Неотразим и порочен - Кара Эллиот

Бросив остаток сигары в камин, Коннор решил прогуляться и вышел на террасу.

Фонари, установленные вдоль резных балюстрад, отбрасывали неровный свет. Граф опустился на гранитную скамью, вытянул ноги и расправил плечи. Он провел всю вторую половину дня, согнувшись над бухгалтерскими книгами, что изрядно утомило мышцы и истощило терпение. Беседа с леди Алексой также не принесла ничего, кроме разочарования.

Разорванные клочья тумана и проникающий сквозь них мутный лунный свет придавали фигурно подстриженным живым изгородям и деревьям зловещий вид. Перед рассеянным взглядом Коннора проплывали странные размытые формы, а быстро расплывающиеся тени грозили накрыть всю землю покровом тьмы.

В общем, все вокруг отражало его настроение. Он так и не приблизился к разгадке и не знал, кто хотел уничтожить «Волчье логово» и почему.

Его бизнес, едва начавший приносить стабильный доход, никому не мешал, если не считать некоторых жен, которым не нравилось, что их мужья искали удовольствия вовсе не в супружеской постели. Однако, даже обладая развитым воображением, Коннор не мог представить себе в высшей степени положительную леди Берк или пуританку леди Уилфорд договаривающимися с бандой наемников. Когда они обсуждали проблемы меченых карт и взлома сейфов — за пятичасовым чаем со сливочным кексом?

Абсурд. Но ничего другого в голову не приходило.

— Я подумал, ты захочешь еще бренди, — негромко сказал Грифф, опускаясь рядом. — Если желаешь остаться наедине со своими мыслями, скажи, и я уйду.

— Они сегодня неудачная компания, — вздохнул Коннор. — Поэтому я рад тебя видеть.

Граф взял стакан и отпил добрую половину.

Маркиз удивленно поднял бровь.

— Она отказалась? Наотрез?

Утробное рычание подтвердило его догадку.

— Этого я и боялся. Никогда не встречал подобной женщины. У нее стальной хребет. — В голосе Гриффа звучало искреннее восхищение. — К несчастью для нас, у нее, вероятно, еще и стальные яйца, позволяющие ей не пасовать перед мужчинами.

Губы Коннора дрогнули. Да, скорее всего его друг прав. В фигуральном смысле, конечно.

Грифф почесал подбородок.

— Может, нам стоит обратиться к Себастьяну?

Идея графу не понравилась по многим причинам. По его мнению, это было бы низким предательством. Но, кроме этических вопросов, Коннора волновали и другие соображения. К примеру, ему совершенно не хотелось проверять, так ли искусно, как и прежде, его старый армейский товарищ владеет саблей. Они не были близкими друзьями, и, хотя Себастьян Хендри действительно был в долгу перед ним, ожидать, что мужчина бросит свою сестру на растерзание волкам, все же вряд ли следовало.

— Давай не будем вмешивать сюда Себа.

После недолгого размышления маркиз кивнул:

— Думаю, ты прав. Два закаленных в сражениях ветерана Пиренейской кампании должны сами справиться с одной-единственной девочкой. — Сделав короткую паузу, он оптимистично добавил: — Хотя нас теперь трое. Ведь в наши ряды влился Камерон. С его воображением он всегда придумает какой-нибудь неожиданный стратегический ход.

Коннор фыркнул.

— Этого я и боюсь. С меня, знаешь ли, хватит сюрпризов.

Грифф вопросительно покосился на друга.

— Кстати, о сюрпризах. Ты знал, что он ворует драгоценности?

— Да. На самом деле его разыскивают за воровство, по крайней мере, в четырех странах. Помнишь его поездку в Рим? Я слышал, что его стремительный отъезд как-то связан с тем фактом, что партнеры по контрабандному предприятию грозили сварить его в оливковом масле с чесноком.

Последовал взрыв смеха.

— Интересно, зачем он так рискует?

— Полагаю, у него есть на то свои причины. — Коннор допил бренди. — У каждого из нас они есть.

— Э… леди Алекса!

Она вздрогнула и подняла глаза на мистера Гивенса. Господи, все, что угодно, но только не еще одна лекция о русской перегородчатой эмали! Алекса была уверена, что больше не вынесет рассуждений о пигментах и сплавах.

Однако его следующие слова были совсем другими:

— Позвольте мне представить вам мистера Даггета.

Знакомиться с еще одним «псом» ей тоже не хотелось, но выбора не было.

Гивенс поспешно скрылся, оставив ее лицом к лицу с высоким элегантным джентльменом.

— Простите за то, что пришлось использовать этого молокососа, но иначе я никак не мог с вами познакомиться. Ни одна из старых сплетниц… простите, я хотел сказать, почтенных дам, не захотела бы бросить вас «псам». — Он изящно поклонился. — Учитывая, что я старый друг Себастьяна, могу я надеяться, что вы подарите мне следующий танец? Если, конечно, ваша карточка еще не заполнена.

Алекса увидела, как он покосился на кусочек картона, висящий у нее на запястье. Его нетронутую чистоту можно было увидеть, даже особенно не присматриваясь.

— Если это еще одна попытка запугать меня, можете не стараться, сэр, и заодно поберечь свои ноги. Я не намерена плясать под дудку лорда Киллингуорта.

— Он был неуклюж? — Камерон двигался так стремительно, что Алекса и опомниться не успела, как оказалась в середине зала. — Волкодав обычно довольно-таки проворно двигается.

Желая получить передышку, чтобы восстановить равновесие, Алекса ответила вопросом на вопрос:

— У вас тоже есть прозвище, мистер Даггет?

— Да. Друзья прозвали меня Бладхаундом.

Алекса растерянно заморгала. Этот высокий стройный человек с красивым лицом и смеющимися глазами был нисколько не похож на унылого морщинистого барбоса.

Ее удивление явно рассмешило Камерона.

— Понимаете, у меня нюх на неприятности, — усмехнулся он, — и если я взял след, то обычно иду по нему до конца.

Джентльмен, который может посмеяться над собой? Это что-то новенькое. Алекса не могла не улыбнуться в ответ.

— И, как и бладхаунд, вы всегда ловите того, кого преследуете?

Его глаза потемнели.

— Бладхаунды очень упорные, настойчивые создания, леди Алекса. — Последовала короткая пауза. — В этом у нас с вами есть что-то общее.

Она тут же снова перешла в оборону:

— Вы можете сколько угодно оскорблять меня, но я не отдам бумагу. Я ее честно выиграла. — Заметив, что ее отпор нисколько не смутил Даггера, она добавила: — Интересно, почему качества, похвальные у мужчины, считаются шокирующими у женщины?

— Хороший вопрос. — В глазах Камерона снова загорелись смешинки. — Но мое наблюдение вовсе не было оскорблением. Хотя, наверное, приличная молодая леди действительно может обидеться, если ее сравнивают с одним из «псов».

— Поскольку вы, безусловно, в курсе последних событий, то знаете, что я вовсе не пример для подражания, когда речь идет о нормах поведения.