Измена. Неверное решение - Лила Каттен

Я не мог…

Вытаскиваю снова телефон и звоню ей снова.

Не отвечает.

Пишу.

«Варвара, выйди. Нам нужно поговорить с тобой».

«Нет».

«Я… Клянусь, я не подойду даже близко к тебе. Я не трону. Мы просто поговорим и все».

Молчит.

Я даже не знаю, что скажу в итоге. Я даже не знаю теперь, кто я такой и как посмотрю в глаза жене и дочери.

Глава 17

Что на меня нашло в ту ночь?

Почему я решил, что имею право взять силой женщину?

Как я вообще мог это сотворить?

Часто причину агрессии и склонности к подобному ищут в детстве, это так?

А где искать мне?

Счастливая семья, родители, которые меня любили. Все было в норме. Тогда почему… Почему я это сделал?

То, как на меня смотрела эта девушка сейчас, испугавшись моего срыва… Черт, я выхожу из себя порой, когда что-то в бизнесе идет не так. Но я ни разу не поднимал руку ни на кого. На самом деле я не припомню, что даже дрался с кем-то.

Я влип. И я больше не знаю, что делать.

Моя уверенность сошла на нет.

Я думал, что получу результат, положительный или, наоборот, и все решится быстро.

Но с такими вводными?

В голове снова всплывает ее просьба. Не та, что она требовала сейчас, прося отпустить… Просьба десятилетней давности.

Я не слышал. Все казалось игрой. Все было игрой в моей реальности.

Подо мной была девушка, которая меня хотела. А я хотел ее. Я желал. Возбуждение буквально сквозило во всем моем теле.

Дверь открылась и Варвара вытянула шею, смотря на меня. Будто выглядывая зверя… Черт, а кто я если не зверь?

Опускаю голову. Не могу на нее смотреть. Не уверен, что и говорить, смогу.

Тихие шаги приближаются. Но останавливаются подальше от меня. Разумно.

Снова тру глаза, лицо, шею.

– Прости за… за то, что сейчас я тут… – обвожу пальцем нас и землю. – Я… на взводе был. Я не должен был так себя вести и… Мне жаль.

Несмело поднимаю глаза и смотрю, как она, сжавшись, повернута боком ко мне.

– Я вспомнил… – произношу осипшим голосом.

Страшно даже говорить об этом. Страшно пережить этот момент снова.

– В-се? – она запинается и с трудом сглатывает, это видно по движению головы. Будто проталкивает слюну кое-как.

– Да.

Признание. Вот что это.

– Не совсем… Частично, но… Я… Боже, я даже не знаю, принесут ли мои извинения что-то. Потому что это просто слова, которые ничего изменить уже не смогут.

– Не нужно менять ничего, тем более это невозможно. Просить прощения и прочее… Это все не нужно. Просто помоги и все. Я бы никогда не пришла, но у меня не было выбора.

– Клянусь… я помогу. Клянусь… Только скажи что нужно?

– Нам с сыном нужен дом.

Незадолго до событий настоящего

Варвара

– Люблю тебя, мам.

– Молодой человек, а гитару? – останавливаю его, уже на пороге, заметив пустые руки.

– Точно, мам. Забыл, – Антон забегает обратно в дом, забирает из своей комнаты инструмент и снова пулей уносится.

– Я люблю тебя, – кричу вдогонку, и он разворачивается, чтобы улыбнуться и помахать.

Замечаю у нашей калитки его одноклассника, с которым они каждое утро уходят в школу и наблюдаю еще пару минут их неспешной прогулки.

Возвращаюсь к своей чашке кофе и листаю записи новых кремов для тортов, которые планирую сегодня сделать на работе.

Шум у входной двери привлекает внимание и в дверях появляется мой сожитель.

– Боже, когда это закончится, Толик? – смотрю на него с разочарованием. – Ты же обещал.

– Обещал, значит, закончится, – бормочет и идет прямо.

Мы с ним вместе несколько лет.

Когда Антоше исполнилось семь, и он пошел в школу, стало немного легче. Сын у меня самостоятельный. Весь первый класс мы с ним вместе уходили из дома. Нам по пути. Он по дороге сворачивал в школу, а я шла в самый центр на работу. Потом стал ходить с другом.

Иногда мы ездили на велосипедах по тому же маршруту и плану.

С Анатолием стали встречаться примерно в то же время.

Я знала его лишь косвенно. Но как-то все закрутилось, сложилось. Переезжать к нему не видела смысла. Нам с сыном удобно жить в своем доме, поэтому переехал ко мне он. Тут и началось.

Сначала не все было плохо. Но как уволился с работы из-за смены руководства, все ухудшилось. Работу не нашел и в итоге стал приживалой.

Помогал по дому много, так как мне самой было тяжело. Дом старый, как и все постройки внутри двора. Было удобно в чем-то. Но все же… Благо до сына не докапывался.

Сейчас и вовсе уходит в запои. Поэтому я решила ставить точку.

– Стой, Анатолий.

Он замер и обернулся, словно медленно трезвея.

– Хватит. Это уже на пьянство похоже. Уходи, раз за голову браться не хочешь. Я начала встречаться с мужчиной, который мне нравился и был ответственным. А ты…

– Ой, Варя… Ну че ты… – махнул рукой и пошел дальше.

– Нет, сказала. Все. Ты работу нашел?

– Да нашел я все. Думаешь, откуда я пришел? – полез в карман и вытащил оттуда две тысячи.

Брать я их не стала. Пусть продукты покупает.

– И что это за работа?

– Грузчиком пока что буду. Потом на погрузчик пересяду. Устраивает?

– Это не меня должно устраивать. А тебя в первую очередь. Ты за этот год превратился в пьяницу. Мне на работу нужно, когда вернусь, нам придется поговорить и поставить точку.

– Ну все, маля иди.

Я правда думала, что отношения с мужчиной – это хорошая идея.

Толик казался отличным вариантом. Мужественный, ответственный. Стал бы примером для Антона. В итоге…

Махнула рукой и ушла. А когда вернулась, не узнала мужчину, которого видела в последний раз.

– Вернулась шлюха?

– Чего? – попыталась мимо пройти, но он перегородил дорогу.

– Того. Говорила, что сынка своего притащила от вахтера. А сама…

– А что сама? Дай пройти.

Стало не по себе от этого разговора. Неужели узнал? Но откуда? И да, у нас был разговор об отце Антона. Я ему рассказала ту самую версию, что и всем.

– Ноги раздвинула за бабки? И сколько тебе этот хрен богатый отвалил?

– Что несешь? – толкнула и, дойдя до шкафа, стянула с себя куртку с ботинками.

– Вот что, смотри.

Сунул мне в лицо свой телефон, на