Семь нот волшебства - Наталья Викторовна Екимова

Увидеть крайнюю степень удивления на лицах всех присутствующих было забавно. А Румс, пританцовывая в четыре лапы и помахивая хвостом, как у ящерицы, исполнил на бис простенькое защитное заклинание. Оно работало даже у тех, кто был совсем лишён особого дара:

— У любого безобраза

разболеться голова,

Раз и два, раз и два.

Уж не дерева — дрова!

Раз и два, раз и два!

Два и три, два и три,

Сам с собой поговори!

Два и три, два и три!

Много власти у Зари!

Два и три, два и три!

Три-четыре — не дрова!

Не болит уж голова!

Зло замыслил — будь готов

Отвечать за тыщу ртов!

Будь готов!

В таком исполнении эту детскую шалость видела впервые не только я. Удивительно, но она сработала. Раздался печальный звон. Точно где-то рассыпалось в пыль магическое зеркало чёрной ведьмы. Через пару вздохов внутри замкнутого круга оказалась и сама виновница тянущихся уже много лет неприятных событий.

— Думаете, победили? — и она, издевательски расхохотавшись, показала Амелии красноречивый кукиш. — Моя мать просто хотела семью и обычного человеческого счастья. Только никто не хотел помочь ей исполнить свои мечты!

— Юнния дель Осрасса, мы могли бы догадаться, что Джипси могла наложить на тебя принуждающие чары. Девочка, ты больше не обязана делать гадости. Тебя боги красотой и умом не обидели. Вот и признали одной из дочерей знатного рода. Хотя твои родители никогда не были женаты.

— Да, отец поступил гадко. Он откупился, пригрозив, что пошлёт наёмных убийц. Если она не отступится!

— Аристократы не всегда благородны, дитя моей. Только они редко счастливы в браке. Просто потому, что не учитывают, что боги каждому предназначили свою пару. Только им нет никакого дела до власти и богатства. Ведь дело идёт о любви и полном приятии на всю жизнь, а не о сосуществовании по законам брака по расчёту и родовой чести.

Я подошла к Юннии и предложила:

— Хочешь, я сделаю для тебя амулет, чтобы дух твоей матери больше не смог вредить окружающим твоими руками?

— Да, Лисичка. Я так устала от непонимания и ненависти вокруг, — и она тяжело вздохнула. Одинокая слезинка скатилась по щеке колдуньи. Сразу поняла, что та безумно устала бороться с прошлым за право прожить свою жизнь, не оплачивая чужих долгов.

Мы с Альрой, не сговариваясь, занялись каждая своим делом. Ведь я не могла наносить защитные колдовские плетения, зато выбрала идеальный камень и изготовила кулон в оправе из белого золота. Моя компаньонка наложила все нужные плетения. После чего сама повесила жертве обстоятельств амулет на шею, прошептав несколько заветных слов.

Когда странная бледность пропала с лица Юннии, она перестала быть похожей на поднятого не слишком аккуратным некромантом мертвеца. Лёгкий румянец очень шёл к её бездонным, синим глазам и золотым локонам. Заподозрить в ней могущественную колдунью было не так-то просто. Слишком уж чистым и открытым был взгляд, а манеры безупречны.

Никогда бы не подумала, что это мать молодой колдуньи, её уже и в живых-то не было, превратит в настоящий кошмар и жизни двух мастеров, и бывшего возлюбленного. Глупая женщина даже единственную дочь не пожалела. Принесла на алтарь всепоглощающей мести. Юнния потом тепло влилась в нашу компанию. Она, как и все в нашей компании считали, что титул почти ничего не значит. Ведь его из рук королей за безупречную службу получили часто легендарные предки. Никакой заслуги в этом их потомков не было. Как и повода кичиться «бриллиантовой кровью».

К сожалению, большая часть адептов носилось со своей «аристократической ценностью» как курица с единственным уцелевшим яйцом. Мы воспринимали такое поведение за крайнюю степень гордыни и безмозглости. Поэтому держались своей небольшой компанией и не имели дурной привычки пускать в свои ряды кого не попадя.

Естественно, в ответ на такое «несговорчивое» поведение с нашей стороны из кожи вон лезли насолить нам не только сокурсники, но и адепты со старших курсов. Особенно часто досаждали Смерч, Ворон и «Фифа Глория». Так глупую девицу за глаза называли не только слуги, но и преподаватели.

Я уже настолько привыкла ожидать очередных гадостей и подвохов, что с помощью амулетов попыталась обезопасить себя и остальных от всего, что только пришло в уставшую от бесконечных лекций, практикумов и тренировок голову. Как оказалось потом, беспокойная жизнь в Пограничье наделила меня и Игору почти звериным чутьём

Поэтому, вместо того, чтобы сразу наброситься на густую мясную похлёбку, сначала проверили варево с помощью созданного Альрой кулона-индикатора. Он определял присутствие принуждающих и иных опасных плетений. Как и присутствие даже обычных компонентов любой природы. Дымчатый горный хрусталь ярко полыхнул тревожным багровым. Амелия и Равенна миндальничать ни с кем не стали, а сразу сообщили ректору. Смотреть на багрового от ярости Граната дель Рэнса было настолько жутко, что все непроизвольно попятились:

— Ещё одна такая безответственная выходка, адептка дель Фифф, и я отправлю вас домой с предписанием. Оно будет гласить, что лучше всего вы подходите для того, чтобы пасти коз и свиней. Надеюсь, мы правильно поняли друг друга? Остальных тоже касается! Мне совершенно не нужна королевская опала только потому, что у кого-то наблюдается катастрофическая нехватка мозгов и чувства самосохранения! После обеда вести у вас занятия буду я. Поучу вас, как противостоять магии и чарам смерти, не имея дара жизни или иного варианта врождённой устойчивости к её плетениям.

Кислые физиономии зачинщиков очередной глупости пролилась на души всех присутствующих целительным бальзамом. Нам принесли новые тарелки с густым мясным рагу. Мы поспешили побыстрее умять всё до последней крошки. Не хватало ещё голодать из-за того, что кто-то не привык играть честно. Мясо с картошкой и специями буквально таяло во рту. Повар академии ещё держал большую таверну, где потчевал всех желающих блюдами по рецептам собственной семьи. Списки ингредиентов и их комбинации передавались от отца к сыну и охранялись так же ревностно, как родовая честь у аристократов.

Первую половину дня мы оттачивали мастерство ведения боя обычным оружием, тактику и стратегию, нюансы ведения сражений в зависимости от типа поля боя. Точно знала только одно. Мне никогда не освоить эту премудрость без помощи Игоры и Тальрина. Если бы не магический дар, проснувшийся в их крови, они бы тоже блестяще окончили столичную Королевскую военную академию. Только у судьбы оказались