Последний долг - Пэппер Винтерс

Наши глаза встретились. Мое сердце ревело от ненависти.

Но потом…

Что-то пошло не так.

Что-то забурлило.

Что-то едва уловимое в моей крови поглотило рациональность, здравомыслие и последовательность.

— Что… что т-ты м-мне дал?

Моя способность четко говорить пошатнулась, напиток молниеносно путал мои мысли.

Кат широко улыбнулся; на его лице отражалось веселье.

— Подожди минутку. Ты поймешь, что бороться бесполезно.

Он снова начал ласкать мои губы своими. Мягко, дразняще, побуждая к реакции.

И на этот раз… Я не могла его ненавидеть.

Отвращение превратилось в симпатию. Ненависть в томительную радость.

Сердцебиение, словно пушечное ядро, от центра груди рассредоточилось по всему телу, пульсируя в конечностях. Я ощущала это пальцами ног, кончиками ушей. Даже пряди моих волос чувствовали импульс и пульсировали в такт.

Мне жарко.

Холодно.

Я больна.

Я больше не испытывала страха.

Что происходит?

Порыв, шторм, муссон пронеслись по моему телу. То, что дала мне та женщина, изменило отрицание и отвращение, превратив ранее испытываемые чувства в непреодолимое желание ответить на его поцелуй.

Боже, поцелуй. Такой нежный. Язык это просто подарок.

Поцелуй его.

Я вырвалась, сплюнув на льняной коврик.

— Нет!

Кат превратился в пульсирующее водяное пятно, украшенное пламенем и звездным светом.

— Я не верю тебе.

Его пальцы прошлись по моей коже, вытягивая вожделение на поверхность. Мой рот говорил «Нет», но тело говорило «Да».

Нет… этого не может…

Я застонала, борясь с веревками, все глубже и глубже погружаясь в чары, которыми он околдовал меня.

Я не знала, что ласкало мой рот.

Не знала, что проделало огненный путь в мой живот.

Но я знала, что бы это ни было, оно было агрессивным, собственническим и убедительным.

Порочным.

Намного, намного сильнее, чем все, что я испытывала, когда-либо раньше.

Я не могу с этим бороться.

Сначала онемел язык, затем горло и кожа. Киска пульсировала в ожидании разрядки. Мой разум завывал, требуя связи. Я никогда не была так разочарована в себе и раздражена тем, что не позволила восхитительной потребности вырваться наружу.

Я раскололась на две части.

Превратилась в нечто.

Превратилась в существо без морали и человечности, просто стала животным, жаждущим трахаться.

Дрожь охватила меня, я боролась с непреодолимым чувством забытья. Поддаться магии. Погрузиться в реку греха.

— Сделай это, Нила. Позволь лекарству подействовать.

Пальцы Ката, словно крошечные птички, вонзались в мою спину и волосы.

Я застонала, трепеща и желая.

— Позволь этому победить, и сегодня не будет изнасилования. Сегодня будет самый охуенный секс в твоей жизни.

Нет.

Да.

Нет!

О, боже мой.

С каждым словом он приближал меня уничтожению, подманивая ближе.

Мое сердцебиение участилось, наполняя наркотиком каждую частичку меня.

— Вот и все. Забудь. Забудь о прошлом и будущем. Подумай о том, как хорошо будет ощущаться мой член внутри тебя. Как было бы восхитительно, если бы я трахнул тебя прямо здесь.

Трахаться.

Секс.

Добровольно.

Боже…

Я зажмурилась, погружаясь в кроличью нору фанатизма.

Он гладил меня по волосам, пылающую от вожделения и ужаса.

— Ты хочешь меня, Нила. Признай это.

Моя душа обезумела, сопротивляясь наркотикам.

Огонь запылал ярче.

Звезды замерцали быстрее.

Танцоры закружились сильнее.

Мир крутился и вращался, то стремительно ускоряясь, то замедляясь, пока галлюциногены играли с моими чувствами.

Я потеряла счет времени.

Потеряла контроль над собой.

В моей голове проплывали образы темных, мокрых стен шахты. Я сомкнула и сжала руки, размазывая кровь по инициалам Джетро, желая прикосновения к себе и оргазма.

Мне необходимо кончить.

Мне нужно трахаться, любить и кончать.

Я словно черно-белый рисунок, загадка, дрожащее противоречие.

Я оцепенела.

Я жива.

Я умерла.

Я возродилась.

Что со мной происходит?

Я покачала головой, борясь с напряжением, отказываясь поддаваться гипнозу секса, желания и музыки.

Но затем чьи-то руки схватили меня, поднимая на ноги.

Смех Ката окутал меня.

Приказ танцевать поглотил меня.

Я попыталась увернуться, но земля покачнулась, я словно оказалась в дурдоме. Головокружение заключило меня в свои ужасные объятия.

Я упала вперед. Меня поймали.

Покачнулась в сторону. Меня поддержали.

Глаза Дэниела. Глаза Ката. Смех. Опасные обещания. Похоть, жадность и боль.

Я не могла.

Я больше не могла бороться с этим.

Головокружение сбалансировалось. В венах бурлило опьянение, и я потеряла контроль.

В кругу потных негритянок я избавилась от забот, страхов, надежд. Я перестала быть Нилой. Перестала быть жертвой.

Бриллианты вокруг моего горла стали тяжелее и теплее, крепко сжимая и осыпая радугой огня.

Я перестала скучать по Джетро.

Перестала бояться будущего.

Я шагнула в волшебство и затанцевала.

ГЛАВА 6

Джетро

АФРИКА

В тот момент, как я прорвался через таможню и подбегал к воротам прибытия, «ведьмин час» накрыл континент. Аэропорт имени сэра Серетсе Кхамы поприветствовал меня и выплюнул в холодную ночь Габороны. В Ботсване я не был два года, но складывалось ощущение, будто и не уезжал вовсе.

Я всячески избегал этого места. Не мог справиться с потоками эмоций наших рабочих — невыносимо чувствовать тяжкий труд и невзгоды, скрытничество и несчастье.

В последний раз моего нахождения здесь, я говорил с Кесом о том, чтобы сделать что-то.

Он, в свою очередь, стал нашим официальным медиатором. За спиной Ката, брат часто путешествовал, выстраивая довольно доверительные отношения