Его невинная пленница - Софи Росс

— В этот раз, пожалуй, без меня. До сих пор потряхивает после утренней феерии. Мне бы домой и завалиться спать, — отмазываюсь, гляжу по сторонам.

У нас обычно стоят такси возле ворот, и я планирую воспользоваться этим. Ждать машину в праздник в моем состоянии — то еще удовольствие.

— Ну, если ты вдруг оклемаешься к вечеру и захочешь присоединиться, наши двери всегда открыты, — Ната тянется обнять меня на прощание.

Я прощаюсь с девочками и плетусь в сторону машин. Выбираю ближайшую и растекаюсь по заднему сиденью, сообщив водителю конечный адрес. Мужчина за рулем пытается завести разговор, но через два моих коротких ответа бросает эту дурную затею — я все равно лишь мычу что-то нечленораздельное.

Вываливаюсь из машины возле дома, долго копаюсь в сумке в поисках ключей. Они укатились куда-то на дно и никак не хотят показываться.

— Девушка, давайте я? — окликает меня мужской жесткий бас.

Я молча уступаю место возле домофона, продолжив свои поиски. В квартиру-то попасть как-то надо.

Внезапно сумку выдирают у меня из рук, а на губы ложится чья-то широкая ладонь. Я мычу, потому что тут же становится трудно дышать, начинаю брыкаться, когда меня отрывают от земли и куда-то тащат.

Вокруг начинает все кружиться, теряюсь на мгновение.

В следующую секунду меня уже грубо запихивают в черный джип, руки за спиной перехватывают наручниками. Мужчина, сидевший до этого в машине сзади, больно дергает меня за волосы и заклеивает рот плотным скотчем.

— Тихо сиди, иначе вырубим, — он поигрывает тяжелым пистолетом в руке.

Я пищу что-то, он замахивается. Машинально дергаюсь в сторону, врезаясь во второго бугая, зажмуриваюсь.

— Эй, не трогай девочку. Мы и так переборщили малость, — раздается с водительского сиденья.

Ко всему прочему мне завязывают еще и глаза.

Я трясусь всю дорогу, кожа покрывается мурашками от страха. Куда они меня везут? Что сделают дальше? Неужели те двое на базе все-таки успели что-то передать своему главному?

Из машины меня вытаскивают так же грубо. Тащат куда-то, потом бросают короткое предупреждающее «ступеньки». Я едва не падаю на них, потому что ноги путаются друг об друга.

Уже в доме с глаз снимают повязку. Срывают с губ клейкую ленту и толкают меня вперед. Не удерживаюсь. Падаю на колени, больно ударяясь о мраморный пол.

Мне очень страшно. Я хочу кричать от ужаса.

Открываю глаза, которые до этого были плотно зажмурены. Осматриваюсь.

— Яр?.. — выходит почти неслышно.

Я не узнаю его взгляд. Холодный, презрительный.

Абсолютно чужой.

Глава 12

— Это она?

Голос Яра звучит хрипло. Он больше не смотрит на меня, теперь все его внимание приковано к сидящему в кресле мужчине.

— Она, — тот подтверждает, бегло осматривает меня. — Если, конечно, твои парни ничего не напутали.

— Я за них головой отвечаю. Ошибок быть не может.

Мужчина встает, подходит ко мне. Я съеживаюсь в комок, отодвигаюсь в ожидании удара или другой грубости.

У него квадратное лицо, волевой подбородок, густые черные брови. Восточная внешность, но не совсем явно это выделяется. Скорее всего у него только один родитель с такими корнями.

— Лидия Владимировна, вы уж меня извините, — он присаживается на корточки передо мной. — Я не просил применять силу, только в крайнем случае. Она сопротивлялась? — спрашивает у моих похитителей.

— Ну, мы решили сразу перейти ко второму плану. Сэкономили время, так сказать…

— Ключ, — звучит жесткий приказ.

Он снимает с меня наручники, подает ладонь, помогая подняться. Осматривает мои запястья и недовольно качает головой.

— Еще раз прошу прощения. Хотите чего-нибудь? Может быть, воды?

— Кто вы? — спрашиваю о том, что волнует меня сейчас больше всего.

— Мы поговорим об этом чуть позже. Вам пока лучше отдохнуть, прийти в себя. Поднимемся на второй этаж, я покажу вашу комнату.

— Яр, что происходит? Кто эти люди? Зачем я здесь? — в конце голос срывается на глухой хрип.

Я с мольбой смотрю на Ярослава, но он лишь поджимает губы при виде моего умоляющего взгляда. Предатель.

В голове не приходит ничего лучше, чем бежать. Я резко разворачиваюсь и кидаюсь к выходу, ноги из-за гладкой подошвы проскальзывают по полу.

Меня перехватывает Яр. Его сильные руки обхватывают талию, он приподнимает меня над полом, пока я брыкаюсь и пытаюсь достать его локтями. Успеваю даже зарядить куда-то под ребра, прежде чем он возвращает меня назад в центр открытой гостиной.

— Пожалуйста… — я уже сама не понимаю, что делаю. Цепляюсь за его футболку, липну к мужскому телу, когда Яр пытается отцепить меня от себя. Где-то на подсознании всплыло, что с ним я в безопасности. Он не обидит.

Или не обидел бы… Это было раньше.

Сейчас он способен на все.

— Значит, не показалось. Вы знакомы. И откуда же, позволишь узнать? — мужчина, который просил у меня прощения, возвращается в свое кресло.

— Потом. Я сам отведу ее, Ринат.

Я опять оказываюсь в воздухе, только на этот раз Яр перехватывает еще и под коленями. Я не собираюсь облегчать ему задачу, так что сцепляю руки в замок и кладу их перед собой.

— Ты нарочно, Кудряшка? Обхвати меня за шею, — он злится.

Молчу в ответ, пальцы сжимаю сильнее. Самой становится больно от собственного упрямства.

— Слушай, спрячь поглубже свои коготки. Ты не в том положении, чтобы взбрыкивать. Я не один сейчас, Ринат — серьезный мужик, сюсюкаться с тобой не станет в случае чего.

Все равно держу руки там, где и прежде.

Яр нарочно подкидывает меня, чтобы испугать. Я предугадывала это, так что его фокус не срабатывает — руки по-прежнему лежат на бедрах.

Он выдыхает в потолок и начинает подниматься. И мне становится еще обиднее от осознания того, что ему это дается вообще без всяких проблем. У него даже дыхание не сбивается.

Мы оказываемся в просторной спальне с балконом. Посреди комнаты стоит огромная кровать, на противоположной от нее стене есть еще какая-то дверь. Большой белый комод, две маленькие тумбочки, картина над изголовьем.

— Отпусти меня… Отпусти, пожалуйста… — меня окончательно вымотал этот день, я теперь могу только шептать.

Тошнота опять подкатывает к горлу, я колочу Яра по плечу, второй ладонью зажимаю рот.

— Что? Что с тобой? — он теряется.

Вздрагиваю от нового спазма, жмурюсь. Ресницы влажные от слез.

Он, наконец, догадывается. Ставит меня на пол, сам быстро распахивает ту самую дверь.

Я едва успеваю долететь до унитаза, прежде чем меня выворачивает. Кое-как сгребаю волосы на затылке, задыхаюсь в приступе сильного кашля.

Пытаюсь отодвинуться от Яра, когда