Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка - Нина Новак

Смотрю на сведенные брови Шрауса, который вынужден работать без ассистента. Он держит острый скальпель и его руки не дрожат.

А я так боялась тремора. Шраус вызывал серьезные сомнения.

Но самое удивительное, что мне больше не холодно. Сосредоточенность на работе и магические потоки, выпущенные на свободу, согревают.

А когда операция заканчивается и Шраус зашивает рану, я чувствую, что даже взмокла.

Но лишь убедившись, что критический этап позади, а Кати стабильна, я позволяю себе выдохнуть.

– Витальные функции в норме, – отчитываюсь Шраусу. – Гемодинамика стабильна. Можно выводить из наркоза.

Целитель кивает, не отрывая взгляда от последнего шва.

– Хорошая работа, мисс, – замечает он. – Но вам придется провести ночь у постели Кати.

– Хм, вы думаете, я собиралась бросить пациентку и отправиться спать? – хмыкаю.

В помещении хорошее магическое освещение, а за окнами стемнело. Сколько часов прошло?

Шраус осматривает драконов, а меня снова трясет. От холода, от голода и усталости. Я слежу за состоянием Кати, чтобы ничего не упустить. Позже ее перенесут в палату.

– Сейчас пойдем, поедим, – хирург улыбается мне, но улыбка получается жесткой.

– А драконы?

– Операция им не поможет, – он чешет макушку, ведет пальцами по бинтам на голове. – Когда резерв отравлен или уничтожен, внутренний зверь не справляется и тянет за собой человека.

– Целитель Шраус, – я поправляю на плечах теплый плед, который мне принесли. – У меня есть теория, как работать с резервом. Но тут это невозможно.

– Предлагаете взять штурмом госпиталь Лёрса? Я готов.

– Драконов нужно погрузить в стазис и перевести в другую больницу. В Реванс.

– Реванс? Та больница не работает, ее обобрал один… – Шраус замолкает и кривится в своей манере.

– Вы пока останетесь с ранеными тут, а я подготовлю больницу. У меня… связи.

Я не тороплюсь раскрывать себя, так как не доверяю никому. Даже этому целителю, который мне в принципе симпатичен.

– Пожалуй, соглашусь с вами. Стазис единственный выход на этом этапе. Я подожду вас, мисс.

К утру я уже могу оставить Кати под присмотром жреца-целителя. Едва держусь на ногах, но Шраус и Сэм тянут меня поесть. Кто-то из них сует мне в руки кружку с горячим чаем. Ноздрей касается аромат лимона и меда.

Глаза слипаются и я держусь, чтобы не упасть лицом в кашу. Будто издалека доносится тихий разговор:

– Уничтожить целый легион сложно. В каждом по тысяче человек и по сто драконов. Но десятому легиону на удивление не повезло. Они оказались не в том месте, не в то время, Сэм.

Затихаю, прислушиваясь.

– Я узнал парней. Барабанщик и двое рядовых, – Сэм вздыхает. – Надеюсь, стазис поможет. Но неужели остальные погибли? И генерал Авир тоже?

– Не знаю, Сэм. Я из третьего. Но драконы забирают своих – тех, до кого дотянутся. Оставшихся местные развозят по лечебницам… или оставляют умирать.

– Если с генералом что-то случилось… его дядя бы принял меры…

У Сэма убитый голос, ведь он рассчитывал присоединиться к десятому легиону.

– Все оказалось сложнее, чем мы думали… – Шраус говорит совсем тихо, я напрягаю слух, чтобы разобрать слова. – Мне тоже некуда возвращаться…

Глава 20

Лишь убедившись, что Кати стабильна и понемногу приходит в себя, я покинула территорию храма.

Шраус обещал ждать, но я почти уверена, что он не воспринял мои разговоры о больнице Реванс всерьез.

Более того – весь его вид недвусмысленно намекал, что хирург уже мысленно попрощался с драконами и через недельку, если не раньше, исчезнет, прихватив Кати.

Действовать придется быстро, иначе эти ребята просто погибнут.

Сэм достает самый дешевый билет на поезд, а я в ближайшей лавке покупаю белье, платье на смену, и накидку потеплее, поскольку в Диких землях климат суровый.

Впрочем, суров здесь не только климат. Люди вот тоже жесткие и прямые. Но в то же время совсем не лицемерные. Это драконы улыбаются в глаза, всегда любезны. И яд подливают в бокал с комплиментом на устах.

Как Юс. Как его мать. Как все двуличные ящеры в Драполисе.

Вокзал продувается всеми ветрами. Поезд подъезжает с опозданием и с ужасным скрежетом. На этом металлическом чудовище, работающем на магии и извергающем снопы золотых искр, я путешествовала всего раз. С мужем.

Мы занимаем места в третьем классе и всю дорогу до Сегона слушаем рассказы о последних боях. Оказывается, самые жестокие стычки стихли после того, как отряд драконов-инквизиторов пожертвовал собой.

– Они ненормальные,– рассказывал низкий мужичок в одежде рабочего. – Такие гордые, что и сдохнуть не боятся. Главный их, как его там… верховный инквизитор… повел отряд и сгинул. Но оружие варварское, что резерв поражало, уничтожил. И больше драконы не гибнут.

– А нам-то что с того? Одно хорошо, крылатые уберутся, – отвечает ему седой старик.

– Пока что наши больницы переполнены драконами. Держат их в стазисе, а что толку? Никто не знает, как их лечить.

Сэм опускает голову, он угрюм и неразговорчив. И я молчу.

После снятия фальшивой метки память не вернулась, но реакции тела изменились. И вот, как подумаю, что Авир мог погибнуть, ощущаю спазм под ребрами.

Непроизвольно прикладываю руку к животу.

Сердце частит. Оно волнуется, оно помнит, что когда-то любило.

Нет, не желаю знать, что было в прошлом.

– Приехали, миледи, – голос Сэма вырывает меня из тревожных размышлений.

В Сегоне идет снег. Здания укрыты туманом, очертания крыш и труб едва видны. Но я упрямо двигаюсь к центру города. Там находится адрес, указанный на конверте.

Я оглядываю приземистые добротно построенные дома. Парадные двери массивные, украшенные резьбой и бронзовыми деталями.

Сэм тянет на себя тяжелую дверь нужного нам подъезда. Поднявшись по широким каменным ступеням, мы оказываемся перед конторой стряпчего.

В том, что мне сообщат нечто важное, я не сомневаюсь. Даже собираюсь внутренне, приготовившись к новостям. И стучу кулаком по красному дереву тяжелой створки.

– Входите!

– Сэм, подождешь меня?

– Я покараулю.

Толкаю дверь и вхожу. В руках держу послание приемного отца.

Низкий и полный стряпчий в круглых очках рассматривает конверт, который я ему подаю.

В комнате натоплено и я впитываю тепло, перед тем, как снова окунуться в снежный беспредел улицы.

– Леди Айши, как я рад вас видеть, – он поправляет очки указательным пальцем и подходит к выкрашенному в зеленый цвет несгораемому шкафу.