Очаровать дракона - Аманда Мило

— Вот видишь? Все нормально.

Я отпускаю его и погружаюсь в воду, плывя к берегу.

Калос поднимает меня прежде, чем я успеваю подойти, и мы оба смотрим вниз на мой хвост, сверкающий каплями воды и отражающий солнечный свет.

— Я буду скучать по этому, — говорит он со вздохом.

Его глаза начинают гореть грешным жаром.

Края моей щели начинают опухать и болеть, реагируя только на этот взгляд его глаз. Потому что мы узнали, что, когда Калос превращается в человека-мужчину, я не должна превращаться в человеческую женщину. Нам просто нужно немного уединения, и в воде или на пляже, Калос может погрузиться в мою щель, пока я в морской форме. Он такой большой, больше любого мужчины, которого я когда-либо брала, что это кажется невероятно тесным до такой степени, что кажется озорным — и это сводит нас с ума.

Калосу приходится отряхнуться, он сажает меня на песок и смотрит вокруг, на моих сестер, которые выстраиваются вдоль береговой линии, печально наблюдая за нами.

— Я приведу ее обратно, — клянется он.

— Тебе лучше так и сделать, — жалуется Катиана с горечью в голосе.

— Да, ты уже заставил всех наших мужчин исчезнуть. А теперь ты уводишь нашу сестру, — обвиняет Никси.

Эти слова могли бы показаться резкими и обвиняющими, но она говорит более мрачно и печально, чем все остальное.

Как бы то ни было, я готова защищать его.

— Он не заставлял мужчин исчезать! — кипячусь я.

Я смотрю на Калоса, ожидая, что он скажет что-нибудь, но он смотрит на Никси так, словно погрузился в свои мысли.

— Вы были бы счастливы иметь своего собственного мужчину? — спрашивает Калос.

Мои сестры пристально смотрят на него.

— Ты имеешь в виду, что… мы можем оставить мужчину только для себя?

В ее голосе звучит какая-то приятная тоска, и грудь Калоса наполняется целеустремленностью. Он использует свой нос, чтобы подтолкнуть меня обратно к воде.

— На данный момент планы изменились.

Калос сканирует моих сестер.

— Я вернусь с мужчиной для каждого из вас.

У всех моих сестер глаза стали круглыми. Черт возьми, и мои тоже.

— Как? — спрашиваю я. — А где ты их найдешь? Здесь не так уж много тритонов. Мертибы должны делиться ими.

Калос бросает задумчивый взгляд на моих сестер.

— Но вы могли бы быть счастливы с мужчиной, который не является тритоном, да? Есть ли у вас какие-нибудь расы или виды, к которым вы испытываете отвращение, страх или немилость?

— Кроме драконов? — игриво растягивает слова Сирена.

Она была так готова схватить того дракона, который пытался охотиться здесь. Если бы он не улетел с таким перепуганным видом, она бы непременно его забрала.

Поэтому я беззаботно шлепаю ее своими хвостом за то, что дразнит Калоса.

Она визжит и брызгает на меня водой, а потом снова поворачивается к Калосу.

Шейный гребень Калоса раздувается и падает, его версия пожатия плечами.

— О, я могу привести вам кое-что помимо драконов.

Он протягивает лапу, чтобы в последний раз ткнуться носом в мои волосы, и когда некоторые из них запутались и прилипли к шершавой чешуе, он вытаскивает когти из воды и расчесывает пряди. Некоторые из них, естественно, вырываются, однако, в результате чего Калос издает жужжащий мурлыкающий звук.

Он осторожно собирает все вырванные пряди в свои когти.

— А, борода Тритона. Он увеличит свой волосатый комок, — жалуется Патрис, закатывая глаза и ложась обратно в воду.

— Ты же не думаешь, что он может сделать свои яйца больше, — хихикает Перл, имея в виду тот факт, что мешок Калоса в человеческом обличье довольно большого размера. Он очень хорошо одарен во всем.

— Заткнитесь, — предупреждаю я их и смотрю, как Калос, не обращая внимания на своих наблюдателей, идет к куче моих волос, собранных в комок на краю пляжа.

Какие бы мои волосы он ни сдирал своими когтями… он всегда их сохранял. До того, как спарилась с драконом, я понятия не имела, что они хранят все, что находят красивым: драгоценные металлы, красивые камни, русалочьи волосы, свои рвотные шарики.

Драконы действительно очаровательны.

Я должна была бы испытывать еще большее отвращение, но, совершенно без ума от своего дракона. Я нахожу это милым.

Аккуратно, Калос наматывает новые волосы вокруг моего радужного комочка волос.

Мои сестры наблюдают за ним с разными выражениями лица. Некоторые все еще выглядят немного отталкивающе, но я не позволяю им одурачить меня, они все находят очевидное обожание Калоса таким же трогательным, как и я.

— Когда именно ты говоришь, приведешь нам мужчин в обмен на похищение Аделлы? — подсказывает Катиана.

Калос кладет свой — да, вздох — волосатый шар вниз и говорит любезно.

— Прямо сейчас.

Прощально щелкнув хвостом в мою сторону, он улетает.

* * *

Он возвращается с огром.

Клянусь осьминогом, огром.

— Калос, — кричу я, потрясенная.

Если это возможно, огр выглядит еще более растерянным, чем я и мои сестры. Конечно, со своей стороны, он, вероятно, думал, что его съест дракон, а не принесут в жертву бухте русалок.

— Он выглядит так, словно ты вытащил его из болота, — с тревогой говорит Патрис. — Он такой грязный!

— Я вытащил его из болота, — объясняет Калос, хмуро глядя на нее, — потому что именно там можно найти огров. Глубоко в лесных болотах у подножия гор.

Его взгляд на Патрис ясно говорит о том, что его чрезмерное терпение подвергается испытанию.

— Но ведь вы знакомы с очищающими свойствами соленой воды, не так ли? Вымойте его. А может быть, получив возможность хоть разок попить чистой воды, вы обнаружите, что этот самец будет купаться сам.

Когда Калос сажает его на берег, крепко вонзив передние когти в толстое зеленокожее плечо огра, огр смотрит на красивую и миловидную коллекцию русалок перед ним, и густой пучок узловатых волос между его ног почти не скрывает того, что выходит из него.

— ОН МОЙ! — закричала Нерисса, вылезая из воды и хлопая руками по своим плавникам, как будто воздушный поток заставит ее чешую превратиться в человеческие ноги — и расщепить человеческие ноги, быстрее.

За ней следуют яростные крики других наших сестер, когда они начинают бороться, чтобы вытащить себя на берег и спорить о том, кто будет держать его.

— Хотите поделиться им? — нерешительно спрашивает Калос, отпуская огра и наблюдая за ним, чтобы убедиться, что самец не сбежит — как будто он это сделает.

Огр выглядит ошеломленным, как будто он уверен, что спит или умер и попал на небеса.

— Или мне привести следующего