Папочкина зависимость - Би Джей Альфа

Увидев, как этот кусок дерьма смотрит на мою малышку, я сошел с ума. Мне хотелось оторвать его конечности от тела и вырвать внутренности, чтобы он молил о пощаде. Но я не хотел пугать свою девочку. Я хочу быть ее спасителем, а не монстром.

Стоя перед ней на коленях в его крови, я провожу кончиками пальцев по ее киске, наслаждаясь теплом. Зная, что я защитил ее, спас. Стал ее папочкой.

Джейд внимательно наблюдает за мной, когда я поднимаю пальцы, чтобы показать ей его кровь и то, каким милосердным я могу быть для нее. Ее зрачки расширяются, и я не уверен, страх ли это в ее глазах или что-то еще. Что-то большее. У меня нет времени анализировать, так как я боюсь, что она отдалится от меня, когда мы только начали сближаться.

Вместо этого я провожу пальцами по ее бедрам, размазывая по ним кровь. Черт возьми, она выглядит невероятно. Окровавленная и умоляющая меня. Опустив голову, я целую ее ноги с нежностью, а затем томно вылизываю всю ее киску. Я стону, когда снова провожу языком вниз, вкручивая его в ее дырочку, прежде чем проделать весь путь обратно по ее щели.

— О, боже, — простонала она. Костяшки ее пальцев побелели, когда она вцепилась в свое платье. — Еще. Пожалуйста, еще, — умоляет она, приподнимая задницу. Мой член пульсирует так сильно, что предэякулят стекает по ноге, пропитывая боксеры и брюки, заставляя меня издавать благодарный рык. Она, пиздец, невероятная.

Пальцами я формирую V и разделяю ее маленькие влажные складочки, позволяя языку проникнуть в ее маленькую киску. Я лижу языком ее киску вверх-вниз, как одержимый, кровь на ее бедрах делает меня диким. Она прижимается к моему лицу, пытаясь сомкнуть бедра, но моя рука, обхватывающая ее бедро, сжимается, и она визжит от боли. Закрыв глаза, я заставляю свои пальцы так глубоко вдавиться в ее кожу, чтобы оставленные мной следы остались навсегда. Я хочу, чтобы они впечатались в нее, как она в меня.

Мой язык спускается к ее попке, и я улыбаюсь, когда чувствую, как она напрягается.

— Ммм, папочка хочет вылизать твою невинную задницу, малышка. — из нее вырывается стон, как будто она собирается сопротивляться. Я не даю ей шанса. Когда мой язык кружит вокруг ее сжатой дырочки, а пальцы обводят ее клитор, ее ноги дрожат, заставляя меня причмокивать, прежде чем обратить внимание на ее нуждающийся клитор, набухший бутон, требующий внимания. Я втягиваю его в рот.

— Папочка, я… Я собираюсь… — мои глаза закрываются от ее слов, все ее тело напрягается, когда она запрокидывает голову, а я продолжаю пожирать ее киску, как одержимый.

Когда ее тело окончательно затихает от эйфории, вызванной моими прикосновениями, она поднимает голову и смотрит на меня. Наши взгляды встречаются, мое тело замирает, и мы прижимаемся друг к другу — происходит негласный разговор, когда я нежно прижимаюсь губами к крови на ее бедрах.

Моя.

И я убью любого, кто попытается взглянуть на нее.

— Твоя, — выдыхает она, словно услышав мои мысли.

Глава 11

Томми

Когда я привел ее в ресторан, я не ожидал, что мой член затвердеет от того, что она просто ест свою еду. Она заталкивает в рот еще один кусочек брокколи, и я стону, когда ее губы сжимаются. Черт, как ей удается так соблазнительно есть овощи?

Я не свожу с нее глаз, пытаясь оценить ее отсутствие реакции на то, что я сегодня убил человека, а затем трахнул ее языком, покрыв ее бедра его кровью. Но я не нашел ни единого намека на то, что она чувствует по этому поводу, и это меня нервирует. Неужели она теперь относится ко мне иначе?

— Я напугал тебя, когда всадил пулю ему в голову? — спрашиваю, дерзко глядя на нее. Я изучаю ее реакцию, когда она опускает вилку.

Наши взгляды встречаются.

— Нет, — отвечает она, и я удивленно поднимаю бровь. — Я уже видела, как мой отец убивал людей. — Она пожимает плечами.

Я понимающе киваю.

Ее отец был капо нашего дона Лоренцо, и когда его убили, он подарил мне ее мать. Несомненно, мой отец наполнил его голову рассказами о том, как его сын отказался жениться на хорошей девушке из мафии. Когда они пригрозили отрезать мне не только все деньги, но и кое-что еще, у меня не осталось выбора, кроме как жениться на вдове, о которой я едва слышал.

Это было скорее деловое решение, чем что-то еще. Оно позволило Зене сохранить деньги ее покойного мужа, которые затем перешли ко мне.

Они и представить себе не могли, что ее зависимости были куда сильнее моих. А может быть, знали, и она была моим наказанием. Два несчастных наркомана вместе, самоуничтожаясь и отвергая жизнь мафии, надеясь лишь на то, что у них родится наследник, который преуспеет там, где они не смогли.

Зеня не продержалась и года, как ее нашли с иглой в руке и нелепой любовной запиской, в которой она писала, что хочет присоединиться к любви всей своей жизни. Она никогда не думала о дочери, сосланной в школу-интернат, и, стыдно признаться, я тоже. Я узнал о ее существовании только после смерти Зени, когда отец сообщил мне, что у нее есть дочь. Сказать, что я был взбешен — ничего не сказать. Мало того, что мне пришлось жениться на вдове, так она еще и успела родить ребенка, и теперь я должен был заботиться о нем. У меня не было намерений воспитывать чужого ребенка, и я вышел из кабинета отца, сказав ему об этом, пока он расстроено качал головой.

Возможно, если бы они позволили мне жениться на Жюстин, у них было бы целое потомство, пробормотал я себе под нос.

Я почувствовал удовлетворение от того, что Зеня фактически покончила с собой. Оковы были разорваны, и я был свободен. Если бы только мои зависимости было так же легко побороть.

Я сделал глоток воды, отказываясь пить в присутствии Джейд, зная, что одного бокала будет недостаточно, и я не могу подвергать ее опасности из-за своего отсутствия самоконтроля. Не тогда, когда ей нужен защитник.

Не тогда, когда