах, точно, – согласилась Ксения. – Это же группа «Алиса», Кинчев.

– Ого! – порадовался он. – Стало быть, вы тоже разбираетесь! Как и я!

– Да. А его песня такая… «Дороги расходились веером…»

– Точно! Но подумать только!.. Это и моя любимая песня из Валькиного репертуара! Вообще я не стал бы ничего писать. Но было жалко Вальку. Эти постоянные обвинения его во всех смертных грехах. И сектант он, и наркоман, и тантрист…

– Да-да. Об этом я тоже наслышана. Но это все неправда? А говорят: нет дыма без огня.

– Вот! То-то и оно. – Он грустно покачал головой.

– И вы заступились за товарища.

– Пожалуй что так, – кивнул он. – А кто, как не я. Ведь у нас не было друг от друга секретов.

– Ну что ж, тогда почитаем, – улыбнулась Ксения.

– А я не буду вам мешать. – Он поднялся. – Я позвоню вам. Хорошо?

– Позвоните, – вздохнула Ксения, возвращаясь к своим невеселым мыслям.

Был конец рабочего дня. Ксения устала, очень хотелось домой. «А что мой дом? – грустно подумалось ей. – И вообще, что ждет меня впереди?..»

На углу стола лежали мемуары о рок-музыканте Усовском. Со вторника Ксения пыталась работать с текстом, заставляла себя открыть рукопись, да так и не смогла.